Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2026 № 62-П по делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 10, пунктов 1 и 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", а также пункта 1 статьи 1 Федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О потребительском кредите (займе)" в связи с жалобой гражданки Осиповой Анастасии Владимировны

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

по делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 10, пунктов 1 и 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», а также пункта 1 статьи 1 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» в связи с жалобой гражданки Осиповой Анастасии Владимировны

город Санкт-Петербург 27 октября 2026 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зоркина, судей А.Ю.Бушева, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, В.В.Коробченко, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, руководствуясь статьей 125 (пункт «а» части 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47¹, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности пункта 2 статьи 10, пунктов 1 и 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», а также пункта 1

2 статьи 1 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О потребительском кредите (займе)». Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданки А.В.Оsipовой. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявительницей законоположения. Заслушав сообщение судьи-докладчика А.В.Кононова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

у с т а н о в и л :

1. Гражданка А.В.Оsipова оспаривает конституционность следующих положений Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей»: пункта 2 статьи 10, а фактически его абзаца четвертого, в силу которого информация о товарах (работах, услугах) в обязательном порядке должна содержать цену в рублях и условия приобретения товаров (работ, услуг), в том числе при оплате товаров (работ, услуг) через определенное время после их передачи (выполнения, оказания) потребителю, полную сумму, подлежащую выплате потребителем, и график погашения этой суммы; пункта 1 статьи 13 о том, что за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, иные перечисленные в данной норме лица) несет ответственность, предусмотренную законом или договором; пункта 6 той же статьи, а фактически его абзаца первого, согласно которому при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, иных перечисленных в данной норме лиц) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения

3 требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Заявительница также оспаривает конституционность пункта 1 статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 363-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О потребительском кредите (займе)», посредством которого была введена в действие актуальная редакция оспариваемого ею абзаца четвертого пункта 2 статьи 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». 1.1. Решениями Ленинского районного суда города Чебокары от 14 сентября 2021 года и от 27 мая 2022 года с гражданина Х. в пользу гражданина Л. взысканы денежные средства по предварительному договору купли- продажи квартиры, а также проценты за использование чужими денежными средствами по день фактического погашения суммы долга. На стадии исполнительного производства Л. обратился к юристу А.В.Оиповой, оказывающей услуги в сфере права в качестве самозантого – плательщика налога на профессиональный доход, за получением юридической помощи в связи с взысканием указанного долга. Между ними был заключен договор об оказании юридических услуг, датированный 15 ноября 2022 года, по условиям которого А.В.Оипова (исполнитель) обязалась оказать Л. (заказчику) юридическую помощь: изучить представленные документы и проинформировать о возможных вариантах решения проблемы погашения долга; сопроводить два исполнительных производства и процедуру банкротства Х. с целью взыскания с него задолженности по двум исполнительным листам и подготовить все необходимые документы. По условиям договора стоимость названных услуг была определена в размере 20 процентов от денежных средств, которые будут перечислены заказчику по указанным исполнительным листам. В процессе исполнения данного договора заявительницей были оказаны все перечисленные в нем юридические услуги. Кроме того, как установили

4 суды, ею были совершены действия, прямо не предусмотренные содержанием договора, а именно привлечение в качестве посредника гражданина А., который путем переговоров способствовал в убеждении Х. в необходимости выплаты им полной суммы долга. После этого денежные средства были перечислены Л. в полном объеме. Несмотря на это 4 мая 2023 года Л. направил А.В.Оsipовой претензию, в которой указал, что цена оказанных ему услуг является неразумной, нефиксированной, завышенной, что он был введен относительно нее в заблуждение, в связи с чем предложил заключить дополнительное соглашение об оплате этих услуг по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные услуги. Впоследствии Л. обратился в суд с иском к А.В.Оsipовой и гражданину Д. (который приобрел у нее денежное требование к Л. по договору цессии), в котором просил: признать условие о цене в договоре об оказании юридических услуг недействительным; применить последствия недействительности сделки; взыскать с А.В.Оsipовой компенсацию морального вреда за нарушение прав потребителя; взыскать с нее штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». В обоснование своих требований он сослался на то, что в письменной форме договор с А.В.Оsipовой был составлен только в апреле 2023 года, т.е. уже после фактического оказания ею ранее согласованных юридических услуг; при подписании договора он ошибся, полагая, что цена договора составляет не двадцать, а два процента от суммы взысканного долга (что, по полученной им информации, примерно соответствовало средней и обычно взыскиваемой на рынке цене соответствующих услуг). А.В.Оsipova иск не признала, утверждая, что условие о цене подлежаших оказанию услуг было известно Л. изначально; возможность определить цену в фиксированной величине в момент заключения договора отсутствовала, поскольку подлежавшая взысканию с Х. денежная сумма включала проценты, начисленные на день фактического погашения задолженности; все свои

5 обязательства по договору она выполнила, в результате чего с последнего была взыскана безнадежная, по сути, задолженность. 1.2. Решением Ленинского районного суда города Чебоксары от 28 февраля 2024 года в удовлетворении иска Л. отказано. Суд по результатам оценки доказательств (в частности, переписки сторон, конклюдентных действий по исполнению договора, показаний свидетеля) пришел к выводу, что условия договора в оспариваемой части сторонами были согласованы, а Л. был осведомлен о порядке расчета оплаты услуг исполнителя. В решении также указано, что сама по себе высокая итоговая стоимость оказанных услуг не свидетельствует о заключении договора под влиянием заблуждения. Кроме того, суд отметил, что указание в договоре цены услуги в процентном отношении к взысканной сумме, т.е. без окончательного определения ее в денежном выражении, также не свидетельствует о недействительности данного условия. С этим решением не согласилась судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики (апелляционное определение от 29 мая 2024 года), которая, признав, что на правоотношения А.В.Оsipовой и Л. распространяется Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей», указала, что спорное условие договора является способом определения цены услуги, а не «гонораром успеха», так как судебные постановления о взыскании денежных средств в пользу Л. уже состоялись и подлежали исполнению в установленных ими размерах. Однако поскольку в тексте договора отсутствовала цена за оказываемые услуги в рублях и полная сумма, подлежащая выплате заказчиком исполнителю, судебная коллегия пришла к выводу, что истцу не была предоставлена надлежащая информация о цене услуги в установленном законом порядке, а форма изложения условия о цене не соответствовала императивным нормам закона. При этом судебная коллегия сослалась в числе прочего на разъяснение, содержащееся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение

Распознаны первые 5 из 28 страниц. Полный текст — в PDF официального опубликования.