по запросу Правительства Республики Хакасия о проверке конституционности статьи 65, части 1 статьи 198, частей 4 и 5 статьи 200, частей 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 8 части 1 статьи 15, статьи 22, пунктов 1 и 11 части 1 статьи 23, частей 1 и 2 статьи 39, частей 1, 2, 4 и 8 статьи 391, статьи 411, частей 5, 9 и 12 статьи 44 Федерального закона «О защите конкуренции» город Санкт-Петербург 29 октября 2026 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, В.В.Коробченко, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, заслушав сообщение судьи Е.В.Тарибо, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение запроса Правительства Республики Хакасия, у с т а н о в и л : 1. Правительство Республики Хакасия оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135- ФЗ «О защите конкуренции»: пункта 8 части 1 статьи 15, в силу которого органам государственной власти субъектов Российской Федерации и иным указанным в данном законоположении лицам, осуществляющим публичные полномочия, 2 запрещается принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия), в частности запрещается создание дискриминационных условий; статьи 22, определяющей основные функции, которые выполняет антимонопольный орган; пунктов 1 и 11 части 1 статьи 23, относящих к полномочиям антимонопольного органа возбуждение и рассмотрение дел о нарушении антимонопольного законодательства, а также проведение проверок соблюдения антимонопольного законодательства, в том числе органами государственной власти субъектов Российской Федерации; частей 1 и 2 статьи 39, предусматривающих, что антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания, а также устанавливающих основания для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом таких дел; частей 1, 2, 4 и 8 статьи 391, устанавливающих основания, порядок выдачи и требования к содержанию предупреждений о прекращении действий (бездействия), имеющих признаки нарушения антимонопольного законодательства (далее также – предупреждение), и правовые последствия их невыполнения; статьи 411, определяющей сроки давности рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства; частей 5, 9 и 12 статьи 44, в силу которых при рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган определяет, относится ли их рассмотрение к его компетенции, устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, подлежащие применению; принимает решение об отказе в возбуждении 3 дела о нарушении антимонопольного законодательства по установленным основаниям; в случае принятия решения о возбуждении дела антимонопольный орган издает приказ о его возбуждении и создании комиссии для его рассмотрения. Также Правительством Республики Хакасия ставится под сомнение конституционность статьи 65 «Обязанность доказывания», части 1 статьи 198 «Право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) незаконными», частей 4 и 5 статьи 200 «Судебное разбирательство по делам об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц» и частей 2 и 3 статьи 201 «Решение арбитражного суда по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц» АПК Российской Федерации. 1.1. Как следует из представленных вместе с запросом и дополнительно полученных материалов, Правительством Республики Хакасия принято постановление от 18 марта 2011 года № 124 «О мерах по реализации Закона Республики Хакасия «О грантах Республики Хакасия в сфере средств массовой информации», которым утвержден Порядок предоставления грантов Республики Хакасия в сфере средств массовой информации (далее также – Порядок; приложение 1 к названному постановлению Правительства Республики Хакасия). Данный Порядок в пункте 1.2 (в редакции постановления Правительства Республики Хакасия от 26 декабря 2024 года № 813) устанавливал, что грант в форме субсидий из республиканского бюджета Республики Хакасия в сфере средств массовой информации предоставляется организациям (за исключением казенных учреждений), являющимся редакциями средств массовой информации, издателями, а также организациям, осуществляющим производство и выпуск радио- и телепрограмм, размещение информации на собственных сайтах в международной компьютерной сети Интернет. 4 По заявлению индивидуального предпринимателя, которому было отказано в участии в конкурсе на получение указанного гранта в связи с тем, что Порядок не предусматривал возможности участия индивидуальных предпринимателей в конкурсе, Управлением Федеральной антимонопольной службы по Республике Хакасия (далее – УФАС по Республике Хакасия) проведена проверка, по результатам которой Правительству Республики Хакасия выдано предупреждение. Признаки нарушения антимонопольных требований и ограничений были усмотрены в том, что Порядок, вопреки положениям федерального законодательства, в том числе Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2124-I «О средствах массовой информации» и пункта 3 статьи 78 «Предоставление субсидий юридическим лицам (за исключением субсидий государственным (муниципальным) учреждениям), индивидуальным предпринимателям, физическим лицам» Бюджетного кодекса Российской Федерации, исключал возможность участия в конкурсе на получение гранта индивидуальных предпринимателей, что создавало дискриминационные условия, при которых они были поставлены в неравное положение по сравнению с организациями (пункт 8 части 1 статьи 15 Федерального закона «О защите конкуренции»). В предупреждении было также указано на необходимость прекращения соответствующих действий и Правительству Республики Хакасия предложено в установленный срок внести необходимые изменения в Порядок предоставления грантов Республики Хакасия в сфере средств массовой информации. В связи с невыполнением предупреждения УФАС по Республике Хакасия принят приказ от 21 июня 2024 года о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства. Не согласившись с данным приказом, Правительство Республики Хакасия обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным, однако в удовлетворении его требований было отказано (решение Арбитражного суда Республики Хакасия от 27 ноября 2024 года, постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 7 марта 2025 года и Арбитражного 5 суда Восточно-Сибирского округа от 28 мая 2025 года, определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20 октября 2025 года). Суды, констатировав отсутствие оснований, препятствующих возбуждению дела о нарушении антимонопольного законодательства, среди прочего, отклонили довод Правительства Республики Хакасия о том, что принятый им Порядок воспроизводит положения Закона Республики Хакасия от 10 декабря 2010 года № 119-ЗРХ «О грантах Республики Хакасия в сфере средств массовой информации» (а потому внесение в Порядок изменений без одновременного изменения данного Закона Республики Хакасия невозможно). Кроме того, суды указали, что каких- либо ограничений на участие индивидуальных предпринимателей в конкурсе на получение гранта региональное законодательство не содержало. Также судами был отклонен довод Правительства Республики Хакасия о нарушении приказом УФАС по Республике Хакасия законодательства и интересов заявителя, поскольку на стадии возбуждения дела антимонопольным органом не устанавливаются факт нарушения антимонопольного законодательства и конкретный нарушитель. При этом соответствующее предупреждение Правительством Республики Хакасия в судебном порядке оспорено не было. Впоследствии решением УФАС по Республике Хакасия от 25 июня 2025 года было признано нарушение Правительством Республики Хакасия пункта 8 части 1 статьи 15 Федерального закона «О защите конкуренции». Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 18 июня 2026 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 1 сентября 2026 года, отказано в удовлетворении заявления Правительства Республики Хакасия о признании незаконным указанного решения антимонопольного органа. 1.2. Правительство Республики Хакасия усматривает несоответствие оспариваемых законоположений статьям 5 (часть 3), 10, 15 (часть 2), 19 (часть 1), 45 (часть 2) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в том, что они, в частности: 6 позволяют судам не проверять предупреждение в рамках дела об оспаривании приказа антимонопольного органа о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, если ранее такое предупреждение не оспаривалось в судебном порядке; допускают выдачу предупреждения высшему исполнительному органу субъекта Российской Федерации без выдачи аналогичного предупреждения законодательному органу субъекта Российской Федерации в случае, если признаки нарушения антимонопольного законодательства в нормативном правовом акте высшего исполнительного органа субъекта Российской Федерации возникли в результате реализации нормативных предписаний регионального закона; предполагают обязательное возбуждение дела о нарушении антимонопольного законодательства в случае невыполнения предупреждения. 2. Конституционный Суд Российской Федерации ранее отмечал, что федеральный законодатель, обладая достаточной свободой усмотрения в определении конкретных видов государственного контроля (надзора) и состава мер государственного принуждения, применяемых по итогам контрольных мероприятий, вместе с тем связан общими конституционными принципами организации системы органов государственной власти (Определение от 3 апреля 2012 года № 630-О). При этом государство вправе и обязано осуществлять в сфере экономических отношений контрольную функцию, которая по своей конституционно-правовой природе производна от его организующего и регулирующего воздействия на общественные отношения и присуща всем органам публичной власти в пределах закрепленной за ними компетенции (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2008 года № 10-П, от 17 января 2013 года № 1-П, от 30 марта 2023 года № 12-П и др.). Данная обязанность предполагает осуществление органами государственной власти и местного самоуправления контроля в том числе и за собственными актами (решениями, действиями) в сфере экономических 7 отношений, в связи с чем ее нарушение обусловливает возможность применения к этим органам соответствующих мер правового реагирования. 2.1. В частности, Федеральный закон «О защите конкуренции» определяет в числе функций антимонопольного органа обеспечение государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства органами государственной власти субъектов Российской Федерации, а также предупреждение монополистической деятельности, недобросовестной конкуренции и других нарушений антимонопольного законодательства данными органами (пункты 1 и 3 статьи 22), относя к полномочиям антимонопольного органа проведение проверок соблюдения ими законодательства о защите конкуренции (пункт 11 части 1 статьи 23). Конкретизируя данные законоположения в целях пресечения действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо ущемлению интересов неопределенного круга потребителей, законодательство уполномочивает антимонопольный орган на выдачу органам государственной власти субъектов Российской Федерации предупреждений, в связи с чем они могут содержать, помимо прочего, указание относительно отмены или изменения актов, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства (часть 1 статьи 391 Федерального закона «О защите конкуренции», введенной в 2011 году в составе так называемого «третьего антимонопольного пакета»). Соответственно, статьей 391 Федерального закона «О защите конкуренции», рассматриваемой в системном единстве с положениями статей 15 и 16 данного Федерального закона, устанавливающих запрет на ограничивающие конкуренцию акты и действия (бездействие), соглашения или согласованные действия органов государственной власти субъектов Российской Федерации, не исключается возможность одновременной выдачи антимонопольным органом предупреждений нескольким органам государственной власти субъекта Российской Федерации, если 8 взаимосвязанные положения правовых актов данных органов содержат в себе признаки нарушения законодательства о защите конкуренции. 2.2. Антимонопольный орган, реализуя предоставленные ему федеральным законодательством полномочия в сфере государственного контроля (надзора), вправе с учетом обстоятельств конкретной ситуации самостоятельно определить, в адрес какого органа государственной власти субъекта Российской Федерации следует выдать предупреждение для наиболее эффективного пресечения нарушения законодательства о защите конкуренции и устранения его возможных последствий. Поэтому воспроизведение (реализация) в акте высшего исполнительного органа субъекта Российской Федерации, которому антимонопольным органом было выдано предупреждение, положений регионального закона, содержащих в себе признаки нарушения законодательства о защите конкуренции, само по себе не свидетельствует о том, что данный орган не правомочен устранить признаки нарушения антимонопольного законодательства самостоятельно, без корректировки регионального закона, в силу того, что акты высшего исполнительного органа субъекта Российской Федерации во всяком случае должны соответствовать Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству, включая антимонопольное, обладающим верховенством на всей территории Российской Федерации (статья 4, часть 2, Конституции Российской Федерации). Поскольку Федеральный закон «О защите конкуренции» не исключает возможности устранения признаков нарушения антимонопольного законодательства и его последствий посредством совершения действий, отличных от мер, указанных в предупреждении, при условии направления информации об этом антимонопольному органу в срок, обозначенный в предупреждении, или в иной срок, установленный антимонопольным органом, с приложением документов, подтверждающих совершение необходимых действий (абзац четвертый пункта 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4 9 марта 2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»), постольку высший исполнительный орган субъекта Российской Федерации во взаимодействии с иными органами государственной власти субъекта Российской Федерации и антимонопольным органом может определить иные пути устранения выявленных признаков нарушения антимонопольного законодательства. Учитывая потенциальную продолжительность правотворческих процедур по внесению в правовые акты органов государственной власти субъектов Российской Федерации изменений, необходимых для устранения признаков нарушения антимонопольного законодательства (отмены данных актов), не исключается и продление срока выполнения предупреждения по мотивированному ходатайству органа, которому оно было выдано (часть 5 статьи 391 Федерального закона «О защите конкуренции»). Тем самым федеральный законодатель, реализуя дискреционные конституционные полномочия по определению сбалансированного правового механизма осуществления в конкретных условиях задач по обеспечению и поддержанию конкурентных начал в национальной экономической системе (статья 8, часть 1; статья 34, часть 2; статья 71, пункт «ж», Конституции Российской Федерации), предоставил антимонопольному органу возможность выбора – принимая во внимание степень (масштаб) нарушения, характер возможных последствий и другие обстоятельства – порядка реагирования на признаки нарушения антимонопольного законодательства органами государственной власти субъектов Российской Федерации, правовые акты которых в силу своей обязательности и сферы действия могут оказывать значительное влияние на состояние конкурентной среды, права, свободы и законные интересы хозяйствующих субъектов и граждан на соответствующей территории. 3. Как следует из содержания частей 1 и 2 статьи 391 Федерального закона «О защите конкуренции», основанием для выдачи предупреждения 10 является выявление признаков нарушения антимонопольного законодательства. При условии выполнения предупреждения дело о нарушении антимонопольного законодательства не возбуждается и лицо не подлежит административной ответственности; в случае же его невыполнения и при наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства антимонопольный орган обязан принять решение о возбуждении соответствующего дела (части 7 и 8 статьи 391 указанного Федерального закона). Обязательность возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства в случае невыполнения предупреждения нельзя расценивать в качестве чрезмерной с точки зрения статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации реакции на бездействие адресата предупреждения, поскольку такой механизм соотносим с иным основанием для возбуждения дела – обнаружением антимонопольным органом признаков нарушения антимонопольного законодательства (пункт 3 части 2 статьи 39 Федерального закона «О защите конкуренции»), наличие которых равным образом требуется и для выдачи предупреждения. При этом невыполнение предупреждения не образует состава самостоятельного административного правонарушения (в отличие от предписания антимонопольного органа, ответственность за невыполнение которого предусмотрена частями 21–28 статьи 19.5 КоАП Российской Федерации). Единственным правовым последствием такого бездействия является возбуждение дела о нарушении антимонопольного законодательства, результаты рассмотрения которого, включая возможность прекращения рассмотрения дела по установленным основаниям, не предрешены, поскольку при выдаче предупреждения уполномоченный орган может не обладать всей совокупностью необходимых доказательств, позволяющих сделать однозначный и достоверный вывод о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства. 11 4. По смыслу части 1 статьи 198 и иных положений главы 24 АПК Российской Федерации необходимым условием реализации права на судебную защиту посредством подачи заявления о признании ненормативных правовых актов субъектов, осуществляющих публичные полномочия, недействительными, решений и действий (бездействия) незаконными является не только сама по себе незаконность ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия), но и наличие у заявителя субъективной заинтересованности в этом. По общему правилу, бремя доказывания наличия такой заинтересованности в силу статьи 65 АПК Российской Федерации возлагается на заявителя. Ставя возможность удовлетворения арбитражным судом заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) субъектов, осуществляющих публичные полномочия, в зависимость от выявления нарушения оспариваемым решением или действием (бездействием) прав и свобод заявителя, подобное правовое регулирование является частью процессуального механизма реализации гарантированного каждому статьей 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации права на судебную защиту. Данное право, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагает, что, по общему правилу, любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения соответствующим актом (действием, бездействием) (определения от 28 января 2016 года № 108-О, от 26 февраля 2026 года № 402-О, от 31 марта 2026 года № 644-О и др.). Применительно же к приказу антимонопольного органа о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства – с учетом порождаемых им процессуальных последствий в виде возникновения комплекса прав и обязанностей у лиц, участвующих в деле о нарушении антимонопольного законодательства (статья 43 Федерального 12 закона «О защите конкуренции»), а также принимая во внимание, что приказ не устанавливает факта нарушения антимонопольного законодательства и не предопределяет субъекта ответственности, его вину в совершении нарушения, являясь промежуточным процессуальным решением, вывод о том, что данный административный акт нарушает законодательство, может быть сделан лишь при условии выявления оснований, исключающих саму возможность возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства. 4.1. Предупреждение антимонопольного органа может быть предметом самостоятельной судебной проверки, в том числе в части наличия признаков нарушения антимонопольного законодательства, являющихся необходимым основанием для его выдачи, а также исполнимости этого предупреждения (пункт 3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года; абзац второй пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»). При этом антимонопольный орган на основании части 3 статьи 47 Федерального закона «О защите конкуренции» вправе приостановить рассмотрение возбужденного дела о нарушении антимонопольного законодательства до принятия арбитражным судом итогового судебного акта по делу об оспаривании предупреждения или вступления этого акта в законную силу (письмо ФАС России от 30 августа 2016 года № ИА/59698/16), исходя из того что отсутствие признаков нарушения антимонопольного законодательства в действиях лица, установленное при оспаривании предупреждения, является основанием для принятия решения об отказе в возбуждении соответствующего дела (пункт 6 части 9 статьи 44 Федерального закона «О защите конкуренции»). 13 При оспаривании приказа о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства суд не только устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства (в том числе с учетом того, что к моменту возбуждения дела лицо могло предпринять действия по их устранению, отличные от указанных в предупреждении), но и обязан проверить наличие иных оснований, препятствующих возбуждению дела согласно части 9 статьи 44 Федерального закона «О защите конкуренции» (абзац третий пункта 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»). Выбор способа защиты принадлежит субъекту права, который правомочен воспользоваться как одним из них, так и несколькими способами, однако вместе с тем он предопределяется правовыми нормами с учетом характера нарушения и фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 декабря 2021 года № 2870-О, от 21 июля 2022 года № 1831-О, от 25 апреля 2023 года № 848-О и др.), а потому заинтересованное лицо в зависимости от обстоятельств и собственных интересов вправе оспорить как оба рассматриваемых административных акта антимонопольного органа, так и каждый из них в отдельности. 5.
Статья 411 Федерального закона «О защите конкуренции», предусматривая разумные сроки давности (три года) рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства и порядок их исчисления, определяет, что для оконченных нарушений моментом начала течения данного срока является день нарушения антимонопольного законодательства, а для длящихся нарушений – день окончания нарушения или его обнаружения. Тем самым применение сроков давности рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства подразумевает оценку антимонопольным органом и судами характера нарушения 14 законодательства о защите конкуренции, в том числе с учетом действия актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, содержащих такие нарушения, во времени. Что касается части 4 статьи 391 Федерального закона «О защите конкуренции», согласно которой предупреждение должно содержать: выводы о наличии оснований для его выдачи; нормы антимонопольного законодательства, которые нарушены действиями (бездействием) лица, которому выдается предупреждение; перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства, устранение причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, устранение последствий такого нарушения, а также разумный срок их выполнения, – то данное законоположение обеспечивает определенность содержания предупреждения, гарантирует его исполнимость и не предполагает произвольного применения. 6. Таким образом, положения пункта 8 части 1 статьи 15, статьи 22, пунктов 1 и 11 части 1 статьи 23, частей 1 и 2 статьи 39, частей 1, 2, 4 и 8 статьи 391, статьи 411, частей 5, 9 и 12 статьи 44 Федерального закона «О защите конкуренции», рассматриваемые в системе действующего правового регулирования, конкретизируют конституционные предписания, направленные на защиту конкурентной среды и прав хозяйствующих субъектов (статья 8, часть 1; статья 34, часть 2; статья 71, пункт «ж», Конституции Российской Федерации), позволяя оперативно добиваться устранения нарушений антимонопольного законодательства органами государственной власти субъектов Российской Федерации в рамках правовых механизмов государственного контроля (надзора). При этом данные законоположения с учетом смысла, придаваемого им правоприменительной практикой, отвечают критерию определенности правовых норм, не умаляют самостоятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации и не противоречат принципу осуществления государственной власти на основе разделения на 15 законодательную, исполнительную и судебную (статьи 5, 10 и 19 Конституции Российской Федерации). Равным образом положения статьи 65, части 1 статьи 198, частей 4 и 5 статьи 200, частей 2 и 3 статьи 201 АПК Российской Федерации, развивая в процессуальном законодательстве содержание статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, не препятствуют судебной защите интересов органов государственной власти субъектов Российской Федерации при выдаче им предупреждений, а также в случае возбуждения в их отношении дел о нарушении антимонопольного законодательства. Согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основанием для рассмотрения дела Конституционным Судом Российской Федерации является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о конституционности оспариваемой нормы. Вместе с тем такая неопределенность в вопросе о соответствии оспариваемых законоположений статьям 5 (часть 3), 10, 15 (часть 2), 19 (часть 1), 45 (часть 2) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в обозначенных в запросе Правительства Республики Хакасия аспектах отсутствует. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации о п р е д е л и л : 1. Признать запрос Правительства Республики Хакасия не подлежащим дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесения предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления. 16 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному запросу окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 3295-О