Определение Конституционного Суда РФ от 22.07.2026 № 2380-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Г. на нарушение ее конституционных прав положениями статей 2 и 5 Федерального закона «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской ЛИЦО_2, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской ЛИЦО_2, сотрудников органов принудительного исполнения Российской ЛИЦО_2», а также статей 2 и 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» город Санкт-Петербург 22 июля 2026 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 в составе ЛИЦО_1ЛИЦО_3, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Г. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2, у с т а н о в и л : 1. Гражданка Г. оспаривает конституционность следующих законоположений: абзаца первого (а фактически также и абзаца второго) пункта 3 статьи 2 «Субъекты обязательного государственного страхования», абзаца второго (а 2 фактически также и абзаца первого) пункта 2 (в жалобе ошибочно назван пунктом 3) статьи 5 «Страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям. Страховая сумма, применяемая для расчета страховой премии» Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской ЛИЦО_2, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской ЛИЦО_2, сотрудников органов принудительного исполнения Российской ЛИЦО_2»; части 311 статьи 2 «Денежное довольствие военнослужащих», частей 8 и 9, пункта 1 части 11 статьи 3 «Отдельные выплаты военнослужащим» Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (при этом части указанных статей в жалобе ошибочно названы пунктами, а пункт 1 части 11 статьи 3 – подпунктом 1 пункта 11 данной статьи). Как следует из представленных документов, Г., полагая, что брак ее сына, погибшего при исполнении обязанностей военной службы, с учетом его продолжительности и обстоятельств заключения не может свидетельствовать о действительном намерении супруги сына создать с ним семью, обратилась в суд с требованием о лишении ее права на меры социальной поддержки. Отказывая в удовлетворении данного требования, суды общей юрисдикции указали, что брак сына заявительницы на момент его гибели не был расторгнут либо признан недействительным, в силу чего раздельное проживание супругов и отсутствие между ними брачных отношений не имеют юридического значения. По мнению заявительницы, оспариваемые положения не соответствуют статьям 7 (часть 1), 38 (часть 1) и 39 (часть 1) Конституции Российской ЛИЦО_2 в той мере, в какой характеризуются неопределенностью в вопросе о возможности лишения супруги военнослужащего права на 3 полагающиеся в связи с его гибелью социальные выплаты в случае, если фактически на момент его гибели семейные отношения между ними были прекращены. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 неоднократно отмечал, что военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья. Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что – в силу Конституции Российской ЛИЦО_2, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), – обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения военной службы. Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого вреда, относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя соответствующее правовое регулирование, обязан предусматривать эффективные гарантии прав указанных лиц, адекватные правовой природе и целям возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих, а также характеру возникающих между ними и государством правоотношений (постановления Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2 от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 20 октября 2010 4 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 25 февраля 2019 года № 12-П, от 14 декабря 2021 года № 52-П, от 12 февраля 2025 года № 7-П, от 3 марта 2026 года № 11-П и др.). Федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему полномочий, предусмотрел особый правовой механизм для возмещения вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, членам семей погибших (умерших) военнослужащих, направленный на восполнение основного или одного из основных источников постоянного дохода семьи военнослужащего – денежного довольствия, утраченного в результате его гибели (смерти), в том числе в случае, когда у самих членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего отсутствует возможность (в силу нетрудоспособности, занятости воспитанием малолетних детей, несовершеннолетия и т.п.) компенсировать утраченный доход собственными силами, который включает в себя обязательное государственное страхование жизни и здоровья, специальное пенсионное обеспечение, единовременное пособие и ежемесячную денежную компенсацию, а также иные меры социальной защиты. Оспариваемые заявительницей нормы Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ, относящие супруга, состоявшего на день гибели (смерти) в зарегистрированном браке с застрахованным лицом, к выгодоприобретателям по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) военнослужащего (абзацы первый и второй пункта 3 статьи 2), и предоставляющие выгодоприобретателям право на выплату страховой суммы в равных долях (абзацы первый и второй пункта 2 статьи 5), равно как и положения Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», которые закрепляют право членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего (включая супруга, состоящего на день гибели (смерти) военнослужащего в зарегистрированном браке с ним) на получение единовременного пособия и ежемесячной денежной компенсации (части 8 и 9, пункт 1 части 11 статьи 3), выступают элементами названного правового механизма, направлены на 5 обеспечение возмещения причиненного утратой кормильца вреда и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права Г. в указанном в жалобе аспекте. Оценка же обоснованности вынесенных по делу заявительницы судебных постановлений, с которыми, как следует из жалобы, она выражает несогласие, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2, установленную статьей 125 Конституции Российской ЛИЦО_2 и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2». Что касается части 311 статьи 2 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», определяющей порядок выплаты денежного довольствия, причитавшегося проходившему военную службу по контракту военнослужащему и не полученного им ко дню гибели (смерти), то применение данной нормы в деле заявительницы представленными ею копиями судебных постановлений не подтверждается, в силу чего жалоба Г. и в этой части не отвечает критерию допустимости и не может быть принята к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Г., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 признается допустимой. 6 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2ЛИЦО_3 № 2380-О