Определение от 23 апреля 2008 г. Верховный Суд РФ
Верховный Суд Российской Федерации - Уголовное
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Дело № 37-008-5
КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 23 апреля 2008 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
в составе: председательствующего гр. [обезличено], судей гр. [обезличено] и гр. [обезличено]
рассмотрела в судебном заседании 23 апреля 2008 года кассационные
жалобы осужденного гр. [обезличено], адвоката гр. [обезличено] на приговор
Орловского областного суда от 14 февраля 2008 года, которым гр. [обезличено]
<...> судимый:
- 29.07.1997 г. Советским районным судом г. Орла по ст. ст. 30 ч. 3, 158 ч.2 п. «г», 158 ч.2 п.п. «б, г» УК РФ с применением ст.40 УК РСФСР к 2 годам лишения свободы, освобожденный 26.08.1998г. условно-досрочно на не отбытый срок 2 месяца 11 дней;
- 27.10.1999 г. Железнодорожным районным судом г. Орла по ст. ст. 158 ч.2 п.п. «б, в, г», 325 ч.2 УК РФ с применением ст. ст. 69 ч.З, 79, 70 УК РФ к 4 годам 3 месяцам лишения свободы;
- 06.01.2000г. Заводским районным судом г. Орла по ст. ст. 161 ч.2 п.п. «б, в», 158 ч.2 п.п. «б, в, г», 222 ч.4, 162 ч.2 п.п. «б, г» УК РФ с применением ст. ст. 69 ч.З, 69 ч.5 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 06.06.2003 г. условно-
досрочно на не отбытый срок 1 год 11 месяцев 29
дней;
- 20.07.2005 г. Северным районным судом города
Орла по ст. 158 ч.2 п. «в» УК РФ с применением ст.ст.79,
70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;
- 18.10.2005 г. Орловским районным судом Орловской
области по ст. 158 ч.2 п. «б» УК РФ с применением ст.69
ч.5 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освобожденный
19.06.2007 г. условно-досрочно на не отбытый срок 10
месяцев 29 дней, осужден к лишению свободы: - по ст. 105 чЛ УК РФ на 9 лет; - по ст. 105 ч. 2 п. «к» УК РФ на 16 лет; - по ст. 158 ч.1 УК РФ на 1 год; - по ст. 167 ч. 2 УК РФ на 3 года 6 месяцев, и
на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, на 22 года 6 месяцев.
На основании ст. 79 ч. 7 п. «в» УК РФ отменено условно-досрочное освобождение по приговору от 18.10.2005 года.
На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединено не отбытое наказание по приговору от 18.10.2005 года и окончательно назначено 23 года лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
На основании ст. ст. 97 ч. 1 п. «в», ч. 2, 99 ч. 2 УК РФ назначена принудительная мера медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.
Постановлено взыскать с осужденного гр. [обезличено] в пользу потерпевшей Г. в счет компенсации морального вреда<...> рублей.
Заслушав доклад судьи гр. [обезличено], изложившей обстоятельства дела, доводы кассационных жалоб, выслушав осужденного гр. [обезличено], поддержавшего доводы кассационной жалобы, мнение прокурора гр. [обезличено], полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия
установила: осужденный гр. [обезличено] признан виновным в убийстве Б.., а также в убийстве Г. совершенном с целью скрыть другоепреступление; в краже; в умышленном уничтожении, повреждении чужого имущества, повлекшем причинение значительного ущерба, совершенном путем поджога.
В судебном заседании осужденный гр. [обезличено] вину признал частично.
В кассационных жалобах:
-осужденный гр. [обезличено], не соглашаясь с приговором, утверждает, что убийство Б. совершил в состоянии необходимой обороны, а убийство Г. - в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения. Считает, что характеризующие данные потерпевших не соответствуют действительности. Оспаривает взыскание морального вреда и выражает несогласие с суммой гражданского иска в части взыскания материального ущерба. Просит приговор отменить.
-адвокат Гриненко И.В, считает приговор незаконным и необоснованным и подлежащим отмене. Ссылаясь на то, что Б. проявил агрессию по отношении к его подзащитному, ударил его бутылкой по голове, утверждает, что Вершин в момент совершения убийства находился в состоянии необходимой обороны и защищал себя от посягательства Б.. Ссылаясь на показания Вершина, утверждает, что убийство Г. его подзащитный совершил в состоянии мнимой обороны и душевного волнения, вызванного посягательством на него со стороны потерпевшего Б.. Считает, что суд необоснованно квалифицировал действия осужденного в отношении Г., как убийство с целью скрыть совершенное преступление, поскольку Вершин не собирался скрываться, а сам обратился в правоохранительные органы с явкой с повинной.
В возражениях на доводы кассационных жалоб государственный обвинитель гр. [обезличено], потерпевшие Г. и М. просят оставить их без удовлетворения.
Изучив материалы дела, проверив доводы кассационных жалоб и возражения на них, судебная коллегия находит выводы суда о виновности гр. [обезличено] в совершении инкриминируемых деяний основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, подробный анализ которых содержится в приговоре.
Вина осужденного гр. [обезличено] в совершении убийств Б. и Г., а также в совершении кражи, умышленном уничтожении и повреждении имущества, установлена сведениями, содержащимися в показаниях самого гр. [обезличено], данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании, согласно которым, после распития спиртного в квартире Г., между ним и Б. возникла ссора, Б. стал его выгонять из квартиры, ударил бутылкой по голове. Разозлившись, он (Вершин) схватил лежащий на полу кухонный нож и нанес им удар в шею Б., а затем, прижав его голову к дивану, чтобы тот не вырвался, а также для облегчения ударов нанес ему еще 5-6 ударов в шею. Потом, почувствовал, как его сзади за брюки тянет проснувшийся Г., понимая, что Г. является очевидцем произошедшего, развернулся к нему, левой рукой прижал его голову к полу, чтобы тот не вырвался и нанес Г. около 5 ударов ножом в область шеи. Затем, с целью сокрытия следов, вымыл и выбросил нож на улицу, из кармана брюк трупа Г. забрал <...> рублей, поджег квартиру и ушел.
Данные сведения гр. [обезличено] подтвердил при проверке своих показаний на месте совершения преступления, ход которой фиксировался на видеозапись. При этом осужденный подробно рассказал о совершенных преступлениях, показал, каким образом и, в какую область шеи он наносил удары ножом потерпевшим, как потом забрал <...> рублей из кармана брюк Г., поджег листы журнала и бросил их на диван около трупа Б..
Признавая эти показания достоверными, суд обоснованно указал, что они последовательны, получены с соблюдением норм уголовно- процессуального законодательства, в присутствии адвоката, согласуются между собой и с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.
Так, выводы суда о виновности осужденного гр. [обезличено] подтверждаются сведениями, содержащимися: в протоколах осмотра места происшествия - <...>, где обнаружены с признаками насильственной смерти трупы Г. и Б. одеяло с пятнами бурого цвета, установлены признаки пожара; в актах судебно-медицинских экспертиз о причинах смерти Б. и Г. в протоколе явки гр. [обезличено] с повинной, в которой он пояснил, что в ночь с 26 на 27 июля 2007 года он нанес удары ножом двум ранее незнакомым ему мужчинам и с целью сокрытия преступления поджог в квартире мебель; в актах судебно-биологических экспертиз о принадлежности следов крови, обнаруженной на месте совершения преступления и на одежде, изъятой у гр. [обезличено]; в показаниях свидетелей С.К. Г.С. об обстоятельствах непосредственно предшествующих и последующих произошедшему; в техническом заключении о причине пожара; в показаниях специалиста К. о том, что наиболее вероятно причиной пожара явилось искусственное инициирование загорания - поджог; а также в других доказательствах, имеющихся в деле и приведенных в приговоре.
Согласно актам судебно-медицинских экспертиз смерть Б. наступила в результате обширной резаной раны передней и левой переднебоковой поверхности шеи с повреждением передней и левых, наружной и внутренней яремных вен, щитоподъязычной мембраны надгортанника, что повлекло массивное наружное кровотечение, малокровие внутренних органов, аспирацию крови с угнетением и прекращением функций органов и систем; смерть Г. наступила в результате резаной раны шеи, осложнившейся наружным кровотечением с развитием малокровия внутренних органов.
Доводы осужденного и адвоката относительно совершения преступлений в состоянии необходимой обороны, обороняясь от действий Б. и Г. и опасаясь за свою жизнь, были предметом тщательного исследования в судебном заседании и обоснованно опровергнуты совокупностью всех исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе наличием телесных повреждений, обнаруженных у гр. [обезличено], не повлекших вреда здоровью, сильную степень алкогольного опьянения потерпевших, а также количеством, орудием и механизмом образования телесных повреждений, обнаруженных у потерпевших Б. и Г.
Необоснованны также доводы осужденного и его адвоката о наличии сильного душевного волнения в момент совершения преступлений.
Как видно из акта амбулаторной комплексной психолого- психиатрической экспертизы гр. [обезличено] в период, относящийся к содержанию уголовного дела, не находился в состоянии аффекта, либо иного эмоционального состояния, существенно влияющего на сознание и деятельность.
Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, оценив имеющиеся противоречия, проверив все версии в защиту осужденного и правильно отвергнув их, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, признав гр. [обезличено] виновными в совершении инкриминируемых ему преступлений, и дав содеянному им правильную юридическую оценку.
Доводы адвоката о необоснованной квалификации действий его подзащитного по ст. 105 ч. 2 п. «к» УК РФ, учитывая обстоятельства дела, показания гр. [обезличено], данные на предварительном следствии и оглашенные в судебном заседании, о том, что он понимал, что Г. явился очевидцем произошедшего, и если бы тот не проснулся, то был бы жив, поскольку не знал, кто именно находился в квартире и соответственно не знал бы, кто причинил смерть Б. а также, учитывая действия гр. [обезличено], направленные на убийство потерпевшего Г. в целях скрыть совершенное им убийство Б. и последующие действия осужденного по сокрытию следов преступления путем пожога квартиры, являются несостоятельными.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих в силу ст. 379 УК РФ отмену приговора, не допущено.
Согласно акту амбулаторной комплексной судебной психолого- психиатрической экспертизы гр. [обезличено] обнаруживает признаки расстройства психики в форме органического расстройства личности, синдрома зависимости от алкоголя, однако степень указанных изменений психики выражена не столь значительно и не лишает его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в период времени, относящегося к инкриминируемому деянию, какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности не имел, находился в состоянии простого опьянения, он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.
Суд обоснованно признал его вменяемым и назначил принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.
Утверждения гр. [обезличено] о том, что характеризующие данные потерпевших не соответствуют действительности, являются голословными и опровергаются материалами, имеющимися в деле и приведенными в приговоре.
Наказание осужденному гр. [обезличено] назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60, 61 ч.1 п. «и», 63 ч.1 п. «а» УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности, обстоятельств, смягчающих наказание, а именно явки с повинной, по эпизоду кражи - активного способствования раскрытию преступления, по эпизоду убийства Б. - поведение потерпевшего, явившегося инициатором ссоры, а также с учетом отягчающего наказание обстоятельства - рецидива преступлений.
Назначенное наказание осужденному является справедливым, оснований для его смягчения не имеется.
Вопреки доводам осужденного, суд обоснованно удовлетворил гражданский иск потерпевшей Г. в счет компенсации морального вреда, учитывая нравственные страдания потерпевшей, полученных в результате гибели мужа.
Вопрос о размере гражданского иска в части возмещения материального ущерба передан судом на рассмотрение в порядке гражданского производства на основании ст. 309 ч.2 УПК РФ в связи с необходимостью произведения дополнительных расчетов.
Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Орловского областного суда от 14 февраля 2008 года в отношении гр. [обезличено] оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.
Председательствующий -
Суд:
Верховный Суд РФ (подробнее)
Судьи дела:
Пейсикова Елена Владимировна (судья) (подробнее)
Судебная практика по:
По делам об убийстве