Определение Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 № 1430-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав статьей 193 и пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4, а также пунктом 13 части 3 статьи 47 Федерального закона «Об образовании в Российской ЛИЦО_4» город Санкт-Петербург 30 июня 2020 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_7, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность следующих положений Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4: статьи 193, а фактически ее части первой, согласно которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение; если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт; 2 пункта 2 статьи 336, в соответствии с которым помимо оснований, предусмотренных данным Кодексом и иными федеральными законами, основанием прекращения трудового договора с педагогическим работником является применение, в том числе однократное, методов воспитания, связанных с физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося, воспитанника. Заявитель также просит признать неконституционным пункт 13 части 3 статьи 47 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской ЛИЦО_4», предусматривающий, что педагогические работники пользуются таким академическим правом, как право на защиту профессиональной чести и достоинства, на справедливое и объективное расследование нарушения норм профессиональной этики педагогических работников. По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 17 (часть 1), 18, 19 (часть 2), 37 (часть 1 и 3), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_4, поскольку позволяют увольнять педагогического работника по основанию, закрепленному в пункте 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4, без проведения справедливого и объективного расследования нарушения им норм профессиональной этики. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как отмечал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в Постановлении от 18 июля 2013 года № 19-П, особая ответственность за сохранение жизни и здоровья несовершеннолетних, а также за их воспитание в условиях, обеспечивающих полноценное психическое, духовное, нравственное и физическое развитие, лежит – помимо родителей, опекунов, попечителей – на лицах, которые реализуют свое конституционное право на выбор рода деятельности и профессии в особой сфере, сопряженной с непосредственными и регулярными контактами с несовершеннолетними. В первую очередь это относится к педагогическим работникам, выполнение которыми своих 3 трудовых обязанностей заключается в процессе обучения, т.е. деятельности по обеспечению овладения обучающимися знаниями, умениями, навыками и компетенциями, развитию способностей, и в процессе воспитания, т.е. деятельности, направленной на развитие личности, создание условий для самоопределения и социализации обучающегося на основе социокультурных, духовно-нравственных ценностей и принятых в обществе правил и норм поведения. Соответственно, требования, предъявляемые законодательством об образовании к педагогическим работникам с учетом специфики их трудовой деятельности и задач, стоящих перед системой образования, касаются не только их профессиональной подготовки, деловых качеств, но и морально- нравственного уровня. Этим обусловлено наличие в Трудовом кодексе Российской ЛИЦО_4 главы 52 «Особенности регулирования труда педагогических работников», а также специального основания увольнения работников, выполняющих воспитательные функции, – совершения по месту работы или в быту аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы (пункт 8 части первой статьи 81), и дополнительного основания прекращения трудового договора с педагогическими работниками – применения, в том числе однократного, методов воспитания, связанных с физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося, воспитанника (пункт 2 статьи 336). Таким образом, пункт 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4, основанный на балансе конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов, согласуется с положениями части 9 статьи 13 Федерального закона «Об образовании в Российской ЛИЦО_4», запрещающей использование при реализации образовательных программ методов и средств обучения и воспитания, образовательных технологий, наносящих вред физическому или психическому здоровью обучающихся, учитывает специфику педагогической деятельности, предполагает возможность судебной проверки обоснованности увольнения педагогических работников по 4 соответствующему основанию и не может расцениваться как нарушающий их права. Часть первая статьи 193 Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4, обязывая работодателя до применения дисциплинарного взыскания затребовать от работника объяснение в письменной форме, носит гарантийный характер, направлена на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к ответственности, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания. Кроме того, работник в объяснении может выразить свое отношение к совершенному им деянию, привести мотивы и обстоятельства его совершения. Решение работодателя о наложении на работника дисциплинарного взыскания может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и устанавливает факт совершения дисциплинарного проступка, соблюдение работодателем порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности, соразмерность наложенного на работника дисциплинарного взыскания, оценивая всю совокупность конкретных обстоятельств дела. Следовательно, оспариваемые положения статьи 193 Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4 носят гарантийный характер и не могут расцениваться как нарушающие права заявителя. Что же касается оспариваемого пункта 13 части 3 статьи 47 Федерального закона «Об образовании в Российской ЛИЦО_4», то вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4» представленными ЛИЦО_6 материалами не подтверждается его применение судом при разрешении дела с участием заявителя. Установление же в законодательстве особой процедуры увольнения по основанию, закрепленному в пункте 2 статьи 336 Трудового кодекса 5 Российской ЛИЦО_4, включая проведение специального расследования, на чем, как следует из содержания жалобы, настаивает заявитель, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, как она определена в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_7 № 1430-О