Именем
Российской Федерации
О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
об отказе в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи
судебного участка N 29 Карымского района Читинской области
о проверке конституционности положений статей 108, 253 и 354
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации
город Москва 4 марта 2004 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя В.Д.Зорькина, судей М.В.Баглая, Н.С.Бондаря,
Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,
С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, А.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой,
В.О.Лучина, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова,
О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи С.М.Казанцева,
проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
предварительное изучение запроса мирового судьи судебного участка
N 29 Карымского района Читинской области,
у с т а н о в и л:
1. Мировой судья судебного участка N 29 Карымского района
Читинской области А.В.Макарцев, в чьем производстве находится
уголовное дело по обвинению гражданина А.Ю.Фаличева в совершении
преступления, предусмотренного частью первой статьи 157 УК
Российской Федерации (злостное уклонение родителя от уплаты по
решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей, а
равно нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего
возраста), в своем запросе в Конституционный Суд Российской
Федерации оспаривает конституционность ряда положений
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подлежащих,
по его мнению, применению в данном деле.
Заявитель полагает, что норма части третьей статьи 253 УПК
Российской Федерации нарушает принцип состязательности сторон,
закрепленный в статье 123 Конституции Российской Федерации,
поскольку не предусматривает возвращение дела из суда в прокуратуру
для производства розыска скрывшегося подсудимого и возлагает тем
самым обязанность контроля за розыском на суд; данная же статья в
целом не соответствует статьям 15 и 46 Конституции Российской
Федерации, поскольку не закрепляет возможность приостановления
судебного разбирательства в случае направления судом запроса в
Конституционный Суд Российской Федерации. Части первая и пятая
статьи 108 УПК Российской Федерации, по мнению заявителя,
противоречат статьям 17 (часть 3), 46 (часть 2) и 123 Конституции
Российской Федерации, поскольку не позволяют суду ограничивать
право гражданина, обвиняемого в преступлении небольшой тяжести, на
свободу и личную неприкосновенность, а часть третья статьи 354 УПК
Российской Федерации в системной связи с частью одиннадцатой его
статьи 108 противоречат статье 46 (часть 2) Конституции Российской
Федерации, поскольку ими создается неопределенность в вопросе о
том, в каком порядке (кассационном или апелляционном) подлежат
обжалованию решения мирового судьи об избрании в качестве меры
пресечения заключения под стражу или об отказе в этом.
2. Согласно части второй статьи 36 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", основанием к рассмотрению дела является обнаружившаяся
неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли оспариваемые
положения закона Конституции Российской Федерации.
Статья 253 УПК Российской Федерации регламентирует порядок
отложения судебного разбирательства вследствие неявки в судебное
заседание кого-либо из вызванных лиц или в связи с необходимостью
истребования новых доказательств (часть первая), возобновления
отложенного судебного разбирательства (часть вторая),
приостановления производства по уголовному делу в связи с тем, что
подсудимый скрылся и объявлен в розыск, а также в случае его
психического расстройства или иной тяжелой болезни, исключающей
возможность явки в суд (часть третья).
Из смысла части третьей указанной статьи
уголовно-процессуального закона не следует, что само по себе
оставление в суде материалов уголовного дела, производство по
которому им приостановлено в связи с тем, что обвиняемый скрылся от
правосудия, привело или могло привести к принятию на себя судом
несвойственных ему функций, связанных с розыском обвиняемого, или к
ограничению прав какой-либо из сторон в уголовном процессе по
сравнению с правами другой стороны (что подтверждается и
документами, прилагаемыми к запросу). Данная норма не освобождает
органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, и
надзирающего за исполнением ими законов прокурора от обязанности
принять все необходимые меры по розыску подсудимого и обеспечить
тем самым скорейшее возобновление судебного разбирательства.
Таким образом, в вопросе о том, соответствует ли Конституции
Российской Федерации часть третья статьи 253 УПК Российской
Федерации, неопределенность отсутствует, а потому данный запрос в
указанной части не может быть принят Конституционным Судом
Российской Федерации к рассмотрению как не отвечающий критерию
допустимости. Решение же вопроса о внесении целесообразных, с точки
зрения заявителя, изменений в Уголовно-процессуальный кодекс
Российской Федерации, направленных на уточнение оспариваемой нормы,
не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации
и является прерогативой федерального законодателя.
По тем же основаниям не подлежит рассмотрению в
Конституционном Суде Российской Федерации и вопрос о проверке
конституционности статьи 253 УПК Российской Федерации в целом, как
не наделяющей суд полномочием в период судебного разбирательства
направлять запрос в Конституционный Суд Российской Федерации и
приостанавливать в связи с этим производство по делу. Отсутствие в
данной статье прямого указания на такое правомочие суда не может
расцениваться как его отрицание законом, тем более, что оно прямо
предусмотрено законом более высокого, чем Уголовно-процессуальный
кодекс Российской Федерации, уровня: в силу статей 101 и 103
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации" суд, придя к выводу о несоответствии
Конституции Российской Федерации закона, примененного или
подлежащего применению при рассмотрении им дела в любой инстанции и
в любой стадии, обращается с запросом о проверке конституционности
данного закона; производство по делу при этом приостанавливается.
3. В соответствии со статьей 102 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" запрос суда в
Конституционный Суд Российской Федерации допустим в том случае,
если закон применен или подлежит применению в рассматриваемом им
конкретном деле.
Статья 108 УПК Российской Федерации предусматривает, что
заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по
судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в
совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено
наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, а в
исключительных случаях - на срок до двух лет, при наличии указанных
в этой статье обстоятельств (часть первая); принятие судебного
решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в
отсутствие обвиняемого допускается только в случае объявления
обвиняемого в международный розыск (часть пятая).
Как следует из представленных материалов, по находящемуся на
рассмотрении у мирового судьи А.В.Макарцева делу заключение под
стражу как мера пресечения в отношении А.Ю.Фаличева не могло
применяться, поскольку часть первая статьи 157 УК Российской
Федерации не предусматривает наказание в виде лишения свободы.
Следовательно, и части первая и пятая статьи 108 УПК Российской
Федерации не подлежали применению в этом уголовном деле.
Таким образом, поскольку оспариваемые нормы статьи 108 УПК
Российской Федерации в данном случае применению не подлежат, запрос
в указанной части также не может быть принят Конституционным Судом
Российской Федерации к рассмотрению.
Не может быть принят к рассмотрению запрос и в части,
касающейся проверки конституционности части третьей статьи 354 УПК
Российской Федерации в системной связи с нормой части одиннадцатой
его статьи 108, которые, по утверждению заявителя, фактически не
допускают возможность обжалования постановления мирового судьи об
избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку в
находящемся на рассмотрении у мирового судьи А.В.Макарцева деле
гражданина А.Ю.Фаличева заключение под стражу как мера пресечения
применяться не могло.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части
первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
о п р е д е л и л:
1. Отказать в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи
судебного участка N 29 Карымского района Читинской области,
поскольку он не отвечает требованиям Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в
соответствии с которыми такого рода обращения могут быть признаны
допустимыми, и поскольку разрешение поставленного в нем вопроса
Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по
данному запросу окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике
Конституционного Суда Российской Федерации".
Конституционный Суд
Российской Федерации
N 74-О