Определение Конституционного Суда РФ от 28.01.2016 № 139-О

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав частью 3 статьи 13, частями 1, 3 и 8 статьи 17 Федерального закона «О полиции» город Санкт-Петербург 28 января 2016 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 гражданин ЛИЦО_5 оспаривает конституционность следующих положений статьи 17 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции»: части 1, согласно которой полиция имеет право обрабатывать данные о гражданах, необходимые для выполнения возложенных на нее обязанностей, 2 с последующим внесением полученной информации в банки данных о гражданах; части 3, определяющей перечень сведений, которые подлежат внесению в банки данных, в целом и отдельно ее пункта 2, согласно которому внесению в банки данных подлежит информация о лицах, осужденных за совершение преступления; части 8, согласно которой персональные данные, содержащиеся в банках данных, подлежат уничтожению по достижении целей обработки или в случае утраты необходимости в достижении этих целей. Кроме того, в жалобе оспаривается конституционность части 3 статьи 13 Федерального закона «О полиции», согласно которой порядок реализации прав, предоставленных полиции, если он не является предметом регулирования федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской ЛИЦО_3 или нормативных правовых актов Правительства Российской ЛИЦО_3, определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. Как следует из представленных материалов, ЛИЦО_5 обратился в территориальное управление Министерства внутренних дел Российской ЛИЦО_3 с заявлением о неправомерном хранении и обработке персональных данных (а именно сведений о том, что он в 1996 году был осужден по части первой статьи 206 «Хулиганство» УК РСФСР и приговорен к наказанию в виде штрафа, а в 2003 году – по пункту «в» части второй статьи 159 «Мошенничество» УК Российской ЛИЦО_3 к лишению свободы на 2 года условно с испытательным сроком 6 месяцев), которые были указаны в выданной ему справке о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования. В своем заявлении он потребовал удалить из базы данных соответствующего информационного центра указанную информацию и выдать новую справку, однако в этом ему было отказано (была лишь выдана новая справка со сведениями об установленных законом сроках погашения судимости). Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения 3 судом апелляционной инстанции, действия полиции были признаны правомерными и не противоречащими действующему законодательству. По мнению заявителя, оспариваемые положения статьи 17 Федерального закона «О полиции» в силу своей неопределенности допускают не ограниченные по срокам хранение и обработку полицией данных о лице, осужденном за совершение преступления, вне зависимости от характера и тяжести преступления, сроков погашения (снятия) судимости, последующей его декриминализации, не предусматривают механизма уничтожения этих данных по достижении целей обработки и тем самым не позволяют данному лицу по прошествии определенного времени с момента погашения (снятия) судимости ограничить и контролировать разглашение этих данных в целях реализации и защиты своих прав и свобод, поскольку доступ иных лиц к указанным данным затрудняет реализацию им прав и свобод. Кроме того, данные законоположения, как полагает заявитель, допускают расширительное и ничем не ограниченное усмотрение полиции в определении перечня сведений, подлежащих внесению в банки данных, поскольку не содержат указания на то, что установленный ими перечень данных может быть изменен и дополнен только федеральным законом. Что касается части 3 статьи 13 Федерального закона «О полиции», то, по мнению заявителя, данное законоположение предоставляет полиции ничем не ограниченное усмотрение в определении сроков и объема обработки персональных данных. В связи с этим заявитель просит признать оспариваемые законоположения не соответствующими Конституции Российской ЛИЦО_3, ее статьям 15 (части 1 и 4), 18, 19 (часть 2), 23 (часть 1), 37 и 55 (часть 3). 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Федеральный закон «О полиции», закрепляющий права полиции, исходит из ее предназначения, которое состоит в защите жизни, здоровья, 4 прав и свобод граждан Российской ЛИЦО_3, иностранных граждан, лиц без гражданства, противодействии преступности, охране общественного порядка, собственности и обеспечении общественной безопасности (часть 1 статьи 1), основных направлений деятельности полиции (статья 2) и ее обязанностей (статья 12) и, соответственно, предполагает, что данные права подлежат использованию полицией только в соответствии с ее предназначением и в рамках исполнения возложенных на нее обязанностей. В соответствии со статьей 17 данного Федерального закона в целях выполнения полицией возложенных на нее обязанностей ей предоставлено право обрабатывать данные о гражданах и вносить в банки данных полученную информацию, состав которой обусловлен функциями полиции (часть 1). Внесению в банки данных, согласно части 3 данной статьи, подлежит, в частности, информация: о лицах, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления; о лицах, осужденных за совершение преступления; о лицах, которые совершили преступление или общественно опасное деяние и в отношении которых судом применены принудительные меры медицинского характера; о лицах, в отношении которых вынесено постановление о прекращении уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием; о лицах, в отношении которых до вступления приговора в законную силу был применен акт помилования или акт об амнистии, освобождающие от наказания, т.е., по сути, информация обо всех лицах, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию. Предусматривая, что формирование и ведение банков данных о гражданах осуществляются в соответствии с требованиями, установленными законодательством Российской ЛИЦО_3, а персональные данные, содержащиеся в банках данных, обрабатываются в соответствии с требованиями, установленными законодательством Российской ЛИЦО_3 в области персональных данных, и подлежат уничтожению по достижении целей обработки или в случае утраты необходимости в достижении этих 5 целей, т.е. во всяком случае не могут храниться бессрочно (части 2, 7 и 8), указанная статья предписывает, что такие данные должны обрабатываться и храниться полицией строго в соответствии с законодательством Российской ЛИЦО_3. При этом статья 17 Федерального закона «О полиции» допускает раскрытие содержащейся в банках данных информации государственным органам и их должностным лицам только в случаях, предусмотренных федеральным законом, правоохранительным органам иностранных государств и международным полицейским организациям – в соответствии с международными договорами Российской ЛИЦО_3, а также гражданину, права и свободы которого непосредственно затрагиваются содержащейся в банках данных информацией, в порядке, установленном законодательством Российской ЛИЦО_3, и обязывает полицию обеспечить защиту информации, содержащейся в банках данных, от неправомерного и случайного доступа, уничтожения, копирования, распространения и иных неправомерных действий (части 4–6). Таким образом, оспариваемые положения частей 1, 3 и 8 статьи 17 Федерального закона «О полиции», закрепляющие право полиции обрабатывать данные о лицах, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию, и хранить указанные данные в целях выполнения возложенных на нее функций по защите прав и свобод граждан, обеспечению правопорядка и общественной безопасности и рассматриваемые во взаимосвязи с другими положениями данного Федерального закона, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанных в жалобе аспектах. Что касается части 3 статьи 13 Федерального закона «О полиции», то данное законоположение, определяющее источники правового регулирования деятельности полиции, не предполагает, что федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел могут приниматься нормативные правовые акты, противоречащие актам, имеющим большую юридическую силу, и, соответственно, не исключает их проверку на 6 соответствие таким актам, а потому также не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 139-О