Определение Конституционного Суда РФ от 25.06.2019 № 1642-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение ее конституционных прав положениями преамбулы и статьи 1 Федерального закона «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» город Санкт-Петербург 25 июня 2019 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, было отказано в удовлетворении иска гражданки ЛИЦО_4, ДАТА_1 года рождения, к исполнительному органу государственной власти субъекта Российской ЛИЦО_3 об обязании включить ее в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями, и компенсации морального вреда. В передаче кассационных жалоб заявительницы для рассмотрения в 2 судебном заседании судов кассационной инстанции, в том числе Верховного Суда Российской ЛИЦО_3, было отказано. ЛИЦО_5 оспаривает конституционность следующих примененных в деле с ее участием положений Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей»: преамбулы, согласно которой данный Федеральный закон определяет общие принципы, содержание и меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц, потерявших в период обучения обоих родителей или единственного родителя; статьи 1, а фактически ее абзаца четвертого, в соответствии с которым лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, – лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с данным Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке. По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 2, 18 и 40 Конституции Российской ЛИЦО_3, поскольку они допускают отказ в предоставлении жилых помещений лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по достижении ими 23-летнего возраста. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Общие принципы, содержание и меры социальной поддержки детей- сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей- сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, определены Федеральным законом «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (преамбула). 3 Абзац четвертый статьи 1 названного Федерального закона определяет лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, как лиц в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей. Данной нормой законодатель, в исключение из общего правила о необходимости государственной поддержки детей, т.е. лиц, не достигших 18- летнего возраста (пункт 1 статьи 54 Семейного кодекса Российской ЛИЦО_3), лишившихся или ограниченных в возможности иметь содержание от своих родителей и нуждающихся по этой причине в социальной защите, распространил действие названного Федерального закона на лиц, достигших 18-летнего возраста, и предоставил им право пользоваться соответствующими мерами социальной поддержки до достижения возраста 23 лет, обеспечив тем самым единообразный подход к определению оснований социальной защиты таких граждан (аналогичный возрастной критерий установлен пенсионным законодательством, законодательством об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, о социальной защите отдельных категорий граждан). Такое правовое регулирование осуществлено в интересах названных лиц с целью предоставления им дополнительной социальной поддержки с учетом имевшегося у них ранее статуса детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 19 октября 2010 года № 1282-О-О, от 26 мая 2016 года № 1037-О, от 18 июля 2017 года № 1650-О, от 26 ноября 2018 года № 2985-О и др.). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 1642-О