Определение Конституционного Суда РФ от 12.07.2022 № 1715-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 2261 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_4 город Санкт-Петербург 12 июля 2022 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_7, судей К.В.Арановского, А.Ю.Бушева, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, заслушав заключение судьи К.В.Арановского, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4» предварительное изучение жалобы гражданина ЛИЦО_5, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность части первой статьи 2261 УК Российской ЛИЦО_4, устанавливающей уголовную ответственность за незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС либо Государственную границу Российской ЛИЦО_4 с государствами – членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС сильнодействующих, ядовитых, отравляющих, взрывчатых, радиоактивных веществ, радиационных источников, ядерных материалов, огнестрельного оружия, его основных частей (ствола, затвора, барабана, рамки, 2 ствольной коробки), взрывных устройств, боеприпасов, оружия массового поражения, средств его доставки, иного вооружения, иной военной техники, а также материалов и оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, средств его доставки, иного вооружения, иной военной техники, а равно стратегически важных товаров и ресурсов или культурных ценностей в крупном размере либо особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской ЛИЦО_4 и (или) охраняемым международными договорами Российской ЛИЦО_4, их частей и дериватов (производных). Как следует из представленных материалов, ЛИЦО_6 осужден приговором Миасского городского суда Челябинской области от 5 февраля 2021 года за совершение покушения на незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС предметов, отнесенных к категории иного вооружения, к трем годам лишения свободы условно. По оценке суда, деяние ЛИЦО_5 выразилось в попытке перемещения в иностранное государство почтовым отправлением единого общевойскового бронешлема и очков защитных модернизированных, относящихся к иному вооружению. Суд установил, что эти предметы ЛИЦО_6 приобрел на сайте бесплатных объявлений (интернет-сервис для размещения объявлений о товарах, недвижимости, вакансиях и резюме на рынке труда, а также услугах от частных лиц и компаний) у неустановленного лица, после чего разместил на международной торговой площадке объявление об их продаже и договорился с неустановленным покупателем об отправке указанных предметов в иностранное государство. Международное почтовое отправление было задержано сотрудниками Московской таможни. Апелляционным определением Челябинского областного суда от 14 апреля 2021 года и кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда от 16 сентября 2021 года приговор оставлен без изменения. 3 Постановлением судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_4 от 24 ноября 2021 года отказано в передаче кассационных жалоб ЛИЦО_5 и его адвоката для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. По мнению заявителя, оспариваемая норма не соответствует статьям 15 (часть 3), 19 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_4 в той мере, в какой она допускает – в условиях отсутствия ясного и непротиворечивого правового регулирования порядка и условий отнесения продукции военного назначения, не являющейся вооружением и оружием, к категории «иное вооружение» – признание иным вооружением индивидуального защитного снаряжения и не позволяет гражданам осознавать общественно опасный и противоправный характер своих действий и предвидеть их уголовно-правовые последствия. 2. Конституция Российской ЛИЦО_4 относит определение порядка продажи и покупки оружия, боеприпасов, военной техники и другого военного имущества к ведению Российской ЛИЦО_4 (статья 71, пункт «м») и допускает введение ограничений перемещения товаров и услуг в соответствии с федеральным законом, если это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей (статья 74, часть 2). Исходя из приведенных конституционных положений законом или в установленном им порядке могут вводиться меры правового регулирования, ограничивающие свободный оборот отдельных веществ или предметов как в отношении их принадлежности на территории Российской ЛИЦО_4 лишь определенным участникам оборота и допустимости сделок с ними только по специальному разрешению (пункт 2 статьи 129 ГК Российской ЛИЦО_4), так и в отношении их перемещения за пределы Российской ЛИЦО_4. Перечень видов продукции и отходов производства, свободная реализация которых запрещена, утвержденный Указом Президента Российской ЛИЦО_4 от 22 февраля 1992 года № 179 в целях сохранения государственного контроля за реализацией отдельных видов продукции, имеющих важнейшее значение в том числе для обеспечения общественной 4 безопасности, помимо прочего включает в себя не только вооружение, боеприпасы к нему, военную технику, но и специальное снаряжение личного состава военизированных организаций. Согласно Федеральному закону от 19 июля 1998 года № 114-ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве Российской ЛИЦО_4 с иностранными государствами» к основополагающим принципам государственной политики в сфере военно-технического сотрудничества относятся государственная монополия, исключающая осуществление внешнеторговой деятельности в отношении продукции военного назначения российскими организациями, не получившими на это права в установленном порядке, и российскими физическими лицами, а также соблюдение международных обязательств Российской ЛИЦО_4 в области контроля за экспортом продукции военного назначения, товаров и технологий двойного назначения, что обеспечивается, кроме прочего, введением разрешительного порядка осуществления внешнеэкономических операций с контролируемыми товарами, который предусматривает лицензирование и иные формы государственного регулирования их ввоза и вывоза, и применением к правонарушителям мер юридической ответственности (статьи 4 и 5, пункт 4 статьи 6 и статья 15). Тем самым любое перемещение через Государственную границу Российской ЛИЦО_4 неуполномоченным лицом, без соответствующей лицензии, в нарушение установленного порядка продукции военного назначения является противоправным деянием, что должно осознаваться этим лицом, равно как и возможность наступления неблагоприятных последствий в случае такого перемещения. Это вместе с тем не предрешает исключительно уголовной наказуемости противоправного деяния в указанной области, притом что и отсутствие уголовной ответственности не означает само по себе ни разрешения соответствующей деятельности, ни согласия государства на ее свободное осуществление, ни отказа от предусмотренных им законных запретов, как и от применения ввиду их нарушения иных, нежели уголовно- правовые, мер государственного принуждения. 5 3. Оценивая конституционность законодательства в части оснований, условий и пределов юридической ответственности, Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в постановлениях от 29 ноября 2016 года № 26-П, от 10 февраля 2017 года № 2-П, от 25 апреля 2018 года № 17-П и др. исходил, в частности, из следующего: юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями, ее регулирование должно согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами ответственности; общепризнанным принципом привлечения к ответственности во всех отраслях права является наличие вины (доказанной либо презюмируемой, но опровержимой, а в уголовном праве, в силу статьи 49 Конституции Российской ЛИЦО_4, только доказанной) как элемента субъективной стороны состава правонарушения; виды юридической ответственности и обусловленные ими наказания должны обладать разумным сдерживающим потенциалом, достаточным для соблюдения соответствующих запретов, чтобы их применение отвечало предназначению государственного принуждения, которое заключается главным образом в превентивном действии присущих ему юридических средств для защиты прав и свобод, иных конституционно признаваемых ценностей гражданского общества и правового государства; требования справедливости и гуманизма обязывают обеспечить дифференциацию ответственности в зависимости от существенных обстоятельств, определяющих выбор уместных мер государственного принуждения, а потому конкретный ее вид должен соотноситься с характером правонарушения, с его опасностью для находящихся под охраной закона ценностей, с личностью и степенью вины правонарушителя, чтобы это гарантировало адекватность мер и последствий ответственности тому вреду, который причинен правонарушением, не допускало избыточного государственного принуждения и обеспечивало баланс прав гражданина, 6 привлекаемого к ответственности, и публичного интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств; при криминализации деяний не должны быть нарушены принципы равенства и правовой определенности, а ясность, недвусмысленность и согласованность правовых норм обязательны в уголовном законе, изданием и применением которого в качестве исключительного средства государство реагирует на противоправное поведение в целях охраны общественных отношений, если ее нельзя обеспечить должным образом нормами иных отраслей права. 3.1. Принцип правовой определенности, обязывающий федерального законодателя формулировать уголовно-правовые предписания с достаточной степенью четкости, позволяющей лицу сообразовывать с ними свое поведение – как дозволенное, так и запрещенное – и предвидеть вызываемые им последствия, не исключает введения в уголовный закон юридических конструкций бланкетного характера, которые для уяснения тех или иных терминов требуют обращения к нормативному материалу других правовых актов. Оценивая подобную модель законодательного регулирования, Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 пришел к следующему выводу: сам по себе бланкетный характер нормы не может свидетельствовать о ее неконституционности, поскольку регулятивные нормы, непосредственно закрепляющие правила поведения, не обязательно должны содержаться в том же правовом акте, что и нормы, предусматривающие юридическую ответственность за их нарушение, а потому степень определенности используемых в законе понятий должна оцениваться исходя не только из самого текста закона, его формулировок, но и из их места в системе нормативных предписаний, а также с учетом смежных составов правонарушений. Конституционность же бланкетной конструкции как таковой не ставится под сомнение и в случаях, если нормы, несоблюдение которых влечет уголовную ответственность, установлены подзаконными актами (постановления от 27 мая 2003 года № 9-П, от 31 марта 2011 года № 3-П, от 14 7 февраля 2013 года № 4-П, от 17 июня 2014 года № 18-П, от 16 июля 2015 года № 22-П и др.). Поскольку характерное для бланкетных диспозиций статей уголовного закона указание на незаконный характер конкретных деяний в сфере оборота тех или иных предметов означает, что юридической предпосылкой применения соответствующих уголовно-правовых норм является несоблюдение действующих в данной сфере правил (притом что основанием уголовной ответственности в силу статьи 8 УК Российской ЛИЦО_4 служит наличие в совершенном деянии всех признаков состава преступления, предусмотренного этим Кодексом), постольку решение вопроса о наличии признаков состава преступления, предусмотренного статьей 2261 УК Российской ЛИЦО_4, предполагает выявление нарушения правил трансграничного перемещения предметов, посягающего на охраняемые законом таможенные отношения, а также установление принадлежности незаконно перемещаемых предметов к числу названных в этой статье предметов контрабанды (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 10 октября 2019 года № 2647-О, от 26 марта 2020 года № 793-О и др.). Тем самым отсутствие в предмете трансграничного перемещения необходимых признаков (оснований), позволяющих отнести его к категории предметов уголовно запрещенной контрабанды, исключает и квалификацию такого деяния в качестве преступления, в частности, с его объективной стороны, что в то же время не освобождает лиц, допускающих в этой области противоправное поведение, от обязательности запретов и мер принуждения, включая меры ответственности, которые следуют из иного законодательства, помимо уголовного закона. 3.2. Объем и содержание нарушения запрета контрабанды определенных предметов, влекущего уголовно-правовые последствия, не могут определяться решающим образом лишь исходя из дискреционной классификации таких предметов уполномоченными органами, включая профильные контрольно- надзорные инстанции, так чтобы исключительно их усмотрение и суждения, свободные от нормативно установленных критериев, были бы основанием для вывода о том, что трансграничное перемещение определенного предмета 8 запрещено под угрозой именно уголовной ответственности, и таким образом предрешали бы, в конечном счете, выводы суда по уголовному делу. При этом, как следует из Определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 10 октября 2019 года № 2647-О, бланкетный способ изложения статей уголовного закона применительно к установлению круга относимых к тому или иному составу преступления предметов не сводится лишь к поименному перечислению каждого из них посредством полного их перечня, специально принятого для целей конкретной статьи. Достижение ясности в этом вопросе может обеспечиваться и за счет обращения к понятийному аппарату системно связанных с уголовным законом нормативных актов другой отраслевой принадлежности, ссылки на которые сделаны или подразумеваются в бланкетных диспозициях. Содержащиеся в данных актах дефинитивные нормы, непосредственно обозначая область применения, целевое предназначение и другие характерные (видовые) признаки определяемого предмета, также призваны служить для его отграничения от прочих предметов. Кроме того, предметы, которые попадают в сферу действия статьи 2261 УК Российской ЛИЦО_4 в качестве вооружения и военной техники, настолько редко – с учетом провозглашенной государственной монополии – могут законным образом оказаться во владении частных лиц и стать в таком качестве объектом перемещения через границу, что, как отмечено в указанном Определении Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, отсутствие их поименного перечня может быть компенсировано (при разумной осмотрительности лица, владеющего предметами, явно имеющими военное или двойное назначение) возможностью установить назначение данного предмета, а значит, и применимые при его перемещении через границу правила посредством обращения в уполномоченные государственные органы. В частности, в случае необходимости получить дополнительную информацию для определения принадлежности продукции к продукции военного назначения имеется возможность (в том числе для физических лиц) ее идентификации, которая осуществляется в соответствии с Порядком отнесения товаров, а также 9 информации, работ, услуг, результатов интеллектуальной деятельности к продукции военного назначения и выдачи Федеральной службой по военно- техническому сотрудничеству соответствующих заключений, утвержденным ее приказом от 13 марта 2015 года № 20-од. 4. Таким образом, часть первая статьи 2261 УК Российской ЛИЦО_4 сама по себе не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать общественную опасность, противоправность своих действий и предвидеть наступление уголовной ответственности за их совершение, а потому не может расцениваться как нарушающая конституционные права ЛИЦО_5 в его конкретном деле. Следовательно, жалоба заявителя не отвечает критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 и не может быть принята к рассмотрению. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения тех или иных норм права, к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, как она определена статьей 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», не относятся. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 10 2. Настоящее Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_7 № 1715-О