об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав статьей 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» город Санкт-Петербург 26 февраля 2021 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. Судебными актами, вынесенными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью, было признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц – граждан ЛИЦО_4 и Г. к субсидиарной ответственности, и с данных лиц в пользу должника взыскано солидарно 463 271 835, 83 руб. При этом суды исходили, в частности, из доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ЛИЦО_4 как единственного участника должника к субсидиарной ответственности, непосредственно контролирующего ход фиктивных сделок должника, чье бездействие привело 2 к неблагоприятным последствиям в виде доначисления по результатам налогового контроля суммы налога. ЛИЦО_5 оспаривает конституционность статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до признания этой статьи утратившей силу Федеральным законом от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ) об ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве. По мнению заявителя, оспариваемая норма противоречит статьям 19 (часть 1) и 49 (часть 1) Конституции Российской ЛИЦО_3, поскольку допускает ее произвольное толкование, при котором сам факт участия лица в обществе с ограниченной ответственностью позволяет признавать его вину в наступлении банкротства общества доказанной, а также обязывает лицо доказывать свою невиновность в совершении преступления. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в оспариваемой редакции) предусматривала, в частности, что, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам; пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из указанных в данной норме обстоятельств; контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует; такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (пункт 4). 3 Приведенные законоположения, направленные в том числе на надлежащее исполнение контролирующим должника лицом обязанности по ведению (составлению) и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, учет вины такого лица в признании должника несостоятельным (банкротом) при решении вопроса о привлечении его к субсидиарной ответственности, а также обеспечение имущественных интересов кредиторов, в том числе путем рассмотрения в рамках дела о банкротстве споров о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в аспекте, указанном в жалобе. Кроме того, разрешая вопрос о привлечении ЛИЦО_4 к субсидиарной ответственности, арбитражные суды также опирались на разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской ЛИЦО_3 от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», о том, что суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (пункт 3); само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица (пункт 5); под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы; суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16). 4 Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, как она закреплена статьей 125 Конституции Российской ЛИЦО_3 и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», не относится. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 241-О