Определение Конституционного Суда РФ от 20.03.2014 № 676-О

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав Федеральным законом «О лицензировании отдельных видов деятельности» и Положением о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность город Санкт-Петербург 20 марта 2014 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_10, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев по требованию гражданина ЛИЦО_4 вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 гражданин ЛИЦО_5 оспаривает конституционность утратившего силу Федерального закона от 8 августа 2001 года № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», нормы которого воспроизведены в 2 Федеральном законе «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 4 мая 2011 года № 99-ФЗ, и также утратившего силу Положения о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, которое было утверждено постановлением Правительства Российской ЛИЦО_3 от 15 июля 2002 года № 526 и нормы которого воспроизведены в Положении о лицензировании деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, утвержденном постановлением Правительства Российской ЛИЦО_3 от 12 апреля 2012 года № 287. По мнению заявителя, оспариваемые нормативные акты не соответствуют статьям 1 (часть 1), 2, 17 (часть 1), 18 и 19 (части 1 и 2) Конституции Российской ЛИЦО_3 в той мере, в какой они подлежат применению в системном единстве с частью третьей статьи 138 (со статьей 1381 – в действующей редакции, введенной Федеральным законом от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ) УК Российской ЛИЦО_3 и предполагают наступление уголовной ответственности за единичные факты изготовления, реализации или приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, физическими лицами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности. Как следует из представленных материалов, приговором мирового судьи от 22 мая 2008 года ЛИЦО_5 осужден за совершение деяний, предусмотренных частью третьей статьи 138 УК Российской ЛИЦО_3 и выразившихся в изготовлении и сбыте без соответствующей лицензии специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, к каковым в соответствии с заключением специалиста были отнесены четыре радиомикрофона, смонтированные в футлярах от губной помады. 3 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в Постановлении от 31 марта 2011 года № 3-П по делу о проверке конституционности части третьей статьи 138 УК Российской ЛИЦО_3 в связи с жалобами граждан ЛИЦО_6, ЛИЦО_7, ЛИЦО_8, ЛИЦО_9 и ЛИЦО_4 установил, что в целях охраны конституционных прав личности на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статья 23, часть 1, Конституции Российской ЛИЦО_3) часть третья статьи 138 УК Российской ЛИЦО_3 в системном единстве с положениями федеральных законов от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и от 8 августа 2001 года № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», а также изданными на их основе нормативными правовыми актами Правительства Российской ЛИЦО_3 предполагает наступление уголовной ответственности в случаях производства, сбыта или приобретения всех видов специальных технических средств, которые предназначены (разработаны, приспособлены, запрограммированы) для негласного (т.е. тайного, неочевидного, скрытного) получения информации, затрагивающей гарантированные статьями 23, 24 (часть 1) и 25 Конституции Российской ЛИЦО_3 права личности, и свободный оборот которых запрещен. Оспариваемые Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности», регулировавший отношения, возникающие между федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской ЛИЦО_3, юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями в связи с осуществлением лицензирования отдельных видов деятельности, и утвержденное постановлением Правительства Российской ЛИЦО_3 Положение, устанавливавшее порядок лицензирования деятельности по разработке, производству, реализации и приобретению в целях продажи специальных 4 технических средств, предназначенных для негласного получения информации, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, не предназначены для регулирования уголовно-правовых отношений и не определяют признаки субъектов преступления, предусмотренного частью третьей статьи 138 (статьи 1381 – в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ) УК Российской ЛИЦО_3. Согласно же данному Кодексу только им определяются преступность, наказуемость и иные уголовно-правовые последствия деяния (часть первая статьи 3), а основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, им предусмотренного (статья 8). Соответственно, оспариваемые нормативные акты не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в указанном в его жалобе аспекте, а потому эта жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, не может быть принята Конституционным Судом Российской ЛИЦО_3 к рассмотрению. Оспаривая конституционность названных нормативных актов, заявитель, по существу, выражает несогласие с Постановлением Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 31 марта 2011 года № 3- П. Между тем в соответствии с частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3» решения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 окончательны и обжалованию не подлежат. Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального 5 конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_10 № 676-О