Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2023 № 301-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав положениями статей 612 и 619 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» город Санкт-Петербург 28 февраля 2023 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_7, судей А.Ю.Бушева, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность пункта 2 статьи 612 «Оспаривание подозрительных сделок должника» и пункта 2 статьи 619 «Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Как следует из представленных материалов, в рамках рассмотрения дела о банкротстве гражданина А. определением арбитражного суда, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, удовлетворено заявление конкурсного кредитора должника о признании 2 недействительной сделкой договора займа, по которому ЛИЦО_6 передал А. в долг денежную сумму; применены последствия недействительности сделки: требование заявителя к должнику признано подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов. Суды исходили из того, что спорный договор займа заключен без обязательного письменного согласия финансового управляющего после введения процедуры банкротства в отношении должника в условиях осведомленности о его неплатежеспособности займодавца и влечет увеличение текущих обязательств должника, что свидетельствует о нарушении прав кредиторов должника. При этом суды отвергли доводы ЛИЦО_5 о необходимости прекращения производства по заявлению о признании сделки недействительной ввиду наличия приговора суда по уголовному делу, которым дана соответствующая оценка обстоятельствам передачи заявителем денежных средств, А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части второй статьи 165 «Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием» УК Российской ЛИЦО_4. Указанное обстоятельство, как утверждал заявитель, свидетельствует об отсутствии между ним и А. гражданско-правовых отношений, вопрос же о возмещении вреда, причиненного преступлением, должен разрешаться в ином порядке. Определением судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_4 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской ЛИЦО_4 отказано. По мнению заявителя, оспариваемые нормы не соответствуют Конституции Российской ЛИЦО_4, в частности ее статьям 19 (часть 1), 45, 46 (часть 1) и 47 (часть 1), поскольку позволяют рассматривать в качестве недобросовестного поведение лица, вступившего в правоотношение с банкротом, исходя из одного лишь факта публичного размещения сведений о его банкротстве; трансформировать деликтные правоотношения, связанные с 3 возмещением вреда, причиненного преступлением, в договорные и признать недействительной сделкой действие, ранее признанное судом общей юрисдикции преступлением. ЛИЦО_6 указывает также, что эти положения нарушают его конституционные права, поскольку позволяют постороннему лицу (конкурсному кредитору) заявлять требование о признании сделки недействительной, ставя потерпевшего в процессуальное положение ответчика, несмотря на признание за ним права на возмещение причиненного преступлением вреда судом общей юрисдикции, а арбитражному суду – при применении последствий недействительности сделки в отсутствие волеизъявления потерпевшего признавать за ним право на удовлетворение требований к причинителю вреда – банкроту в определенном порядке и очередности, в результате чего потерпевший лишается возможности защищать свое право на возмещение вреда в судах общей юрисдикции в установленном законом порядке. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Пункт 2 статьи 612 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает, в частности, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник 4 отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. Данная норма позволяет противодействовать последствиям совершения таких сделок и тем самым обеспечивает защиту имущественных интересов кредиторов. Как следует из содержащихся в Постановлении Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 3 февраля 2022 года № 5-П правовых позиций, само по себе правовое регулирование, в силу которого сделка может быть признана недействительной для защиты имущественных интересов кредиторов в деле о банкротстве, осуществленное законодателем в рамках своей дискреции в целях обеспечения баланса интересов участников гражданского оборота, не может быть признано не согласующимся с принципами справедливости и соразмерности. Исходя из представленных судебных актов, обосновывая вывод об осведомленности заявителя о направленности спорной сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов, арбитражные суды в числе прочего учитывали, что на момент ее совершения в отношении должника была введена процедура реструктуризации долгов, имелось возбужденное исполнительное производство о наложении ареста на его имущество, сведения об аресте были размещены публично. Кроме того, суды, сославшись в том числе на приговор по уголовному делу, отметили, что должник не скрывал от заимодавца цель займа, состоявшую в погашении требований иных кредиторов, и пришли к выводу о том, что это является нарушением установленного законом моратория на удовлетворение требований кредиторов вне процедуры банкротства. Пункт 2 статьи 619 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» относит конкурсного кредитора к числу лиц, уполномоченных подавать заявление об оспаривании сделки должника, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и 5 его аффилированных лиц. Тем самым это законоположение устанавливает дополнительные гарантии судебной защиты экономических интересов кредиторов, чем обеспечивается в числе прочего достижение публично- правовых целей института банкротства. При этом к предмету регулирования оспариваемых норм не относятся вопросы признания преюдициального характера обстоятельств, в том числе установленных приговором суда по уголовному делу, разрешение которых, по смыслу неоднократно выраженных Конституционным Судом Российской ЛИЦО_4 правовых позиций, не исключает иной правовой оценки арбитражным судом фактических обстоятельств дела и квалификации спорных правоотношений, что является проявлением его дискреционных полномочий и зависит от характера конкретного спора (Постановление от 21 декабря 2011 года № 30-П, Определение от 6 ноября 2014 года № 2528-О и др.). Не регулируют указанные нормы и последствий признания сделки недействительной, в том числе связанных с учетом и очередностью удовлетворения восстановленных в результате признания сделки недействительной требований к должнику, а равно не содержат положений, допускающих произвольный выбор судом способа и процессуального порядка судебной защиты права, а также подмену одного вида судопроизводства другим и рассмотрение арбитражным судом требований, не относящихся к его компетенции. При этом в силу пункта 2 статьи 21311 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов требования кредиторов по денежным обязательствам, за рядом исключений, могут быть предъявлены только в порядке, установленном данным Федеральным законом; исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения. Как следует из представленных судебных актов, гражданское дело по иску 6 ЛИЦО_5 к А. было выделено из материалов уголовного дела, передано судом общей юрисдикции на рассмотрение в арбитражный суд, однако не поступило в арбитражный суд на дату рассмотрения обособленного спора по заявлению о признании сделки недействительной. Кроме того, дополнительной гарантией прав кредиторов, включая кредиторов по обязательству, при возникновении или исполнении которого должник действовал незаконно, является положение пункта 4 статьи 21328 названного Федерального закона, предусматривающее, что в случае доказанности данного обстоятельства освобождение гражданина от обязательств по итогам завершения расчетов с кредиторами не допускается. Таким образом, оспариваемые нормы, действующие во взаимосвязи с иными положениями Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте. Проверка же правильности выводов арбитражных судов по результатам исследования и оценки фактических обстоятельств конкретного дела не относится к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, как она закреплена статьей 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 7 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_7 № 301-О