Определение Конституционного Суда РФ от 26.09.2024 № 2126-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шленчака Александра Алексеевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 291 Уголовного кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 26 сентября 2024 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.А.Шленчака к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, у с т а н о в и л : 1. Приговором суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением) гражданин А.А.Шленчак признан виновным в совершении в составе группы лиц по предварительному сговору преступлений, в том числе покушения на дачу через посредника должностному лицу взятки в крупном размере. Доводы кассационных жалоб отклонены вышестоящими судами. По мнению заявителя, часть первая статьи 291 «Дача взятки» УК Российской Федерации противоречит статьям 18, 19, 46, 54 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку она позволяет привлекать к уголовной ответственности без установления статуса и полномочий должностного лица, 2 которому передавалось вознаграждение, а также считать дачей взятки действия граждан, совершенные в результате провокации и подстрекательства со стороны правоохранительных органов. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, привлечение к уголовной ответственности – по смыслу статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации и конкретизирующих ее положений части второй статьи 2, статьи 8 и части первой статьи 14 УК Российской Федерации – безусловно предполагает, что ее основанием может быть лишь деяние, являющееся опасным для личности, общества или государства и содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом, которые должны быть присущи ему в момент совершения (Постановление от 10 февраля 2017 года № 2-П). Суд, разрешая в числе прочего вопрос, является ли конкретное деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено (пункт 3 части первой статьи 299 УПК Российской Федерации), соотносит это деяние с законодательно определенными и включенными в состав преступления признаками, которые тем самым служат обязательными критериями (условиями) для его уголовно-правовой квалификации, а также позволяют разграничивать смежные преступления либо преступления и иные правонарушения (Постановление от 11 января 2024 года № 1-П). Конституционными предписаниями предопределена необходимость введения специальных ограничений и ответственности за их нарушение, в том числе посредством криминализации деятельности, приводящей к коррупции, путем формулирования уголовно-правовых запретов (Определение от 6 апреля 2023 года № 747-О). Так, статья 291 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за дачу взятки должностному лицу, иностранному должностному лицу либо должностному лицу публичной международной 3 организации лично или через посредника (в том числе когда взятка по указанию должностного лица передается иному физическому или юридическому лицу) (часть первая), а также определяет крупный размер как особо квалифицирующий признак такого преступления (пункт «б» части четвертой). Из содержания этой статьи – во взаимосвязи с положениями статей 5, 24 и 25 данного Кодекса – вытекает, что уголовный закон предполагает возможность квалификации деяния как дачи взятки лишь при установлении в действиях лица прямого умысла и личной заинтересованности в совершении взяткополучателем определенных действий (бездействия) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2002 года № 328-О). Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что для квалификации деяния как дачи взятки необходимо обязательное установление с учетом фактических обстоятельств конкретного дела как общих признаков преступления (в том числе общественной опасности и противоправности), так и специальных признаков, включенных в состав дачи взятки, характеризующих в том числе его объективную и субъективную сторону (Определение от 27 февраля 2024 года № 295-О). Кроме того, рассматривая дело о взятке, суд должен установить признаки того, что лицо выполняет функции должностного лица, а также конкретное содержание этих функций (определения от 17 июня 2013 года № 1031-О, от 28 сентября 2017 года № 2174-О, от 30 июня 2020 года № 1392-О, от 29 сентября 2022 года № 2232-О и от 30 мая 2023 года № 1110-О). В свою очередь, в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» проведение оперативно-розыскных мероприятий, в том числе по выявлению и пресечению взяточничества, возможно лишь в целях выполнения задач, предусмотренных его статьей 2, и только при наличии оснований, указанных в его статье 7, которыми являются, в частности, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, подготавливающих, совершающих или 4 совершивших такое деяние, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, каковые сведения предстоит проверить (подтвердить или отвергнуть) в ходе оперативно-розыскных мероприятий. При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, разрешение задач оперативно-розыскной деятельности предполагает активную форму поведения ее субъектов. Действия же лиц, непосредственно участвующих в оперативно-розыскном мероприятии, должны быть сообразными условиям и обстановке, в которых оно проводится, а также поведению лица, в отношении которого имеются основания для его целевого проведения. Проведение в установленном порядке оперативно-розыскных мероприятий, в том числе оперативного эксперимента, опирающихся на обоснованные предположения о наличии признаков противоправного деяния и относительно его субъектов, исходя из целей, задач и существа оперативно-розыскной деятельности, не может расцениваться как провокация преступления (определения от 24 апреля 2018 года № 918-О, от 29 мая 2018 года № 1398-О, от 17 июля 2018 года № 2022- О, от 29 января 2019 года № 75-О, от 25 апреля 2023 года № 1017-О и др.). Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя, из судебных решений по делу которого также не следует, что преступление совершено им в результате провокации или подстрекательства со стороны сотрудников правоохранительных органов или иных лиц. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шленчака Александра Алексеевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде 5 Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2126-О