Определение Конституционного Суда РФ от 29.04.2026 № 1282-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав частью 4 статьи 5 Водного кодекса Российской ЛИЦО_4, а также пунктами 3, 4, 9 и 10 Правил определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаев и периодичности ее определения город Санкт-Петербург 29 апреля 2026 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность части 4 статьи 5 Водного кодекса Российской ЛИЦО_4, а фактически – пункта 2 данного законоположения, в силу которого береговая линия (граница водного объекта) определяется для реки, ручья, канала, озера, обводненного карьера по среднемноголетнему уровню вод в период, когда они не покрыты льдом. Также заявителем под сомнение ставится конституционность следующих положений Правил определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаев и периодичности ее определения 2 (утверждены Постановлением Правительства Российской ЛИЦО_4 от 29 апреля 2016 года № 377; далее – Правила): пункта 3, согласно которому установление местоположения береговой линии (границы водного объекта) осуществляется не реже одного раза в 25 лет, а также в случаях: если местоположение береговой линии (границы водного объекта) изменилось в результате естественных процессов руслоформирования, воздействий антропогенного характера и стихийных бедствий; если местоположение береговой линии (границы водного объекта) необходимо для установления границ водоохранной зоны и (или) границ прибрежных защитных полос соответствующего водного объекта; пункта 4, устанавливающего, что уточнение местоположения береговой линии (границы водного объекта) осуществляется в случаях: осуществления распоряжения водным объектом или его частью; в иных случаях при необходимости повышения точности установленного местоположения береговой линии (границы водного объекта); пункта 9, в соответствии с которым, в частности, для установления местоположения береговой линии (границы водного объекта) применяется картометрический способ определения координат береговой линии (границы водного объекта) с использованием актуального картографического материала наиболее крупного масштаба, а также данных дистанционного зондирования Земли, имеющихся в отношении соответствующей территории в федеральном или ведомственных картографо-геодезических фондах (абзац первый), а установление местоположения береговой линии (границы водного объекта) рек, ручьев, каналов, озер и обводненных карьеров осуществляется картометрическим (фотограмметрическим) способом с использованием данных об уровнях воды, содержащихся в Едином государственном фонде данных о состоянии окружающей среды, ее загрязнении (абзац пятый); пункта 10, предусматривающего, что при уточнении местоположения береговой линии (границы водного объекта) координаты характерных точек определяются с точностью, установленной для определения координат 3 характерных точек границ земельных участков, примыкающих к береговой линии (границе водного объекта), но не ниже точности, используемой при установлении местоположения береговой линии (абзац первый), в то время как при уточнении местоположения береговой линии (границы водного объекта) поверхностных водных объектов береговая линия (граница водного объекта) реки, ручья и канала определяется по среднемноголетнему уровню вод в период, когда они не покрыты льдом, с учетом уровней воды при руслонаполняющем расходе воды и морфологических особенностей водного объекта (подпункт «б»). Как следует из представленных материалов, решением Верховного Суда Республики Северная Осетия – Алания удовлетворено административное исковое заявление ЛИЦО_5 и иных лиц о признании недействующим приказа Министерства природных ресурсов и экологии Республики Северная Осетия – Алания от 24 января 2023 года № 14, которым утверждено, в частности, местоположение береговой линии (граница водного объекта) реки Фиагдон, поскольку соответствующий приказ не был опубликован в установленном порядке. Впоследствии указанное решение сначала было отменено апелляционным судом общей юрисдикции, но затем оставлено в силе судами кассационной инстанции, которые, среди прочего, отклонили доводы административных истцов о том, что береговая линия (граница водного объекта) должна была устанавливаться по среднемноголетнему уровню вод конкретного водного объекта или рек-аналогов, а не исключительно картометрическим способом. По мнению заявителя, оспариваемые нормативные положения не соответствуют статьям 19 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_4, поскольку они допускают первичное установление границ водного объекта исключительно на основании визуальных данных дистанционного зондирования Земли (ДДЗ), что позволяет уполномоченным органам отказываться от использования имеющихся гидрологических сведений о среднемноголетнем уровне вод и 4 непропорционально перекладывает бремя проведения инженерно- гидрологических изысканий на частных лиц, чьи имущественные права затрагиваются установлением таких границ. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Согласно Конституции Российской ЛИЦО_4 земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской ЛИЦО_4 как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории (статья 9, часть 1); владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц; условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона (статья 36, части 2 и 3). Положения части 4 статьи 5 Водного кодекса Российской ЛИЦО_4 и Правила, принятые в развитие как данных конституционных предписаний, так и основных принципов водного законодательства, в частности принципа значимости водных объектов в качестве основы жизни и деятельности человека, при котором регулирование водных отношений осуществляется исходя из представления о водном объекте как о важнейшей составной части окружающей среды, среде обитания объектов животного и растительного мира, в том числе водных биологических ресурсов, как о природном ресурсе, используемом человеком для личных и бытовых нужд, осуществления хозяйственной и иной деятельности, и одновременно как об объекте права собственности и иных прав (пункт 1 статьи 3 Водного кодекса Российской ЛИЦО_4), направлены на сохранение природы и окружающей среды, обеспечение свободного доступа граждан к водным объектам с учетом их особого публичного предназначения, а также справедливого баланса между общественными интересами и правами частных лиц. 5 При этом абзац пятый пункта 9 Правил прямо предусматривает, что установление местоположения береговой линии (границы водного объекта) рек, ручьев, каналов, озер и обводненных карьеров осуществляется не исключительно картометрическим (фотограмметрическим) способом, а в том числе с использованием данных об уровнях воды, содержащихся в Едином государственном фонде данных о состоянии окружающей среды, ее загрязнении. При отсутствии же таких данных могут использоваться сведения в отношении рек-аналогов (пункт 19 Обзора судебной практики по вопросам применения законодательства об охране окружающей среды, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской ЛИЦО_4 24 июня 2022 года). Соответственно, оспариваемые нормы не могут расцениваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя. Проверка же обоснованности судебных постановлений, включая оценку правильности выбора норм, подлежащих применению при разрешении конкретного дела, на чем, по существу, настаивает заявитель, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 (статья 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4»). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 6 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_6 № 1282-О