Определение Конституционного Суда РФ от 17.07.2018 № 1709-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав пунктом 3 части двадцатой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» город Санкт-Петербург 17 июля 2018 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_7, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 гражданин ЛИЦО_5 оспаривает конституционность пункта 3 части двадцатой статьи 13 Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150- ФЗ «Об оружии», согласно которому лицензия на приобретение оружия не выдается гражданам Российской ЛИЦО_3, имеющим неснятую или 2 непогашенную судимость за преступление, совершенное умышленно, либо имеющим снятую или погашенную судимость за тяжкое или особо тяжкое преступление, совершенное с применением оружия. Как следует из представленных материалов, приговором суда от 30 апреля 2002 года ЛИЦО_5 был осужден за преступления, предусмотренные частью третьей статьи 213 (хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия) и пунктом «д» части второй статьи 112 (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 данного Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, из хулиганских побуждений) УК Российской ЛИЦО_3. В настоящее время судимость за совершение данных преступлений погашена. Заключением должностного лица уполномоченного органа от 21 апреля 2017 года на основании пункта 3 части двадцатой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» ЛИЦО_6 отказано в выдаче лицензии на приобретение одной единицы огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия и патронов к нему, поскольку он имеет погашенную судимость за совершение тяжкого преступления, предусмотренного частью третьей статьи 213 УК Российской ЛИЦО_3 (в первоначальной редакции). Заявитель, полагая, что данный отказ является незаконным в связи с тем, что он был осужден за преступление, совершенное не с применением оружия, а с применением предмета, используемого в качестве оружия (бытового топора), оспорил указанное заключение в суде, который, однако, признал его законным. Апелляционная жалоба заявителя на это решение оставлена вышестоящим судом без удовлетворения. В передаче кассационных жалоб заявителя на данные судебные постановления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции было 3 отказано (определение судьи Рязанского областного суда от 23 октября 2017 года и определение судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_3 от 3 апреля 2018 года). По мнению заявителя, оспариваемое законоположение не соответствует статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 19 (часть 1), 46 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_3 в той мере, в какой оно позволяет правоприменительным органам считать равнозначными понятия «совершение преступления с применением оружия» и «совершение преступления с применением предметов, используемых в качестве оружия». 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, оборот оружия как технических средств, конструктивно предназначенных для поражения живой или иной цели и, следовательно, способных причинить существенный вред жизни и здоровью людей, имуществу и природе, не только создает повышенную опасность для этих охраняемых Конституцией Российской ЛИЦО_3 ценностей, но и сопряжен с угрозой посягательства на другие конституционно значимые ценности, в том числе основы конституционного строя, права и законные интересы граждан, безопасность государства, что требует от федерального законодателя установления механизма их защиты в рамках правового режима оборота оружия (постановления от 29 июня 2012 года № 16-П и от 17 июня 2014 года № 18-П). Отношения, возникающие при обороте оружия на территории Российской ЛИЦО_3, регулируются Федеральным законом «Об оружии», положения которого направлены на защиту жизни и здоровья граждан, собственности, обеспечение общественной безопасности, охрану природы и природных ресурсов, обеспечение развития связанных с 4 использованием спортивного оружия видов спорта, укрепление международного сотрудничества в борьбе с преступностью и незаконным распространением оружия (преамбула). Указанный Федеральный закон устанавливает особый режим оборота оружия, в частности предусматривает лицензионно-разрешительный порядок его приобретения гражданами Российской ЛИЦО_3, с тем чтобы не допустить обладания соответствующими видами оружия лицами, которые в силу тех или иных причин (состояние здоровья, отсутствие соответствующей подготовки, невозможность обеспечения учета и сохранности оружия и др.) не могут надлежащим образом гарантировать его безопасное хранение и применение, а также чтобы обеспечить строго целевое использование оружия (статья 13). Для этого федеральный законодатель определил исчерпывающий перечень категорий граждан Российской ЛИЦО_3, которым лицензия на приобретение оружия во всяком случае не может быть выдана (часть двадцатая статьи 13 Федерального закона «Об оружии»), а выданная – подлежит аннулированию (пункт 3 части первой статьи 26 данного Федерального закона). Одну из таких категорий согласно пункту 3 части двадцатой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» в редакции, введенной Федеральным законом от 2 апреля 2014 года № 63-ФЗ «О внесении изменений в статью 13 Федерального закона «Об оружии», составляют граждане, имеющие неснятую или непогашенную судимость за преступление, совершенное умышленно, либо имеющие снятую или погашенную судимость за тяжкое или особо тяжкое преступление, совершенное с применением оружия. Верховный Суд Российской ЛИЦО_3 в соответствии с предоставленными ему статьей 126 Конституции Российской ЛИЦО_3 полномочиями в постановлении Пленума Верховного Суда Российской ЛИЦО_3 от 15 ноября 2007 года № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из 5 хулиганских побуждений» разъяснил, что при квалификации действий лица по пункту «а» части первой статьи 213 УК Российской ЛИЦО_3 (в настоящее время устанавливает уголовную ответственность за хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия) судам следует при необходимости на основании заключения эксперта устанавливать, является ли примененный при хулиганстве предмет оружием, предназначенным для поражения живой или иной цели; при наличии к тому оснований действия лица, применившего при совершении хулиганства оружие, должны дополнительно квалифицироваться по статье 222 УК Российской ЛИЦО_3; под предметами, используемыми в качестве оружия при совершении хулиганства, понимаются любые материальные объекты, которыми, исходя из их свойств, можно причинить вред здоровью человека (абзацы первый и второй пункта 3). Судимость, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, в первую очередь уголовно-правовой институт, имеющий значение для целей реализации уголовной ответственности, однако за пределами уголовно-правового регулирования судимость приобретает автономное значение и влечет за собой не уголовно-правовые, а общеправовые, опосредованные последствия, которые устанавливаются не Уголовным кодексом Российской ЛИЦО_3, а иными федеральными законами исходя из природы и специфики регулирования соответствующих отношений, не предполагающих ограничений уголовно- правового характера (Постановление от 10 октября 2013 года № 20-П; определения от 29 сентября 2015 года № 2100-О, от 28 января 2016 года № 198-О, от 10 марта 2016 года № 450-О и № 451-О и др.). Поскольку на современном этапе развития общества невозможно гарантировать надлежащее исправление лица, совершившего преступление, таким образом, чтобы исключить возможность рецидива преступлений (Постановление Конституционного Суда Российской 6 ЛИЦО_3 от 18 июля 2013 года № 19-П), федеральный законодатель, минимизируя риски для охраняемых Конституцией Российской ЛИЦО_3 ценностей, был вправе ограничить доступ к оружию для лиц, имевших судимость за тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные с применением оружия, сам факт которых свидетельствует об их повышенной (особой) общественной опасности (статья 15). Такое ограничение продиктовано обоснованными сомнениями в том, что указанные лица будут использовать оружие сугубо в правомерных целях (Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 23 июня 2015 года № 1237-О). Данное ограничение как следствие повышенных требований, предъявляемых к лицам, претендующим на приобретение оружия, распространено законодателем на всех лиц, осужденных за тяжкое или особо тяжкое преступление, совершенное с применением оружия, вне зависимости от времени снятия или погашения судимости и тем самым обеспечивает равные условия действия данных требований и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан, судимость которых была снята или погашена до введения данного ограничения. Кроме того, как указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в постановлениях от 18 июля 2013 года № 19-П и от 10 октября 2013 года № 20-П, в силу закрепленных Конституцией Российской Федерацией принципов справедливости, юридического равенства (преамбула, статья 19) и конституционной законности (статьи 4, 15 и 120) и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 (Постановление от 20 апреля 2006 года № 4-П и др.) правоприменительные органы, в том числе суды, не могут не учитывать волю федерального законодателя, выраженную в новом уголовном законе, устраняющем или смягчающем уголовную ответственность, т.е. являющемся актом, который по-новому определяет 7 характер и степень общественной опасности тех или иных преступлений и правовой статус лиц, их совершивших; соответственно, воля федерального законодателя должна учитываться и при применении иных, помимо уголовного, законов, предусматривающих правовые последствия совершения лицом уголовно наказуемого деяния. Таким образом, пункт 3 части двадцатой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» в системе действующего правового регулирования не может рассматриваться как нарушающий конституционные права заявителя в указанном им аспекте. Разрешение же вопроса о том, имелись ли основания для отказа заявителю в выдаче лицензии на приобретение огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия и патронов к нему, как связанное с необходимостью исследования доказательств и установления фактических обстоятельств, а также оценка обоснованности выводов судов по его конкретному делу не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 (статья 125 Конституции Российской ЛИЦО_3 и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3»). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 8 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_7 № 1709-О