Определение Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 № 2789-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ЛИЦО_9 Афраила Аваз оглы и ЛИЦО_10 Наргиз Абдулали кызы на нарушение их конституционных прав абзацем первым пункта 1 статьи 28 и пунктом 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_2 город Санкт-Петербург 7 декабря 2017 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 в составе ЛИЦО_1ЛИЦО_11, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, заслушав заключение судьи А.И.Бойцова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2» предварительное изучение жалобы граждан ЛИЦО_3 и ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 граждане ЛИЦО_5 и ЛИЦО_6 оспаривают конституционность следующих положений Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_2: абзаца первого пункта 1 статьи 28, согласно которому за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), 2 сделки, за исключением указанных в пункте 2 данной статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны; пункта 3 статьи 37, согласно которому опекун, попечитель, их супруги и близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, а также представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и супругом опекуна или попечителя и их близкими родственниками. Как следует из представленных материалов, ЛИЦО_7 принадлежала на праве собственности квартира общей площадью 45,3 кв. м на основании договора купли-продажи от 24 сентября 2012 года. По договору купли-продажи от 18 июля 2015 года ЛИЦО_5, ЛИЦО_6, их несовершеннолетние дети ЛИЦО_5 (ДАТА_1 года рождения) и ЛИЦО_5 (ДАТА_2 года рождения) приобрели в общую долевую собственность по ¼ доли каждому квартиру общей площадью 39,8 кв. м. 23 октября 2015 года между ЛИЦО_4, действующей от имени своих несовершеннолетних детей, и ЛИЦО_8 был заключен договор мены жилых помещений, по условиям которого в собственность каждого из детей переходило по ½ доли в праве собственности на квартиру общей площадью 45,3 кв. м, а в собственность ЛИЦО_3 – ½ доли в праве собственности на квартиру общей площадью 39,8 кв. м. Распоряжением администрации города Оленегорска с подведомственной территорией Мурманской области от 6 ноября 2015 года № 682-р было выдано разрешение на совершение данного договора. В результате несовершеннолетние дети заявителей стали сособственниками одной квартиры, а вторая квартира перешла в собственность ЛИЦО_3 (¾ доли в праве собственности) и ЛИЦО_4 (¼ доли в праве 3 собственности), о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделаны соответствующие записи. 14 июня 2016 года заявители обратились к нотариусу нотариального округа города Оленегорска Мурманской области для удостоверения договора купли-продажи квартиры общей площадью 39,8 кв. м, по условиям которого данное жилое помещение переходило в собственность граждан К. и их несовершеннолетних детей. Однако 17 июня 2016 года нотариусом было вынесено постановление об отказе в совершении нотариального действия на том основании, что предыдущий договор – договор мены, в результате совершения которого эта квартира перешла в собственность ЛИЦО_3 и ЛИЦО_4, является ничтожной сделкой. Не согласившись с указанным постановлением, заявители обратились в суд с требованием о признании его незаконным. Решением Оленегорского городского суда Мурманской области от 28 июля 2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 19 октября 2016 года, ЛИЦО_7 и ЛИЦО_4 было отказано в удовлетворении их требований, в том числе поскольку между несовершеннолетними детьми заявителей, с одной стороны, и их отцом ЛИЦО_8 – с другой стороны, вопреки запрету на совершение сделок по отчуждению имущества, закрепленному пунктом 3 статьи 37 ГК Российской ЛИЦО_2 и статьей 60 Семейного кодекса Российской ЛИЦО_2, был заключен договор мены, который по своей правовой природе является возмездным. Определением судьи Мурманского областного суда от 9 февраля 2017 года и определением судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_2 от 11 апреля 2017 года в передаче кассационных жалоб ЛИЦО_3 и ЛИЦО_4 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано. 4 По мнению заявителей, оспариваемые законоположения в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они запрещают родителям совершать со своими несовершеннолетними детьми иные сделки, кроме передачи имущества в дар или безвозмездное пользование, в том числе если такие сделки направлены к выгоде несовершеннолетних детей, противоречат статьям 19 (части 1 и 2), 38 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_2. 2. Конституция Российской ЛИЦО_2 в статье 38 (часть 2) предусматривает, что забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей. Согласно Семейному кодексу Российской ЛИЦО_2 защита прав и интересов детей возлагается на их родителей, родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей, обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей, при осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (пункт 3 статьи 60, пункт 1 статьи 64, пункт 1 статьи 65). В силу пункта 2 статьи 37 ГК Российской ЛИЦО_2 опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель – давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного; порядок управления имуществом подопечного определяется Федеральным законом от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве». Так, пунктом 3 части 1 статьи 20 указанного Федерального закона установлен запрет на отчуждение недвижимого имущества, принадлежащего подопечному, за 5 исключением отчуждения по договору мены, если такой договор совершается к выгоде подопечного. При этом в соответствии с пунктом 3 статьи 37 ГК Российской ЛИЦО_2, распространяющимся в силу пункта 3 статьи 60 Семейного кодекса Российской ЛИЦО_2 и пункта 1 статьи 28 ГК Российской ЛИЦО_2 на имущественные отношения между несовершеннолетними детьми и их родителями, совершение между подопечными, с одной стороны, и их опекунами, попечителями, их супругами и их близкими родственниками – с другой стороны, сделок иных, кроме передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, не допускается. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 в своих решениях неоднократно указывал, что закрепленный положениями гражданского и семейного законодательства в их взаимосвязи специальный порядок совершения родителями как законными представителями своих несовершеннолетних детей сделок с принадлежащим детям имуществом направлен на защиту прав и интересов несовершеннолетних и не может рассматриваться как нарушающий статью 35 (часть 2) Конституции Российской ЛИЦО_2, согласно которой каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, и противоречащий статье 55 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_2, допускающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц (Постановление от 8 июня 2010 года № 13-П; определения от 6 марта 2003 года № 119-О и от 17 февраля 2015 года № 246-О). Соответственно, само по себе установленное в оспариваемых заявителями положениях ограничение на совершение опекуном, попечителем, их супругами и близкими родственниками иных, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в 6 безвозмездное пользование, сделок с подопечным направлено на защиту наименее защищенной в этих отношениях стороны – несовершеннолетних детей и лиц, находящихся под опекой (попечительством), и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан, в том числе равное право и обязанность родителей заботиться о детях. Оспаривая конституционность данных нормативных положений, заявители фактически предлагают внести целесообразные, с их точки зрения, изменения и дополнения в действующее законодательство (предоставить право опекуну, попечителю, их супругам и близким родственникам совершать с подопечным сделки, направленные к выгоде подопечного), что является прерогативой федерального законодателя и не относится к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2, как она определена в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_2 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан ЛИЦО_9 Афраила Аваз оглы и ЛИЦО_10 Наргиз Абдулали кызы, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_2», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_2 признается допустимой. 7 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_2ЛИЦО_11 № 2789-О