О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина
Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение
его конституционных прав пунктом 7 статьи 152
Гражданского кодекса Российской Федерации
город Москва 4 декабря 2003 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя В.Д.Зорькина, судей М.В.Баглая, Н.С.Бондаря,
Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,
С.М.Казанцева, А.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой, В.О.Лучина,
Ю.Д.Рудкина, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, Б.С.Эбзеева,
В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи
Л.О.Красавчиковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина В.А.Шлафмана,
у с т а н о в и л:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
гражданин В.А.Шлафман оспаривает конституционность пункта 7 статьи
152 ГК Российской Федерации, предусматривающего, что правила данной
статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно
применяются к защите деловой репутации юридического лица, в
значении, придаваемом ему официальным толкованием, содержащимся в
пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения
законодательства о компенсации морального вреда", и основанной на
нем правоприменительной практикой.
Как следует из представленных материалов, решением от
17 января 2002 года Свердловский районный суд города Иркутска
удовлетворил иск муниципального унитарного предприятия "Водоканал"
о взыскании с гражданина В.А.Шлафмана 2000 рублей в качестве
компенсации морального вреда, признав, что ответчик распространил в
отношении сотрудников МУП "Водоканал" сведения, порочащие деловую
репутацию предприятия.
По мнению заявителя, данная норма в значении, придаваемом ей
толкованием, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10
"Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации
морального вреда", не соответствует статьям 4, 15, 17, 18, 19, 46 и
55 Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив жалобу и
приложенные к ней материалы, пришел к выводу, что утверждение
гражданина В.А.Шлафмана о том, что положением пункта 7 статьи 152
Гражданского кодекса Российской Федерации в значении, придаваемом
ему правоприменительной практикой, нарушаются его права,
закрепленные статьями 4, 15, 17, 18, 19, 46 и 55 Конституции
Российской Федерации, не имеет под собой достаточных оснований.
Согласно статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации
каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на
судебную защиту по своей правовой природе может принадлежать как
физическим, так и юридическим лицам. При этом оно выступает
гарантией других конституционных прав - в частности, права свободно
использовать свои способности и имущество для предпринимательской и
иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34,
часть 1, Конституции Российской Федерации) и права иметь в
собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом как
единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2,
Конституции Российской Федерации), - которые распространяются на
юридические лица в той степени, в какой эти права по своей природе
могут быть к ним применимы.
Соответствующая правовая позиция, сохраняющая свою силу,
изложена Конституционным Судом Российской Федерации в
постановлениях от 24 октября 1996 года по делу о проверке
конституционности части первой статьи 2 Федерального закона
"О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" и
от 17 декабря 1996 года по делу о проверке конституционности
пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации
"О федеральных органах налоговой полиции".
Статья 152 ГК Российской Федерации предоставляет гражданину, в
отношении которого распространены сведения, порочащие его честь,
достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением
таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда,
причиненных их распространением (пункт 5). Данное правило в части,
касающейся защиты деловой репутации гражданина, соответственно
применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (пункт 7
статьи 152 ГК Российской Федерации).
Применимость того или иного конкретного способа защиты
нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических
лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица.
При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты
деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять
требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных,
причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда,
имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания
морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из
существа нарушенного нематериального права и характера последствий
этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК Российской Федерации).
Данный вывод основан на положении статьи 45 (часть 2) Конституции
Российской Федерации, в соответствии с которым каждый вправе
защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными
законом.
Конвенция о защите прав человека и основных свобод, являющаяся
в соответствии со статьей 15 (часть 4) Конституции Российской
Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации,
допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее
положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, в том
числе юридическому лицу, для обеспечения действенности права на
справедливое судебное разбирательство (статья 41). Исходя из этого
Европейский Суд по правам человека в решении от 6 апреля 2000 года
по делу "Компания Комингерсол С.А." против Португалии" пришел к
выводу о том, что суд не может исключить возможность присуждения
коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые
"могут включать виды требований, являющиеся в большей или меньшей
степени "объективными" или "субъективными". Среди них необходимо
принять во внимание репутацию компании, неопределенность в
планировании решений, препятствия в управлении компанией (для
которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в
меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам
руководства компании".
3. Согласно статьям 96 и 97 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" гражданин
вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с
жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод законом и
такая жалоба признается допустимой, если оспариваемым законом,
примененным или подлежащим применению в деле заявителя,
затрагиваются конституционные права и свободы. Поскольку пункт 7
статьи 152 ГК Российской Федерации служит обеспечению
восстановления нарушенных прав юридических лиц, ссылка заявителя на
несоответствие оспариваемого положения статьям 4, 15, 17, 18, 19,
46 и 55 Конституции Российской Федерации носит произвольный
характер, а его жалоба не отвечает критерию допустимости в
соответствии с требованиями Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации".
Согласно статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации
осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно
нарушать права и свободы других лиц.
Статья 152 ГК Российской
Федерации, определяющая порядок реализации конституционного права
на защиту чести и доброго имени, находится в общей системе
конституционно-правового регулирования, а потому суды при ее
применении вправе и обязаны обеспечивать баланс названного и других
конституционных прав и свобод, в том числе права на свободу слова и
свободу выражения мнений, с учетом требования статьи 17 (часть 3)
Конституции Российской Федерации. При этом суд, применяя
соответствующее правовое предписание, принимает решение в пределах
предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может
рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и
свобод.
Как следует из жалобы, заявитель фактически выражает
несогласие с истолкованием и применением нормы материального права
и состоявшимся по его делу судебным решением. Между тем проверка
законности и обоснованности судебных решений, в том числе в части,
касающейся выяснения того, был ли причинен какой-либо вред деловой
репутации юридического лица в результате распространения не
соответствующих действительности сведений, подлежал ли он
компенсации в денежном выражении или мог быть адекватно
компенсирован самим установлением факта состоявшегося нарушения, а
равно установление допустимости применения и пригодности того или
иного не запрещенного законом конкретного способа защиты в рамках
соответствующего правоотношения связаны с установлением и
исследованием фактических обстоятельств и не входят в компетенцию
Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена
статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части
первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
о п р е д е л и л:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина
Шлафмана Владимира Аркадьевича, поскольку она не отвечает
требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном
Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба может
быть признана допустимой, а также поскольку разрешение
поставленного заявителем вопроса Конституционному Суду Российской
Федерации неподведомственно.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по
данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике
Конституционного Суда Российской Федерации".
Конституционный Суд
Российской Федерации
N 508-О