Определение Конституционного Суда РФ от 27.11.2025 № 3113-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Республики Филиппины и Соединенных ЛИЦО_4 ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав пунктом «б» части второй статьи 1271 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_3, а также частями 3 и 9 статьи 55 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской ЛИЦО_3» город Санкт-Петербург 27 ноября 2025 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_5, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Республики Филиппины и Соединенных ЛИЦО_4 ЛИЦО_1 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. Гражданин Республики Филиппины и Соединенных ЛИЦО_4 ЛИЦО_1 оспаривает конституционность следующих норм: пункта «б» части второй статьи 1271 УК Российской ЛИЦО_3, устанавливающего уголовную ответственность за куплю-продажу человека, иные сделки в отношении человека, а равно совершенные в целях его эксплуатации вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение, совершенные в отношении несовершеннолетнего; части 3 статьи 55 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323- ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской ЛИЦО_3», предусматривающей, что мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных 2 репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство; одинокая женщина также имеет право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии ее информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство (в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 19 декабря 2022 года № 538-ФЗ, которым названная часть дополнена указанием на то, что право на применение вспомогательных репродуктивных технологий в виде суррогатного материнства не распространяется на мужчину и женщину, которые не состоят в браке); части 9 той же статьи, в соответствии с которой суррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям (в редакции, действовавшей до внесения Федеральным законом от 19 декабря 2022 года № 538-ФЗ изменений, предусматривающих, в частности, что договор о суррогатном материнстве заключается с потенциальными родителями, половые клетки которых использовались для оплодотворения, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможны по медицинским показаниям (генетическая мать и генетический отец) и которые состоят в браке между собой), либо одинокой женщиной, половые клетки которой использовались для оплодотворения и для которой вынашивание и рождение ребенка невозможны по медицинским показаниям). Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, оставленным в соответствующей части без изменения определением суда апелляционной инстанции (принято после направления дела в этой части на новое рассмотрение кассационным судом общей юрисдикции), среди прочего, отказано в удовлетворении требования П.К. об 3 установлении его отцовства в отношении несовершеннолетнего ребенка, рожденного суррогатной матерью. Суд апелляционной инстанции, среди прочего, сослался на вступившие в законную силу приговоры судов, которыми установлено совершение в отношении этого ребенка купли- продажи. В передаче кассационной жалобы на определение суда апелляционной инстанции и определение суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской ЛИЦО_3 было отказано. По мнению заявителя, оспариваемые положения Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской ЛИЦО_3» (в оспариваемой редакции) противоречат статьям 1, 7, 19, 38 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 671 (часть 4) Конституции Российской ЛИЦО_3, поскольку они не позволяют установить отцовство единственного родителя, воспользовавшегося технологией суррогатного материнства. Кроме того, П.К. указывает, что часть 9 статьи 55 названного Федерального закона и подпункт «б» части второй статьи 1271 УК Российской ЛИЦО_3 не соответствуют статьям 1 (часть 1), 8 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 41 Конституции Российской ЛИЦО_3, поскольку они не позволяют разграничить предусмотренную законодательством сделку, при совершении которой допущены формальные нарушения, от уголовно наказуемого деяния и тем самым подрывают разумные ожидания частных лиц, обратившихся за медицинской услугой. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. В силу статьи 125 (пункт «а» части 4) Конституции Российской ЛИЦО_3, пункта 3 части первой статьи 3, статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3» граждане и юридические лица вправе обратиться в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 с жалобой на нарушение 4 конституционных прав и свобод нормативным актом и такая жалоба признается допустимой, если имеются признаки нарушения прав и свобод заявителя в результате применения оспариваемого нормативного акта в конкретном деле с его участием, а жалоба подана в срок не позднее одного года после принятия судебного решения, которым исчерпываются внутригосударственные средства судебной защиты. Конкретным же делом, по смыслу указанных статей Конституции Российской ЛИЦО_3 и Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», является то дело, в котором судом в установленной юрисдикционной процедуре разрешается затрагивающий права и свободы заявителя вопрос на основе положений соответствующего нормативного акта, устанавливаются и (или) исследуются фактические обстоятельства (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 28 января 2016 года № 77-О, от 24 февраля 2022 года № 314-О, от 28 июня 2022 года № 1644-О и др.). Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», представленными материалами применение судами пункта «б» части второй статьи 1271 УК Российской ЛИЦО_3 в деле с участием заявителя не подтверждается. Части 3 и 9 статьи 55 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской ЛИЦО_3» как в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 19 декабря 2022 года № 538-ФЗ, так и в действующей редакции обеспечивают реализацию права граждан на применение вспомогательных репродуктивных технологий. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 применительно к случаям фактического использования технологии суррогатного материнства одинокими мужчинами указывал, что установление в судебном порядке отцовства таких мужчин в отношении детей, рожденных суррогатной матерью, – имея в виду вытекающую из Конституции Российской ЛИЦО_3 в единстве с международно-правовыми актами приоритетную цель защиты прав и интересов ребенка – может быть оправдано лишь необходимостью 5 легализации правовой связи таких детей с их генетическими отцами и тем самым обеспечения таким детям родительского попечения, хотя и в лице единственного родителя (Постановление от 29 июня 2021 года № 30-П). Соответственно, части 3 и 9 статьи 55 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской ЛИЦО_3» в оспариваемой редакции сами по себе не могут рассматриваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в деле с участием которого суд апелляционной инстанции указал, что, несмотря на результаты молекулярно-генетической экспертизы, удовлетворению требований П.К. препятствует нарушение им закона при получении услуги суррогатного материнства и совершение в отношении несовершеннолетнего купли-продажи, установленное приговорами судов. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем судами тех или иных норм права, не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, закрепленную в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_3 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Республики Филиппины и Соединенных ЛИЦО_4 ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 6 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_5 № 3113-О