О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
по жалобе гражданина Слюсаря Владимира Николаевича на
нарушение его конституционных прав положениями частей второй
и третьей статьи 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации
город Москва 11 июля 2006 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя В.Д.Зорькина, судей Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева,
Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева,
М.И.Клеандрова, А.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина,
Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы,
О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи А.Л.Кононова,
проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
предварительное изучение жалобы гражданина В.Н.Слюсаря,
у с т а н о в и л:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
гражданин В.Н.Слюсарь оспаривает конституционность положения части
второй статьи 399 УПК Российской Федерации, согласно которому в
судебное заседание по вопросам, связанным с исполнением приговора,
вызывается представитель учреждения, исполняющего наказание, или
компетентного органа, по представлению которого разрешаются эти
вопросы, и находящегося во взаимосвязи с ним положения части
третьей той же статьи, согласно которому решение об участии
осужденного в судебном заседании принимает суд.
Как утверждается в жалобе, названные законоположения позволили
судье Люблинского районного суда города Москвы провести судебное
заседание по вопросу об условно-досрочном освобождении В.Н.Слюсаря
от отбывания наказания без его участия и отказать в удовлетворении
соответствующего ходатайства. По мнению заявителя, эти положения,
как предоставляющие суду право по собственному усмотрению принимать
решение об участии осужденного в судебном заседании, ограничивая
тем самым право осужденного присутствовать при рассмотрении судьей
вопроса о его условно-досрочном освобождении и довести до суда свою
позицию по данному вопросу, противоречат статьям 19 (часть 1), 46
(часть 1), 47 (часть 1), 50 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции
Российской Федерации.
2. Предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою
позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда является
одной из необходимых гарантий судебной защиты и справедливости
судебного разбирательства; во всяком случае лицо - вне зависимости
от его уголовно-процессуального статуса (подозреваемый, обвиняемый,
подсудимый и осужденный), - если оно изъявляет желание участвовать
в судебном заседании, не может быть лишено возможности заявлять
отводы и ходатайства, знакомиться с позициями выступавших
участников судебного заседания и дополнительными материалами,
давать объяснения по рассматриваемым судом вопросам.
Данная правовая позиция, выраженная Конституционным Судом
Российской Федерации в постановлениях от 10 декабря 1998 года
N 27-П по делу о проверке конституционности части второй статьи 335
УПК РСФСР, от 15 января 1999 года N 1-П по делу о проверке
конституционности положений частей первой и второй статьи 295 УПК
РСФСР и от 14 февраля 2000 года N 2-П по делу о проверке
конституционности положений частей третьей, четвертой и пятой
статьи 377 УПК РСФСР, получила свое развитие в определениях от
10 декабря 2002 года N 315-О по жалобе гражданина Д.Т.Худоерова, от
25 марта 2004 года N 99-О по жалобе гражданина В.А.Власова, от
8 апреля 2004 года N 132-О по жалобе гражданина А.В.Горского.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, при
принятии решений, связанных с ограничением свободы и личной
неприкосновенности, суд как орган правосудия - исходя из положений
статей 22, 46 (часть 1), 48, 118, 120, 123 (части 1, 2 и 3)
Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи - призван
обеспечить одинаковые по своей природе (независимо от стадии
производства по уголовному делу) судебные гарантии защиты прав и
законных интересов личности.
В силу приведенных правовых позиций оспариваемые гражданином
В.Н.Слюсарем положения частей второй и третьей статьи 399 УПК
Российской Федерации не могут истолковываться как допускающие
пониженный уровень гарантий прав на свободу и личную
неприкосновенность лица, уже отбывающего наказание, в процедуре
принятия судом решения, которое влечет либо досрочное освобождение
его от дальнейшего отбывания наказания, а следовательно, и
освобождение из мест лишения свободы, либо продолжение в изоляции
от общества отбывания наказания, сопряженного с существенным
ограничением его прав.
3.
Статья 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации,
закрепляющая право осужденного за преступление просить о
помиловании или смягчении наказания, предполагает необходимость
законодательного обеспечения осужденному соответствующих
возможностей для защиты своих прав и интересов, в том числе при
рассмотрении судом вопросов, выходящих за рамки собственно
производства по уголовному делу и касающихся исполнения приговора,
в частности вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания
наказания.
Предоставив пунктом 4 статьи 397 УПК Российской Федерации
осужденному право самостоятельно обращаться с ходатайством об
условно-досрочном освобождении, законодатель вместе с тем закрепил
в части второй статьи 175 УИК Российской Федерации требование,
обращенное к администрации учреждения или органа, исполняющего
наказание, - представить в суд характеристику на данного
осужденного и заключение о целесообразности его условно-досрочного
освобождения.
Удовлетворяя ходатайство осужденного об условно-досрочном
освобождении либо отказывая в его удовлетворении, судья не просто
соглашается с поступившими к нему заявлением осужденного и (или)
материалами администрации учреждения, а принимает мотивированное
решение, исходя из анализа всего комплекса вопросов, связанных с
целесообразностью дальнейшего отбывания осужденным наказания и
имеющих для осужденного не меньшее значение, чем вопросы,
разрешаемые судом непосредственно в ходе рассмотрения уголовного
дела по существу или при проверке законности и обоснованности
приговора в кассационном и надзорном порядке.
Между тем осужденный, если он не участвует в судебном
заседании, лишается реальной возможности ознакомиться с данными
материалами, а следовательно, привести доводы, которые опровергали
бы выводы администрации, с которыми он не согласен. Судье же в
таких случаях приходится разрешать вопрос о дальнейшем отбывании
осужденным наказания исключительно на основе аргументов, изложенных
в заключении администрации учреждения или органа, исполняющего
наказание, доклада ее представителя и мнения прокурора, т. е., по
существу, не на основе конституционного принципа состязательности и
равноправия сторон.
4. Таким образом, части вторая и третья статьи 399 УПК
Российской Федерации в части, касающейся разрешения в судебном
заседании вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного от
отбывания наказания, - по своему конституционно-правовому смыслу в
системе действующего уголовно-процессуального регулирования
процедуры принятия судом решений как в досудебных, так и в
последующих стадиях производства по уголовному делу, не допускающей
возможность проведения судебного заседания в отсутствие
подозреваемого, обвиняемого, подсудимого или осужденного, -
предполагают, что при решении вопроса об условно-досрочном
освобождении осужденного от наказания суд при наличии
соответствующей просьбы осужденного обязан обеспечить его участие в
судебном заседании для изложения своей позиции и представления
необходимых доказательств.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части
первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
о п р е д е л и л:
1. Части вторая и третья статьи 399 УПК Российской Федерации в
части, касающейся разрешения в судебном заседании вопроса об
условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания,
предполагают, что при наличии соответствующей просьбы осужденного
суд обязан обеспечить его участие в судебном заседании для
изложения своей позиции и представления необходимых доказательств.
В соответствии со статьей 6 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
конституционно-правовой смысл указанных законоположений, выявленный
Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Определении
на основании правовых позиций, выраженных в сохраняющих свою силу
решениях, является общеобязательным и исключает любое иное их
истолкование в правоприменительной практике.
2. Признать жалобу гражданина Слюсаря Владимира Николаевича не
подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного
Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в
ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по
данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Российской
газете" и "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации В.Д.Зорькин
Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации Ю.М.Данилов
N 351-О