Определение Конституционного Суда РФ от 28.06.2018 № 1530-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение конституционных прав ее несовершеннолетней дочери пунктом 1 статьи 1088 и пунктом 3 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_7 город Санкт-Петербург 28 июня 2018 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев по требованию гражданки ЛИЦО_5 вопрос о возможности принятия ее жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7, у с т а н о в и л : 1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, было отказано в удовлетворении требований гражданки ЛИЦО_5, действующей в интересах своей несовершеннолетней дочери, о взыскании предусмотренного частью 3 статьи 43 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» единовременного пособия, поскольку факт признания отцовства погибшего сотрудника полиции в отношении дочери истицы был установлен судебным решением после назначения и выплаты членам его семьи данного пособия, представляющего собой фиксированную денежную сумму, распределяемую 2 в равных долях между членами семьи сотрудника полиции и лицами, находившимся на его иждивении. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность следующих положений Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_7: пункта 1 статьи 1088, согласно которому в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи, не работающий и занятый уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставший нетрудоспособным в период осуществления ухода, сохраняет право на возмещение вреда после окончания ухода за этими лицами; пункта 3 статьи 1089, согласно которому установленный каждому из имеющих право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца размер возмещения не подлежит дальнейшему перерасчету, кроме случаев: рождения ребенка после смерти кормильца; назначения или прекращения выплаты возмещения лицам, занятым уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего кормильца; законом или договором может быть увеличен размер возмещения. По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения в той мере, в какой они исключают право на получение и перерасчет размера возмещения вреда по случаю потери кормильца для лиц, в отношении 3 которых факт признания отцовства погибшего лица был установлен после его смерти, противоречат статьям 38 (часть 1) и 39 (часть 1) Конституции Российской ЛИЦО_7. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Пункт 1 статьи 1088 ГК Российской ЛИЦО_7, определяющий круг лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного в результате смерти кормильца, и пункт 3 статьи 1089 данного Кодекса, устанавливающий правило о недопустимости перерасчета размера возмещения, установленного каждому из имеющих право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, а также исключения из него, направлены на возмещение вреда указанным в ней категориям лиц и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права несовершеннолетней дочери заявительницы, в деле с участием которой ставился вопрос о взыскании предусмотренного частью 3 статьи 43 Федерального закона «О полиции» единовременного пособия, подлежащего выплате членам семьи сотрудника полиции и лицам, находившимся на его иждивении, и представляющего собой, как ранее указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7, установленную специальным законом дополнительную социальную гарантию, которая находится за рамками гражданско-правовых обязательств, вытекающих из причинения вреда (Постановление от 27 марта 2012 года № 7-П). Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального 4 конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_6 № 1530-О