Определение Конституционного Суда РФ от 27.12.2023 № 3568-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение конституционных прав ее несовершеннолетних детей подпунктами «м», «у», «ф» пункта 1 статьи 11 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и пунктом 2.2 санитарно-эпидемиологических правил «Санитарно- эпидемиологические требования к устройству, содержанию и организации работы образовательных организаций и других объектов социальной инфраструктуры для детей и молодежи в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» город Санкт-Петербург 27 декабря 2023 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность подпунктов «м», «у», «ф» пункта 1 статьи 11 «Полномочия органов государственной власти субъектов Российской ЛИЦО_4 и органов местного самоуправления в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций» Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 68-ФЗ «О защите населения 2 и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера». Заявительница также оспаривает конституционность пункта 2.2 санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1/2.4.3598-20 «Санитарно- эпидемиологические требования к устройству, содержанию и организации работы образовательных организаций и других объектов социальной инфраструктуры для детей и молодежи в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» (утверждены постановлением Главного государственного санитарного врача Российской ЛИЦО_4 от 30 июня 2020 года № 16), предусматривающего, что лица, посещающие организацию, в частности, осуществляющую образовательную деятельность по реализации основных и дополнительных общеобразовательных программ, на входе подлежат термометрии. Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, ЛИЦО_5, действующей в интересах своих несовершеннолетних детей, было отказано в удовлетворении ее требований к средней общеобразовательной школе о признании неправомерными ограничений права на образование и компенсации морального вреда. Судами установлено, что в день отказа заявительницы от прохождения ее детьми термометрии на входе в школу они не были допущены к занятиям в течение этого учебного дня, от перевода их на иные формы обучения она отказалась, в последующем очное обучение детей в образовательной организации не прерывалось. Суды указали, что измерение температуры обучающихся в образовательной организации не является медицинским вмешательством, на которое требуется добровольное информированное согласие, измерение температуры направлено на предотвращение распространения инфекции (COVID-19) в сложной санитарно-эпидемиологической обстановке, при этом права детей не были нарушены, поскольку оспариваемые действия ответчика не препятствовали дальнейшему их посещению школы. 3 По мнению ЛИЦО_5, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 17 (части 1 и 2), 19, 43 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_4, поскольку допускают произвольное проведение образовательной организацией термометрии обучающихся, препятствуя тем самым в получении ими общего образования. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. В Постановлении от 25 декабря 2020 года № 49-П Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 отметил, что в силу Конституции Российской ЛИЦО_4 (статьи 2, 7 и 41) жизнь и здоровье человека – высшее благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности, а потому забота об их сохранении и укреплении образует одну из основополагающих конституционных обязанностей государства. В связи с этим Российская Федерация возлагает на себя ответственность за обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в том числе путем принятия и исполнения законов, направленных на предотвращение и устранение рисков для жизни и здоровья граждан, возникающих в связи с эпидемическими заболеваниями. При этом выбор правовых средств, направленных на защиту жизни и здоровья граждан в целях предотвращения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, связанных с эпидемическими заболеваниями, относится, по общему правилу, к дискреции законодателя, который, осуществляя защиту прав и свобод человека и гражданина и устанавливая соответствующее правовое регулирование, обязан предусмотреть эффективные гарантии соблюдения иных прав и свобод граждан, адекватные целям сохранения жизни граждан и их здоровья. Правовым актом, определяющим общие организационно-правовые нормы в области защиты от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, является Федеральный закон «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», действие которого распространяется на отношения, 4 возникающие в процессе деятельности органов государственной власти Российской ЛИЦО_4, органов государственной власти субъектов Российской ЛИЦО_4, органов местного самоуправления, а также предприятий, учреждений и организаций независимо от их организационно- правовой формы и населения в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций (преамбула). Разграничивая полномочия Российской ЛИЦО_4 и ее субъектов в сфере защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, названный Федеральный закон предусматривает, что региональные органы государственной власти принимают решения об отнесении возникших чрезвычайных ситуаций к чрезвычайным ситуациям регионального или межмуниципального характера, вводят режим повышенной готовности или чрезвычайной ситуации для соответствующих органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций; устанавливают обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, а также с учетом особенностей чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской ЛИЦО_4 или угрозы ее возникновения могут устанавливать дополнительные правила поведения при введении таких режимов (подпункты «м», «у», «ф» пункта 1 статьи 11). Согласуются с этим и положения Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», которые применительно к условиям чрезвычайных ситуаций, связанных с борьбой и ликвидацией последствий эпидемий (пандемий), предусматривают, что в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний должны своевременно и в полном объеме, в том числе на уровне субъектов Российской ЛИЦО_4, проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской ЛИЦО_4 санитарно- 5 противоэпидемические (профилактические) мероприятия и ограничительные мероприятия (карантин) (пункты 1 и 2 статьи 2, статьи 6, 29 и 31). Таким образом, оспариваемые законоположения, наделяющие органы государственной власти субъектов Российской ЛИЦО_4 полномочиями принимать с соблюдением требований соразмерности конкретные меры, направленные на борьбу с пандемией (в том числе вводить режим повышенной готовности, устанавливать правила поведения граждан в условиях режима повышенной готовности и предусматривать в соответствии с действующим законодательством дополнительные правила поведения граждан в таких условиях), в системе действующего отраслевого регулирования и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права несовершеннолетних детей заявительницы. Что касается санитарно-эпидемиологических правил, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской ЛИЦО_4, то они относятся к ведомственным нормативным правовым актам, проверка которых в порядке конституционного судопроизводства в полномочия Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 не входит (статья 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4»). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд 6 Российской ЛИЦО_4 признается допустимой, и поскольку разрешение поставленного вопроса Конституционному Суду Российской ЛИЦО_4 не подведомственно. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_6 № 3568-О