Второй пилот для юриста: как ИИ меняет профессию и перестраивает бизнес-процессы

Помощник, а не исполнитель

Сессию об искусственном интеллекте проводят на Казанском международном юридическом форуме уже третий год, и за это время ее повестка заметно изменилась, отметила директор по сопровождению бизнеса ВЭБ.РФ и председатель экспертного совета КМЮФ Екатерина Свищева. Теперь в центре внимания не выбор отдельных ИИ-инструментов, а полноценное внедрение цифровых технологий в бизнес-процессы. Для этого компаниям приходится менять оргструктуру и перестраивать работу юристов, следить за качеством данных и решать вопросы интеллектуальной собственности.

Первым об опыте внедрения ИИ рассказал руководитель юридического отдела MWS AI Никита Кулиев. В компании создали агента для подготовки исков. Для него определили источники информации, правила расчета госпошлины и определения подсудности. Теперь агент готовит иски и приложения, а сотрудник проверяет пакет документов и отправляет его в суд. В компании уже задумались, что произойдет, если сотрудник, который создавал агента и передавал ему свои навыки, уйдет.

По словам Кулиева, компания существует не только в виде активов и документов, но и в сознании работников. Их опыт, навыки, интуиция и понимание формальных и неформальных правил формируют внутренний контекст. Сейчас часть этого опыта постепенно переходит в цифровой слой компании: в данные, знания, правила и модели поведения. Поэтому передавать навыки между сотрудниками нужно параллельно с их цифровизацией.

Если представить агента как упряжку с лошадьми, то LLM — это всего лишь лошадка. А сама упряжь, которая ведет к цели, и есть harness. Это инфраструктура, которая дает агенту контекст, доступ к инструментам и данным, память и позволяет действовать по заданному контуру задач. В harness живет не сам человеческий навык, а его слепок — скилл. Навык остается у человека. Поэтому, если мы хотим рассматривать harness как актив, в компании должна быть процедура трансфера компетенций.

Никита Кулиев, руководитель юридического отдела MWS AI

О рисках внедрения таких решений рассказала старший эксперт по юридическим технологиям Doczilla Дарья Торопова. По ее словам, компании часто переоценивают возможности готовых ИИ-инструментов, в частности при проверке договоров. Если просто загрузить соглашение и внутренние политики в универсальный чат, система может пропустить риск или, наоборот, увидеть его там, где его нет. Юристам приходится перепроверять результат вручную, и в итоге автоматизация скорее отнимает время, чем экономит его. Поэтому спикер советует сначала проверить внутренние регламенты и плейбуки и адаптировать их для ИИ: то, что понятно человеку, не всегда будет так же доступно системе. Лучше начать с одного типа договора, протестировать на нем решение вместе с экспертами, найти и исправить ошибки. И только когда результат будет устраивать — переходить к другим соглашениям.

Роль юриста меняется. Теперь он не только проверяет договоры и выявляет риски, но и переводит свои компетенции в правила для ИИ, задает логику дальнейших действий и выстраивает весь процесс. По сути, юрист становится архитектором системы управления рисками в компании.

Дарья Торопова, старший эксперт по юридическим технологиям Doczilla

Нюансы использования

При внедрении ИИ компаниям приходится решать вопросы на стыке бизнеса, IT и права, отметил руководитель направления сопровождения работы с регуляторными инициативами «Яндекса» Дамир Салихов. Один из ключевых вопросов — выбор между российскими и зарубежными моделями. Учитывать нужно качество результата, доступность сервисов, требования к локализации персональных данных и защите чувствительной коммерческой информации. Салихов также указал, что для обучения модели нужны большие массивы информации, но закон ограничивает возможности их использования.

До сих пор остается много вопросов к тому, на каких данных может обучаться модель. В частности, может ли она работать с открытыми материалами и считается ли это использованием объектов интеллектуальной собственности по смыслу ГК. Отдельная тема — доступ к государственным данным и снятие связанных с ним регуляторных барьеров.

Дамир Салихов, руководитель направления сопровождения работы с регуляторными инициативами «Яндекса»

После выбора допустимых источников важно проверить сами данные, в частности их актуальность и корректность, добавила старший юрист по правовой поддержке контента и цифрового регулирования «Авито» Елена Щербакова. Она рассказала о запуске ИИ-ассистентов «Ави» и «Ави Про», к которому юридическая команда подключилась еще на ранней стадии. По словам спикера, юрист не должен подключаться только на этапе финального согласования. Ему нужно участвовать в подготовке и разметке данных, задавать ограничения для модели, тестировать защитные механизмы и продумывать взаимодействие пользователя с сервисом. Чем раньше юристы включатся в процесс, тем проще и дешевле скорректировать продукт, подчеркнула Щербакова.

После запуска ИИ-модели без юриста тоже не обойтись, указала заместитель генерального директора Национального реестра интеллектуальной собственности Анна Гращенкова. Специалист должен определить, кому принадлежат права на сгенерированный контент и можно ли считать его объектом авторского права. По словам Гращенковой, сам факт использования нейросети не лишает результат охраны, но компания должна доказать существенный творческий вклад человека. Поэтому стоит фиксировать не только итоговый материал, но и правки, доработки и другие действия автора, которые подтверждают его участие.

Если компания использует внешний ИИ-сервис, нужно внимательно читать его условия: может ли провайдер обучаться на загруженных данных, появятся ли эти материалы в чужих генерациях и кому принадлежат права на созданный контент. Конфиденциальные рабочие материалы тоже не стоит передавать сервису, пока непонятно, что он будет с ними делать.

Анна Гращенкова, заместитель генерального директора Национального реестра интеллектуальной собственности

В завершение сессии участники обсудили риск потери профессиональных навыков из-за активного использования ИИ. Один из слушателей привел в пример летчиков, которые из-за постоянной работы с автопилотом хуже управляют самолетом вручную и со временем уже не могут научить этому младших коллег. По его мнению, с юристами может произойти то же самое. Кулиев согласился и подчеркнул, что даже при высокой степени автоматизации важно продолжать передавать знания от человека к человеку. Иначе компания рискует со временем остаться без экспертов.