Определение Конституционного Суда РФ от 26.11.2018 № 2813-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав положениями статьи 89 Уголовно-процессуального кодекса Российской ЛИЦО_3 город Санкт-Петербург 26 ноября 2018 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 гражданин ЛИЦО_5, осужденный за совершение преступлений, просит признать противоречащими статьям 18, 19 (части 1 и 2), 23, 24, 45 (часть 1), 49, 50 (части 2 и 3) и 55 Конституции Российской ЛИЦО_3 положения статьи 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности» УПК Российской ЛИЦО_3, которые, по его мнению, позволяют признавать в качестве доказательств по уголовному делу результаты применения негласной аудио- и видеозаписи, полученные без 2 судебного решения и без рассекречивания сведений о характеристиках и условиях применения специальных технических средств, использованных при проведении оперативно-розыскных мероприятий. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, применение технических средств фиксации наблюдаемых событий не предопределяет необходимость вынесения о том специального судебного решения, которое признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина (определения от 17 июля 2007 года № 597-О-О, от 21 октября 2008 года № 862-О-О, от 13 октября 2009 года № 1148-О-О, от 25 февраля 2010 года № 259-О-О, от 16 июля 2013 года № 1163-О, от 22 января 2014 года № 113-О, от 28 февраля 2017 года № 273-О, от 19 декабря 2017 года № 2810-О, от 29 мая 2018 года № 1398-О и др.); осуществление же негласных оперативно- розыскных мероприятий с соблюдением требований конспирации и засекречивание сведений в области оперативно-розыскной деятельности, в том числе сведений об использованных средствах, само по себе не нарушает права граждан (определения от 14 июля 1998 года № 86-О, от 6 марта 2001 года № 58-О, от 28 марта 2017 года № 669-О, от 19 декабря 2017 года № 2810-О и др.). При этом согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской ЛИЦО_3 доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном этим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (часть первая статьи 74); собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и 3 судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных этим Кодексом (часть первая статьи 86); в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам этим Кодексом (статья 89). Результаты же оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона, т.е. так, как это предписывается статьями 49 и 50 Конституции Российской ЛИЦО_3 (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 4 февраля 1999 года № 18-О, от 24 ноября 2005 года № 448-О, от 22 апреля 2010 года № 487-О-О, от 25 ноября 2010 года № 1487-О-О, от 23 апреля 2013 года № 497-О, от 23 апреля 2015 года № 999-О, от 29 сентября 2016 года № 1943-О, от 28 марта 2017 года № 596-О, от 25 января 2018 года № 184-О и др.). Таким образом, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в указанном им аспекте. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 4 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 2813-О