Определение Конституционного Суда РФ от 29.09.2020 № 2030-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 2261 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_3 город Санкт-Петербург 29 сентября 2020 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. Приговором от 23 сентября 2019 года, частично измененным апелляционным определением от 24 января 2020 года, гражданин ЛИЦО_5 признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных частью первой статьи 2261 УК Российской ЛИЦО_3. Как установил суд, заявитель совершил контрабанду, выразившуюся в незаконном перемещении в 2016 году через Государственную границу Российской ЛИЦО_3 с государствами – членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС (с территории Республики Казахстан) стратегически важных ресурсов (дизельное топливо экологического класса К3) в крупном 2 размере, при этом данное деяние было опосредовано сообщением должностным лицам таможенных органов заведомо ложных сведений о маршруте следования и предоставлением заведомо подложных накладных. В данной связи ЛИЦО_5 просит признать часть первую статьи 2261 «Контрабанда сильнодействующих, ядовитых, отравляющих, взрывчатых, радиоактивных веществ, радиационных источников, ядерных материалов, огнестрельного оружия или его основных частей, взрывных устройств, боеприпасов, оружия массового поражения, средств его доставки, иного вооружения, иной военной техники, а также материалов и оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, средств его доставки, иного вооружения, иной военной техники, а равно стратегически важных товаров и ресурсов или культурных ценностей либо особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов» УК Российской ЛИЦО_3 не соответствующей статьям 19 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_3. По утверждению заявителя, указанная норма в силу своей неопределенности и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, позволяет произвольно определять незаконность (порядок и условия) перемещения товаров и ресурсов через Государственную границу Российской ЛИЦО_3, а также – учитывая, что деятельность Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) прекращена в 2015 году, в то время как инкриминированные деяния совершены в 2016 году, т.е. уже в период существования Евразийского экономического союза (ЕАЭС), – необоснованно приравнивать отношения по перемещению товаров и ресурсов через Государственную границу Российской ЛИЦО_3 в рамках ЕврАзЭС к отношениям по их перемещению через Государственную границу Российской ЛИЦО_3 в рамках ЕАЭС. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 3 Принцип правовой определенности, обязывающий федерального законодателя формулировать уголовно-правовые предписания с достаточной степенью четкости, позволяющей лицу сообразовывать с ними свое поведение – как дозволенное, так и запрещенное – и предвидеть вызываемые им последствия, не исключает введения в уголовный закон юридических конструкций бланкетного характера, которые для уяснения тех или иных терминов требуют обращения к нормативному материалу других правовых актов. Оценивая подобную модель законодательного регулирования, Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 пришел к следующему выводу: сам по себе бланкетный характер нормы не может свидетельствовать о ее неконституционности, поскольку регулятивные нормы, непосредственно закрепляющие правила поведения, не обязательно должны содержаться в том же правовом акте, что и нормы, предусматривающие юридическую ответственность за их нарушение, а потому степень определенности используемых в законе понятий должна оцениваться исходя не только из самого текста закона, его формулировок, но и из их места в системе нормативных предписаний, а также с учетом смежных составов правонарушений. Юридические конструкции бланкетного характера могут отсылать к положениям не только законов и находящихся в нормативном единстве с ними подзаконных актов, но и международных договоров Российской ЛИЦО_3 (постановления от 27 мая 2003 года № 9-П, от 31 марта 2011 года № 3-П, от 14 февраля 2013 года № 4-П, от 17 июня 2014 года № 18-П, от 16 июля 2015 года № 22-П и др.). Так, статья 2261 УК Российской ЛИЦО_3 в части первой устанавливает уголовную ответственность за незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС либо Государственную границу Российской ЛИЦО_3 с государствами – членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС наряду с прочим стратегически важных товаров и ресурсов или культурных ценностей в крупном размере. При этом согласно пункту 1 примечаний к указанной статье перечень стратегически важных товаров и ресурсов для целей этой статьи 4 утверждается Правительством Российской ЛИЦО_3. В соответствии с позицией 10 перечня стратегически важных товаров и ресурсов для целей статьи 2261 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_3 (утвержден Постановлением Правительства Российской ЛИЦО_3 от 13 сентября 2012 года № 923 «Об утверждении перечня стратегически важных товаров и ресурсов для целей статьи 2261 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_3, а также об определении видов стратегически важных товаров и ресурсов, для которых крупным размером признается стоимость, превышающая 100 тысяч рублей») к стратегически важным ресурсам отнесены: нефть сырая и нефтепродукты, содержащие 70 мас.% или более массовой доли нефти или нефтепродуктов, причем эти нефтепродукты являются основными составляющими продуктов; отработанные нефтепродукты. Как отметил Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, поскольку характерное для бланкетных диспозиций статей уголовного закона указание на незаконный характер конкретных деяний в сфере оборота тех или иных предметов означает, что юридической предпосылкой применения соответствующих уголовно-правовых норм является несоблюдение действующих в данной сфере правил (притом что основанием уголовной ответственности в силу статьи 8 УК Российской ЛИЦО_3 служит наличие в совершенном деянии всех признаков состава преступления, предусмотренного данным Кодексом), постольку решение вопроса о наличии признаков состава преступления, предусмотренного статьей 2261 УК Российской ЛИЦО_3, предполагает выявление нарушения правил трансграничного перемещения предметов, посягающего на охраняемые законом таможенные отношения, а также установление принадлежности незаконно перемещаемых предметов к числу названных в этой статье предметов контрабанды (определения от 10 октября 2019 года № 2647-О и от 26 марта 2020 года № 793-О). Такой же смысл оспариваемой норме придается и постановлением Пленума Верховного Суда Российской ЛИЦО_3 от 27 апреля 2017 года № 12 «О судебной практике по делам о контрабанде», разъясняющим, что 5 правовое регулирование таможенных отношений в Российской ЛИЦО_3 осуществляется в соответствии с международными договорами и законодательством Российской ЛИЦО_3 о таможенном регулировании (абзац первый пункта 1); порядок перемещения через таможенную границу или государственную границу товаров и иных предметов, а также связанные с таким перемещением запреты и (или) ограничения наряду с законодательством Российской ЛИЦО_3 (о таможенном регулировании, о Государственной границе Российской ЛИЦО_3, о валютном регулировании и валютном контроле, об экспортном контроле и другим) устанавливаются правом Евразийского экономического союза (абзац первый пункта 2). При этом Договор о прекращении деятельности Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС), подписанный в городе Минске 10 октября 2014 года, заключен – как указано в его преамбуле – с учетом подписания Договора о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) от 29 мая 2014 года, закрепившего принципы функционирования таможенного союза в рамках Евразийского экономического союза, в соответствии с которыми осуществляется единое таможенное регулирование (подпункт 4 пункта 1 статьи 25), и установившего, что до вступления в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза таможенное регулирование в Союзе осуществляется в соответствии с Договором о Таможенном кодексе Таможенного союза от 27 ноября 2009 года и иными международными договорами государств-членов, регулирующими таможенные правоотношения, заключенными в рамках формирования договорно- правовой базы Таможенного союза и Единого экономического пространства и входящими в соответствии со статьей 99 данного Договора в право Союза (пункт 1 статьи 101) (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 19 ноября 2015 года № 2592-О и от 29 сентября 2016 года № 1924-О). Таким образом, оспариваемая статья 2261 УК Российской ЛИЦО_3, действующая в системе правового регулирования, в том числе во 6 взаимосвязи с положениями Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (а ранее – Таможенного кодекса Таможенного союза), не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать общественную опасность, противоправность своих действий и предвидеть наступление ответственности за их совершение, а потому не может расцениваться в качестве нарушающей конституционные права ЛИЦО_4 указанным им образом, ввиду чего его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, не может быть принята Конституционным Судом Российской ЛИЦО_3 к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 2030-О