Определение Конституционного Суда РФ от 25.06.2024 № 1494-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение ее конституционных прав частью второй статьи 33, частями третьей, пятой, шестой и седьмой статьи 35 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_4 город Санкт-Петербург 25 июня 2024 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1, осужденная за совершение мошенничеств в составе организованной группы, оспаривает конституционность части второй статьи 33 «Виды соучастников преступления», частей третьей, пятой, шестой и седьмой статьи 35 «Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией)» УК Российской ЛИЦО_4 По мнению заявительницы, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 1 (часть 1), 2, 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 3), 18, 19 (части 1 и 2), 45, 46 (часть 1), 49, 50 (части 2 и 3), 55 (часть 3), 751 и 123 (часть 3) 2 Конституции Российской ЛИЦО_4 в той мере, в какой они: не содержат четких критериев устойчивости организованной группы, не конкретизируя продолжительность ее существования, стабильность состава и сплоченность; позволяют признавать организованную группу направленной на совершение тяжких преступлений, которые отнесены к этой категории исключительно ввиду совершения деяния организованной группой; допускают квалификацию преступления как совершенного в составе организованной группы из двух человек без определения признаков вменяемости и без допроса второго участника при невозможности этого в связи с его смертью, но позволяя признавать умершего соисполнителем преступления и членом организованной группы. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Требование правовой определенности, обязывая излагать законодательство с достаточной точностью, не исключает использования в уголовном законе оценочных или общепринятых понятий, значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами правоотношений непосредственно из содержания нормативного положения или же из системы взаимосвязанных положений, рассчитанных на применение к неограниченному числу правовых ситуаций, либо с выявлением более сложной взаимосвязи правовых предписаний, в частности в разъяснениях судов. Судебная же власть, руководимая принципами самостоятельности, справедливого, независимого и беспристрастного правосудия (статьи 10, 118 и 120 Конституции Российской ЛИЦО_4), по природе своей предназначена для разрешения споров и дел в том числе на основе норм, изложенных с применением оценочных понятий (постановления Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 5 марта 2013 года № 5-П, от 31 марта 2015 года № 6-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П, от 24 мая 2021 года № 21-П и др.). В системе правового регулирования предполагается именно уголовная ответственность за хищения, совершенные в рамках организованной 3 преступной деятельности. Осуществленная законодателем в части четвертой статьи 159 УК Российской ЛИЦО_4 дифференциация ответственности за совершение мошенничества участником устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения одного, а тем более – нескольких преступлений, отражает повышенную степень общественной опасности такого деяния (Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 30 мая 2024 года № 1425-О). Уголовный кодекс Российской ЛИЦО_4, регламентируя общие вопросы ответственности за соучастие в преступлении, т.е. за умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления (статья 32), определяет понятие исполнителя (часть вторая статьи 33) и признает преступление совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (часть третья статьи 35). Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, положения статьи 35 данного Кодекса, определяющие формы соучастия, направлены на обеспечение дифференциации ответственности за преступления в зависимости от степени сплоченности участвующих в их совершении лиц (определения от 17 июля 2007 года № 606-О-О, от 29 января 2009 года № 57-О- О, от 21 мая 2015 года № 1131-О, от 19 июля 2016 года № 1631-О, от 28 сентября 2017 года № 2165-О и др.). Согласно Уголовному кодексу Российской ЛИЦО_4 ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления (часть первая статьи 34); при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, учитываются характер и степень фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда, причем смягчающие или отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности одного из соучастников, учитываются при назначении наказания только этому соучастнику (статья 67). Окончательная же юридическая оценка деяния и 4 назначение наказания за него осуществляются именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по отправлению правосудия, установленных Конституцией Российской ЛИЦО_4 и уголовно-процессуальным законом (Постановление Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 2 июля 2013 года № 16-П). Как отмечал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, нормы уголовного закона (в том числе устанавливающие особенности соучастия в преступлении) не регламентируют вопросов, связанных с доказыванием вины и презумпцией невиновности (Определение от 23 июня 2016 года № 1279-О). Исходя из этой презумпции, если противоправность того или иного деяния или его совершение конкретным лицом, в том числе в соучастии, не установлены и не доказаны в соответствующих уголовно-процессуальных процедурах, все сомнения должны толковаться в пользу данного лица, которое в этом случае не подлежит уголовной ответственности, а его деяние не может быть квалифицировано как совершенное в соучастии. Суд же обязан, рассмотрев уголовное дело по существу и оценив все собранные доказательства и доводы сторон, вынести законное, обоснованное и мотивированное решение. Тем самым ответственность за совершение преступления в составе организованной группы возможна только при установлении судом в надлежащем уголовно- процессуальном порядке признаков совершения преступления организованной группой (включая степень устойчивости группы лиц, их объединение для совершения одного или нескольких преступлений), фактического участия лица в такой группе, а также исходя из его доказанной роли в совершенном преступлении и из направленности его умысла (определения от 17 июля 2007 года № 606-О-О от 29 января 2009 года № 57-О-О, от 21 декабря 2011 года № 1775-О-О, от 25 января 2012 года № 104-О-О, от 22 марта 2012 года № 440-О-О, от 23 июля 2020 года № 1887-О, от 27 декабря 2023 года № 3324-О, от 25 апреля 2024 года № 878-О и др.). Таким образом, оспариваемые нормы не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы в аспекте, указанном в ее жалобе. 5 Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_6 № 1494-О