О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина
Степанова Евгения Юрьевича на нарушение его конституционных
прав пунктами 3 и 4 части 2 статьи 18 Федерального закона
"Об аудиторской деятельности"
город Санкт-Петербург 13 мая 2010 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, Н.С.Бондаря,
Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,
С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой,
С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева,
В.Г.Стрекозова, В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Г.А.Гаджиева,
проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
предварительное изучение жалобы гражданина Е.Ю.Степанова,
у с т а н о в и л:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
гражданин Е.Ю.Степанов просит признать не соответствующими статьям
35 и 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации следующие
положения части 2 статьи 18, Федерального закона от 30 декабря 2008
года N 307-ФЗ "Об аудиторской деятельности", закрепляющей
требования к членству аудиторских организаций в саморегулируемой
организации аудиторов:
пункта 3, согласно которому доля уставного (складочного)
капитала коммерческой организации, принадлежащая аудиторам и (или)
аудиторским организациям, должна быть не менее 51 процента;
пункта 4, согласно которому численность аудиторов в
коллегиальном исполнительном органе коммерческой организации должна
быть не менее 50 процентов состава такого исполнительного органа;
лицо, являющееся единоличным исполнительным органом коммерческой
организации, а также индивидуальный предприниматель (управляющий),
которому по договору переданы полномочия исполнительного органа
коммерческой организации, должны быть аудиторами; в случае, если
полномочия исполнительного органа коммерческой организации переданы
по договору другой коммерческой организации, последняя должна быть
аудиторской организацией.
Как следует из представленных материалов, Е.Ю.Степанов
является участником ООО "Аудит - Информ", чья доля в уставном
капитале данного общества составляет 50 процентов, и занимает в нем
должность генерального директора. Остальные 50 процентов уставного
капитала общества принадлежат гражданину В.А.Четкину, который так
же как и Е.Ю.Степанов не имеет статуса аудитора.
В связи с несоответствием требованиям пункта 3 части 2 статьи
18 Федерального закона "Об аудиторской деятельности" обществу было
отказано в регистрации в составе саморегулируемой организации
аудиторов - некоммерческого партнерства "Аудиторская Палата
России". Решением Арбитражного суда города Москвы от 23 ноября 2009
года обществу было отказано в удовлетворении заявления о признании
данного отказа незаконным.
По мнению заявителя, оспариваемые им законоположения
необоснованно ограничивают права право частной собственности и
право на труд.
2. Согласно статье 2 Федерального закона "Об аудиторской
деятельности" аудиторская деятельность в Российской Федерации
осуществляется в соответствии с данным Федеральным законом и
Федеральным законом от 1 декабря 2007 года N 315-ФЗ
"О саморегулируемых организациях".
Часть 1 статьи 3 Федерального закона "Об аудиторской
деятельности" устанавливает, что аудиторская организация - это
коммерческая организация, являющаяся членом одной из
саморегулируемых организаций аудиторов.
2.1. В Постановлении от 19 декабря 2005 года N 12-П
Конституционный Суд Российской Федерации дал
конституционно-правовую оценку процесса создания саморегулируемых
организаций. Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации,
конституционный принцип демократического правового государства и
гарантируемая Конституцией Российской Федерации свобода
экономической деятельности предполагают развитие необходимых для
становления гражданского общества начал самоуправления и автономии
в экономической сфере, проявлением чего является создание
саморегулируемых организаций. Появление саморегулируемых
организаций, однако, не означает, что государство отказывается как
от своего конституционного полномочия по установлению правовых
основ единого рынка в тех случаях, когда представители той или иной
профессии наделяются публично-правовыми функциями, а образуемые ими
саморегулируемые организации - правом разрабатывать и устанавливать
обязательные для своих членов правила профессиональной
деятельности, так и от конституционного полномочия влиять на
содержание правовых норм, принимаемых саморегулируемыми
организациями, посредством судебного нормоконтроля.
В Постановлении от 1 апреля 2003 года N 4-П Конституционный
Суд Российской Федерации указал, что отношения, возникающие в ходе
обязательной аудиторской проверки, в значительной мере имеют
публично-правовой характер; осуществляющая ее аудиторская
организация действует официально в качестве независимой
контрольно-ревизионной (надзорной) инстанции в силу закона по
уполномочию государства; проводящее обязательный аудит юридическое
лицо заключает договор об оказании аудиторских услуг в качестве
корпорации частного права, т. е. в рамках предпринимательской
деятельности, вместе с тем такое юридическое лицо имеет особый
статус: оно создается специально и исключительно для осуществления
аудиторской деятельности, не может заниматься никакой иной
предпринимательской деятельностью и, осуществляя обязательный
аудит, по сути выполняет публичную функцию, поскольку уже не
частный, а публичный интерес лежит в основе этого процесса.
Устанавливая в соответствии со статьей 71 (пункт "ж")
Конституции Российской Федерации правовые основы единого рынка и
осуществляя при этом регулирование и защиту прав и свобод, прежде
всего экономических, федеральный законодатель для защиты общих
(общественных) интересов вправе применять публично-правовой тип
регулирования рыночных отношений. При этом он, располагая широкой
свободой усмотрения в выборе правовых средств, вместе с тем связан
конституционно-правовыми пределами использования публично-правовых
начал (статьи 7 и 8; статья 55, части 2 и 3, Конституции Российской
Федерации). В связи с этим в рамках проводимой экономической и
правовой политики он вправе принимать нормативные решения о
создании саморегулируемых организаций, охватывающих и такие виды
деятельности, которые не обладают публично-правовыми функциями.
Вместе с тем, руководствуясь статьями 18, 71 (пункты "в", "е",
"ж") и 76 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее
статьями 17 (часть 3) и 55 (часть 3) и учитывая необходимость
согласования частной экономической инициативы с потребностью в
предоставлении определенного объема публично значимых услуг
должного качества, федеральный законодатель вправе предъявлять к
субъектам экономической деятельности конкретные требования и
устанавливать механизм контроля за условиями ее реализации, которые
отвечали бы критериям соразмерности и пропорциональности
государственного вмешательства и обеспечивали бы частное и
публичное начала в сфере экономической деятельности. Так, он может
возложить на субъекты экономической деятельности, осуществляющие в
том числе публичные функции, а следовательно, действующие не только
в интересах извлечения прибыли, но и в целях удовлетворения
общественных потребностей, в качестве условия осуществления их
деятельности обязанность быть членами соответствующего
профессионального объединения. При этом он во всяком случае связан
конституционным принципом недопустимости искажения самого существа
права на занятие предпринимательской и иной не запрещенной законом
экономической деятельностью (статья 34, часть 1, Конституции
Российской Федерации) и обязанностью не допускать экономическую
деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную
конкуренцию (статья 34, часть 2, Конституции Российской Федерации)
(Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 мая
2005 года N 6-П).
2.2. Оспариваемые заявителем положения пунктов 3 и 4 части 2
статьи 18 Федерального закона "Об аудиторской деятельности"
содержат особые требования к доле уставного капитала коммерческой
организации, которая должна принадлежать аудиторам или аудиторским
организациям, и квалификационные требования к лицу, являющемуся
единоличным исполнительным органом коммерческой организации.
Федеральный законодатель, обладающий дискрецией при
определении адекватных способов достижения публичных целей, вправе
устанавливать содержание и границы права собственности таких
коммерческих организаций, как аудиторские организации. Специальная
норма о том, что доля уставного (складочного) капитала коммерческой
организации, принадлежащая аудиторам и (или) аудиторским
организациям, должна быть не менее 51 процента, определяя границы
прав участников и учредителей коммерческой организации, является
одновременно гарантией принципа независимости аудиторской
деятельности (пункт 3 части 2 статьи 18 и статья 8 Федерального
закона "Об аудиторской деятельности").
Положение пункта 3 части 2 статьи 18 данного Федерального
закона не может рассматриваться как устанавливающее принудительное
отчуждение имущества участников общества для государственных нужд и
как противоречащее положениям статьи 35 (части 1 и 2) Конституции
Российской Федерации, согласно которым право частной собственности
охраняется законом и каждый вправе иметь имущество в собственности,
владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и
совместно с другими лицами.
2.3. Конституция Российской Федерации закрепляет свободу
труда, право каждого свободно распоряжаться своими способностями к
труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1).
Из приведенного конституционного положения не вытекает,
однако, ни субъективное право гражданина занимать определенную
должность, выполнять конкретную работу в соответствии с избранным
им родом деятельности и профессией, ни обязанность кого бы то ни
было такую работу или должность ему предоставить (Постановление
Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 1999 года
N 19-П; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от
20 февраля 2007 года N 51-О-О).
Не исключается и возможность закрепления в законе специальных
требований для выполнения особого рода профессиональной
деятельности, которая предполагает наличие высокой квалификации и
повышенного доверия со стороны потребителей услуг. Установление
таких требований по отношению к лицам, являющимся единоличными
исполнительными органами коммерческих организаций или
индивидуальными предпринимателями (управляющими), которым по
договору переданы полномочия исполнительного органа коммерческой
организации, направлено на обеспечение как публично-правовых
интересов, так и интересов граждан, основано на объективных
критериях, в том числе сложности труда и его общественной
значимости, и не может рассматриваться как нарушающее право на
свободу труда и не согласующееся с требованиями статьи 55 (часть 3)
Конституции Российской Федерации.
Следовательно, нет оснований полагать, что оспариваемыми
нормами, примененными в конкретном деле заявителя, были нарушены
его конституционные права и свободы, перечисленные в жалобе.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части
первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
о п р е д е л и л:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина
Степанова Евгения Юрьевича, поскольку она не отвечает требованиям
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в
Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой, и
поскольку по предмету обращения Конституционным Судом Российской
Федерации ранее было вынесено решение, сохраняющее свою силу.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по
данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике
Конституционного Суда Российской Федерации".
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации В.Д.Зорькин
N 685-О-О