Определение Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 № 805-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав статьями 29 и 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской ЛИЦО_3 город Санкт-Петербург 26 апреля 2021 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. Приговором суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением) гражданин ЛИЦО_5 признан виновным в том, что, являясь главой органа местного самоуправления, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых интересов общества и государства. Кассационная жалоба защитника осужденного оставлена без удовлетворения определением суда кассационной инстанции. 2 В этой связи ЛИЦО_5 просит признать статьи 29 «Полномочия суда» и 38 «Следователь» УПК Российской ЛИЦО_3 не соответствующими статьям 46 (часть 1), 118 (части 1 и 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_3, поскольку они, по его мнению, не препятствуют следователю и суду в уголовном процессе разрешать спорные вопросы о законности решений органов местного самоуправления, подлежащие рассмотрению в порядке административного судопроизводства. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. По смыслу статьи 54 Конституции Российской ЛИЦО_3, конкретизирующей общепризнанный правовой принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), во взаимосвязи с положениями части второй статьи 2 и статьи 3 УК Российской ЛИЦО_3, частей первой и второй статьи 1, статей 24, 27 и 73 УПК Российской ЛИЦО_3, нормы уголовного закона служат материально- правовой предпосылкой для уголовно-процессуальной деятельности: подозрение или обвинение в совершении преступления должны основываться лишь на положениях уголовного закона, определяющего преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия, закрепляющего все признаки состава преступления, наличие которых в деянии, будучи единственным основанием уголовной ответственности, подлежит установлению только в надлежащем, обязательном для суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке (постановления Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 14 июля 2011 года № 16-П, от 19 ноября 2013 года № 24-П и от 8 ноября 2016 года № 22-П). Этим определяется назначение уголовного судопроизводства, которое призвано обеспечить уголовное преследование лиц, совершивших преступления, и назначение виновным справедливого наказания, а также 3 защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (статья 6 УПК Российской ЛИЦО_3). Уголовно-процессуальный кодекс Российской ЛИЦО_3, определяя следователя как должностное лицо, уполномоченное в пределах компетенции, предусмотренной данным Кодексом, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, закрепляет его полномочия (статья 38), в том числе обязанность осуществления уголовного преследования (статья 21), которые реализуются им не произвольно, а по основаниям и в порядке, установленным уголовно-процессуальным законом (Постановление Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 21 ноября 2017 года № 30-П). При этом, как отмечал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, указанная в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении квалификация содеянного может рассматриваться лишь в качестве предварительной. Окончательная юридическая оценка деяния и назначение наказания за него производятся именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по отправлению правосудия, установленных Конституцией Российской ЛИЦО_3 и уголовно-процессуальным законом (пункт 1 части первой статьи 29 УПК Российской ЛИЦО_3). Разрешая дело, суд, реализуя эти полномочия, на основе исследованных в судебном заседании доказательств самостоятельно формулирует выводы об установленных фактах и о подлежащих применению в деле нормах права (Постановление от 2 июля 2013 года № 16-П, определения от 16 июля 2013 года № 1153-О, от 28 марта 2017 года № 526-О, от 24 октября 2019 года № 2740-О и др.). Соответственно, оспариваемые заявителем нормы, регулируя полномочия следователя и суда, направлены на решение задач уголовного судопроизводства и не содержат положений, допускающих подмену одного вида судопроизводства другим. 4 Таким образом, положения статей 29 и 38 УПК Российской ЛИЦО_3 не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», не может быть принята Конституционным Судом Российской ЛИЦО_3 к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 805-О