О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
по жалобе гражданина Аствацатряна Василия Мелконовича на
нарушение его конституционных прав абзацем первым пункта 3
статьи 2 Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве"
и Указом Президента Российской Федерации "О приведении
земельного законодательства Российской Федерации в соответствие
с Конституцией Российской Федерации"
город Москва 20 февраля 2002 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя М.В.Баглая, судей Н.С.Бондаря, Н.В.Витрука,
Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, В.Д.Зорькина,
А.Л.Кононова, В.О.Лучина, Т.Г.Морщаковой, Ю.Д.Рудкина,
Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, О.И.Тиунова,
О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,
рассмотрев в пленарном заседании вопрос о соответствии жалобы
гражданина В.М.Аствацатряна требованиям Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации",
у с т а н о в и л:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
гражданин В.М.Аствацатрян оспаривает конституционность абзаца
первого пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 года
"О крестьянском (фермерском) хозяйстве". Как следует из
представленных материалов, В.М.Аствацатрян - глава фермерского
хозяйства обратился в Правительство Российской Федерации с просьбой
о выделении льготного инвестиционного кредита на строительство
комплекса по переработке сельскохозяйственной продукции, однако
поскольку кредит выделен не был и государство не выполнило
обязательства по оказанию помощи при организации крестьянского
хозяйства, вытекающие из статьи 5 Закона РСФСР "О крестьянском
(фермерском) хозяйстве", В.М.Аствацатрян обратился в Арбитражный
суд города Москвы с иском к Правительству Российской Федерации и
Министерству финансов Российской Федерации о взыскании убытков,
возникших из-за необходимости использования заемных средств,
полученных от частных лиц под проценты.
Решением от 25 сентября 2000 года Арбитражный суд города
Москвы отказал в удовлетворении иска, сославшись на то, что
согласно абзацу первому пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР
"О крестьянском (фермерском) хозяйстве" отношения крестьянского
хозяйства с органами государственного управления строятся на основе
договоров, при неисполнении которых истец вправе обращаться в
арбитражный суд с соответствующими требованиями, а статья 5
названного Закона, которой определялись условия предоставления
земельных участков гражданам, изъявившим желание вести крестьянское
(фермерское) хозяйство, Указом Президента Российской Федерации от
24 декабря 1993 года "О приведении земельного законодательства
Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской
Федерации" признана недействующей.
По мнению заявителя, абзац первый пункта 3 статьи 2 Закона
РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" не соответствует
статьям 2, 7 (часть 1), 18, 34 (часть 1) и 53 Конституции
Российской Федерации, поскольку ставит выполнение возложенных
Конституцией Российской Федерации на государство обязательств в
зависимость от наличия договора с гражданином. Кроме того,
В.М.Аствацатрян считает не соответствующим статьям 35 (части 1 и 2)
и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации абзац третий пункта
1 Указа Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 года
N 2287 "О приведении земельного законодательства в соответствие с
Конституцией Российской Федерации", признающий недействующей статью
5 Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве".
Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации в
пределах своих полномочий на основании части второй статьи 40,
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации" уведомлял В.М.Аствацатряна о том, что в
соответствии с требованиями названного Закона его жалоба не может
быть принята к рассмотрению. Однако в своей очередной жалобе
заявитель настаивает на принятии Конституционным Судом Российской
Федерации решения по поставленному им вопросу.
2. Конституция Российской Федерации, обладающая высшей
юридической силой и прямым действием (статья 15, часть 1),
закрепляет основные начала взаимоотношений государства и личности,
в том числе в относящейся к ведению Российской Федерации сфере
регулирования защиты прав и свобод человека и гражданина, а также в
сфере кредитного регулирования (статья 71, пункты "в", "ж").
Согласно статье 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации во
взаимосвязи с положениями ее статей 8, 34 и 35, закрепленные в этих
статьях права и свободы (включая свободу экономической
деятельности, право на свободное использование своих способностей и
имущества для предпринимательской деятельности и лежащие в его
основе признание и защита права собственности) регулируются
законом.
Одним из таких законов является Закон РСФСР "О крестьянском
(фермерском) хозяйстве", которым, как следует из его преамбулы,
определяются экономические, социальные и правовые основы
организации и деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств и их
ассоциаций на территории Российской Федерации. Закон гарантирует
гражданам право на создание крестьянских (фермерских) хозяйств,
хозяйственную самостоятельность, содействие их деятельности, защиту
государством их законных интересов и прав свободного
кооперирования.
Исходя из целей названного Закона, законодатель, определяя в
статье 2 место крестьянского хозяйства в экономической системе,
уравнял в правах крестьянское хозяйство с государственными,
коллективными, индивидуальными и другими предприятиями и
организациями и установил, что не допускается вмешательство в
хозяйственную и иную деятельность крестьянского хозяйства со
стороны государственных, общественных и кооперативных органов. В то
же время согласно пункту 3 статьи 2 отношения крестьянского
хозяйства с предприятиями, организациями, гражданами, органами
государственного управления строятся на основе договоров. Субъекты
аграрной предпринимательской деятельности заключают договоры,
опосредующие их производственно-хозяйственные взаимоотношения как
между собой, так и с другими хозяйствующими субъектами. Правовое
регулирование договорных отношений осуществляется на основе ГК
Российской Федерации и иных правовых актов.
3. При выявлении конституционно-правового смысла абзаца
первого пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском)
хозяйстве" следует, в частности, учитывать цели и содержание
заключаемых договоров, с помощью которых реализуются право на
свободное использование своих способностей и имущества для
предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической
деятельности (статья 34 Конституции Российской Федерации) и принцип
свободы труда (статья 37 Конституции Российской Федерации). При
этом в сфере имущественных отношений крестьянского (фермерского)
хозяйства действуют общие принципы неприкосновенности
собственности, свободы договора, недопустимости произвольного
вмешательства кого-либо в частные дела, обеспечения судебной защиты
и восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 ГК Российской
Федерации).
Свобода гражданско-правовых договоров в ее
конституционно-правовом смысле (а значит, и порядок заключения и
расторжения договоров), как отмечалось в Постановлении
Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2000 года по
делу о проверке конституционности положения абзаца третьего пункта
2 статьи 77 Федерального закона "О несостоятельности
(банкротстве)", предполагает соблюдение принципов равенства и
согласования воли сторон. Оспариваемое положение по его
конституционно-правовому смыслу не может не исходить из равенства
сторон, автономии их воли и имущественной самостоятельности (пункт
1 статьи 2 ГК Российской Федерации) и направлено на реализацию
названных принципов применительно к положению крестьянских хозяйств
в экономической системе государства и гражданско-правовых
отношениях. Следовательно, сама по себе данная норма не
препятствует защите прав заявителя и не нарушает его
конституционные права, закрепленные в Конституции Российской
Федерации, в ее статье 2, провозгласившей человека, его права и
свободы высшей ценностью; статье 7 (часть 1), согласно которой
Российская Федерация является социальным государством; статье 18,
признающей, что права и свободы человека и гражданина являются
непосредственно действующими; статье 34 (часть 1), устанавливающей,
что каждый имеет право на свободное использование своих
способностей и имущества для предпринимательской и иной не
запрещенной законом экономической деятельности; статье 53,
предоставляющей каждому право на возмещение государством вреда,
причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов
государственной власти или их должностных лиц. Следовательно, по
смыслу статей 96 и 97 Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации" жалоба
В.М.Аствацатряна в этой части не может быть признана допустимой.
4.
Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет
государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и права
каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами
(часть 2). К таким способам защиты гражданских прав относится и
возмещение убытков (статья 12 ГК Российской Федерации). В статье
15 (пункт 1) ГК Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право
которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных
ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение
убытков в меньшем размере.
Гражданин В.М.Аствацатрян утверждает, что убытки его
фермерскому хозяйству причинены в результате незаконных действий
(бездействия) государственных органов, не выделивших обещанный
кредит. Вместе с тем взысканию убытков всегда предшествует оценка
судом законности действий (бездействия) государственных органов и
их должностных лиц, причин неисполнения федеральными органами
государственной власти своих обязанностей и обязательств в сфере
кредитования сельского хозяйства, а также условий кредитования
конкретного заявителя и иных фактических обстоятельств, связанных с
обязательствами по кредитованию. В деле заявителя, как это следует
из решения Арбитражного суда города Москвы, такие обстоятельства не
исследовались, однако проверка законности и обоснованности решения
арбитражного суда к полномочиям Конституционного Суда Российской
Федерации, установленным статьей 125 Конституции Российской
Федерации, не относится.
5. Согласно статье 125 (часть 4) Конституции Российской
Федерации, пункту 3 части первой статьи 3 и части первой статьи 96
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации" граждане и их объединения вправе обращаться в
Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами на нарушение их
конституционных прав и свобод лишь законом, примененным или
подлежащим применению в конкретном деле.
Оспариваемый Указ Президента Российской Федерации к категории
законов не относится. Поэтому в этой части жалоба В.М.Аствацатряна
не является допустимой в соответствии с требованиями Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи
40, пунктами 1 и 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
о п р е д е л и л:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина
Аствацатряна Василия Мелконовича, поскольку она не отвечает
требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном
Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба может
быть признана допустимой, а также поскольку разрешение
поставленного в ней вопроса Конституционному Суду Российской
Федерации неподведомственно.
2. Выявленный в настоящем Определении конституционный смысл
примененной в деле заявителя нормы является общеобязательным, в том
числе в случае пересмотра решения Арбитражного суда города Москвы
от 25 сентября 2000 года.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по
данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации М.В.Баглай
Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации Ю.М.Данилов
N 23-О