ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 августа 2023 г. по делу N 88-20389/2023
N 2-179/2020
УИД 44RS0002-01-2021-004403-23
Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего судьи гр. [обезличено]
судей гр. [обезличено], гр. [обезличено]
рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке кассационного производства гражданское дело по кассационной жалобе Кудреватых ФИО24 на решение Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ
по делу по иску Кудреватых ФИО25 к Грузинской ФИО26 о признании договора дарения недействительным, погашении записи о праве собственности на квартиру, признании права собственности на квартиру в порядке наследования и по встречному иску Грузинской ФИО27 к Кудреватых ФИО28 о признании недействительным распоряжения об отмене завещания, признании действительным завещания, признании права собственности на квартиру, признании заявления об отказе от наследства недействительным (номер дела, присвоенный судом первой инстанции 2-179/2020)
Заслушав доклад судьи гр. [обезличено], судебная коллегия
установила:
К. обратилась в суд с иском к Г. о признании договора дарения недействительным, погашении записи о праве собственности на квартиру, указав, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мать ФИО8, проживавшая на день смерти вместе с ее сестрой ФИО2 в жилом помещении по адресу: <адрес>. После смерти матери ей стало известно, что при жизни ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ подарила принадлежащее ей жилое помещение по вышеназванному адресу ответчику. Со ссылкой на наличие у ФИО8 психического расстройства, вследствие которого она на момент совершения сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими, ФИО1 просила признать договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, погасить запись о праве собственности ФИО2 на спорное жилое помещение.
В ходе судебного разбирательства ФИО1 увеличила исковые требования, дополнительно просила признать за ней право собственности на спорное жилое помещение в порядке наследования, указав, что согласно заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы ФИО8 на момент заключения договора дарения квартиры не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, завещания на момент смерти матери не имелось, при этом ФИО2 от наследования после смерти ФИО8 отказалась.
ФИО2 обратилась к ФИО1 с встречным иском, просила признать недействительным распоряжение ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ об отмене завещания от ДД.ММ.ГГГГ, признать завещание ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ действительным, признать за ней право собственности на спорную квартиру как наследника по завещанию. Полагала, что в силу психического расстройства ФИО8 на момент отмены завещания от ДД.ММ.ГГГГ, составленного в ее пользу, не могла понимать значение своих действий и руководить ими, вследствие чего наследование, в случае удовлетворения иска ФИО1 о признании договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, должно осуществляться на основании завещания наследодателя.
В дальнейшем ФИО2 увеличила требования по встречному иску дополнительно просила признать свое заявление об отказе от наследства после смерти ФИО8 недействительным, указывая, что после получения письма нотариуса об открытии наследства ДД.ММ.ГГГГ она пришла в нотариальную контору, имея при себе подлинный договор дарения спорной квартиры. После получения разъяснений о том, что квартира в состав наследственного имущества не входит, наследство состоит из выплат в фонда соц. страха в размере около 6000 руб., она решила отказаться от денег. Таким образом, подписывая заявление, составленное нотариусом, она полагала, что отказывается только от получения причитающихся ей денежных средств.
Решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.
Судом признан недействительным договор дарения <адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, с указанием, что признание договора недействительным является основанием для погашения в ЕГРН записи о праве собственности ФИО2 на квартиру. За ФИО1 признано право собственности на 1/4 долю в праве собственности на жилое помещение: <адрес> в порядке наследования.
Исковые требования ФИО2 удовлетворены частично. Судом признано недействительным распоряжение, выданное ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом нотариального округа <адрес> и <адрес> ФИО9, регистрационная запись N-н/44-2019-2-39, об отмене завещания ФИО8, удостоверенного нотариусом <адрес> ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, реестровый N.
Признано недействительным заявление ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от наследства после смерти матери ФИО8 в рамках наследственного дела N, составленное нотариусом нотариального округа <адрес> и Костромской: района <адрес> ФИО9.
За ФИО2 признано право собственности на 3/4 доли в праве собственности на жилое помещение: <адрес> в порядке наследования.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменено в части признания заявления ФИО2 об отказе от наследства недействительным. Признано недействительным заявление ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от наследства по завещанию после смерти ФИО8 В остальной части решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе заявителем поставлен вопрос об отмене и решения суда первой инстанции и апелляционного определения, как незаконных, принятых с нарушением норм материального и процессуального права. Полагает, что выводы судов двух инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.
В заседание суда кассационной инстанции истец ФИО1, ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, не явились, что в силу части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует кассационному рассмотрению дела.
Изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных постановлений по правилам статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, судебная коллегия не находит предусмотренных законом оснований для ее удовлетворения.
В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.
Таких нарушений при проверке доводов кассационной жалобы не установлено.
В силу статьи 1157 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник вправе отказаться от наследства в пользу других лиц (статья 1158) или без указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества (абзац первый пункта 1). Наследник вправе отказаться от наследства в течение срока, установленного для принятия наследства (статья 1154), в том числе в случае, когда он уже принял наследство абзац второй пункта 2). Отказ от наследства не может быть впоследствии изменен или взят обратно (пункт 3).
Пунктом 3 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что отказ от части причитающегося наследнику наследства не допускается. Однако если наследник призывается к наследованию одновременно по нескольким основаниям (по завещанию и по закону или в порядке наследственной трансмиссии и в результате открытия наследства и тому подобное), он вправе отказаться от наследства, причитающегося ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям.
В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (параграф 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2).
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).
Из материалов дела следует, что ФИО1 и ФИО2 являются сестрами, дочерьми ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ
При жизни ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ было составлено завещание, которым она на случай смерти принадлежащее ей на праве собственности жилое помещение по адресу: <адрес> -10 завещала ФИО2
Нотариально удостоверенным распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 вышеуказанное завещание отменила.
По договору от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 подарила принадлежащую ей квартиру по адресу: <адрес> ФИО11, государственная регистрация перехода права собственности произведена.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти матери, указав, что наследственное имущество состоит из прав на денежные средства, внесенные в денежный вклад, хранящийся в ПАО "Сбербанк России", с причитающимися процентами и компенсациями, недополученной компенсации по категории "Инвалид", "Труженик тыла", квартиры по адресу: <адрес>, наследниками по закону являются она и ФИО2
ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО9 в адрес ФИО2 направлено извещение об открытии наследства после смерти ФИО8, в которой разъяснено, что наследование осуществляется по закону, ответчик как наследник первой очереди имеет право на долю в наследстве, в случае нежелания принятия наследства предложено в срок до ДД.ММ.ГГГГ направить заявление об отказе от принятия наследства.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась к нотариусу с заявлением, в котором указала, что отказывается по всем основаниям наследования от причитающейся ей доли на наследство, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, оставшегося после смерти ФИО8.
ДД.ММ.ГГГГ нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию после смерти ФИО8 на имя ФИО12 в отношении прав на денежные средства, внесенные в денежный вклад, с причитающимися процентами, хранящиеся в ПАО "Сбербанк России" (завещательное распоряжение на имя ФИО12 наследодателем составлено ДД.ММ.ГГГГ).
Разрешая спор между сторонами, суд первой инстанции, произведя оценку доказательств, включая заключения посмертных судебных психиатрических экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, показания экспертов ФИО13 и ФИО14 в судебных заседаниях, показания свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, данные медицинской документации в отношении ФИО8, пришел к выводу о том, что ФИО8 как на момент выдачи распоряжения об отмене завещания, так и на момент заключения договора дарения не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, в силу чего постановил решение об удовлетворении исковых требований ФИО1, встречных исковых требований ФИО2, связанных с оспариванием названных сделок, погашением права собственности ФИО2 на спорное помещение, возникшего на основании дарения.
При этом суд, признав подлежащими удовлетворению и требования ФИО2 об оспаривании отказа от наследства как сделки, совершенной под влиянием заблуждения, признал за сторонами право общей долевой собственности на спорную квартиру с долей в праве у ФИО1 1/4 как лица, имеющего право на обязательную долю в наследстве, у ФИО2-3/ 4 как наследника по завещанию.
Решение суда обжаловано ФИО1 в части признания недействительным заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от наследства, в связи с чем апелляционная проверка судебного решения проводилась только в названной части. При этом судебная коллегия учитывала, что в силу статьи 180 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.
В пункте 100 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, признавая сделку недействительной в части, суд в решении приводит мотивы, исходя из которых им был сделан вывод о том, что сделка была бы совершена сторонами и без включения ее недействительной части (статья 180 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом в силу пунктов 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации признание судом недействительной части сделки не должно привести к тому, что сторонам будет навязан договор, который они не намеревались заключать. В связи с этим при решении вопроса о признании недействительной части сделки или сделки в целом суду следует вынести указанный вопрос на обсуждение сторон (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Принимая во внимание, что завещание ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ касалось только принадлежащего ей жилого помещения, после смерти ФИО8, с учетом признания судом недействительными договора дарения квартиры, распоряжения об отмене завещания, открылось наследство, как по закону, так и по завещанию, судебная коллегия апелляционной инстанции пришла к выводу, что заявление ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, исходя из его содержания, следует рассматривать с точки зрения отказа от наследства по всем названным основаниям.
По смыслу ранее приведенных норм материального права принцип единства наследственного имущества действует в пределах любого отдельного основания наследования, то есть наследник, наследуя по любому основанию наследования, не вправе принять только часть причитающегося ему наследственного имущества.
В то же время наследник, одновременно призываемый к наследованию частей одного и того же наследства, имеет право выбора принять наследство, причитающееся ему только по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям.
Следовательно, наследник, призываемый к наследованию одновременно по разным основаниям, например по закону и по завещанию, вправе совершить отказ по одному из этих оснований или по всем, на что указывается в заявлении.
В данном случае суд второй инстанции согласился с возможностью признания заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от наследства по завещанию после смерти ФИО8 недействительным в порядке статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. Как было отмечено ранее, нотариус ФИО9 в письме в адрес ФИО2 указала на открытие наследства после смерти ФИО8 только по закону.
Несмотря на указание в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от наследства по всем основаниям, в том числе и по завещанию, при наличии на тот момент договора дарения квартиры, распоряжения ФИО8 об отмене завещания, признания данных сделок недействительными в судебном порядке, в том числе вследствие проведенных посмертных судебно-психиатрических экспертиз, по мнению судебной коллегии, воля ФИО2 с очевидностью не была направлена на отказ от наследования квартиры, вошедшей в состав наследства по завещанию в результате оспаривания сделок.
Как правильно указал суд, налицо существенное заблуждение ФИО2 относительно обстоятельств, из которых сторона исходила при написании заявления, основания считать, что подобное заблуждение должно быть квалифицировано как заблуждение относительно мотивов сделки, на что и направлены доводы апелляционной жалобы ФИО1, судебная коллегия не находит. Ссылка на судебное постановление по другому делу судом не принята во внимание как не имеющая доказательственного, преюдициального либо какого-то иного обязательного значения для настоящего дела.
Вместе с тем судом первой инстанции было оставлено без внимания то обстоятельство, что во встречном иске, и в объяснениях в ходе судебного разбирательства ФИО2 последовательно указывала на то, что ее воля при написании заявления была направлена исключительно на отказ от наследования по закону, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания заявления ФИО2 об отказе от наследства недействительным в полном объеме.
Данный вопрос, находящийся в рамках жалобы ФИО1, был вынесен судебной коллегией апелляционной инстанции на обсуждение в судебном заседании. ФИО1, ее представитель ФИО21 настаивали на отказе ФИО2 от наследования после смерти ФИО8 по всем основаниям, в свою очередь ФИО2, ее представитель ФИО22 поддержали доводы встречного иска. При этом ФИО2 на вопросы судебной коллегии подтвердила свою волю на отказ от наследства по закону, указав, что и в случае отсутствия на октябрь 2021 года договора дарения, распоряжения ФИО8 об отмене завещания, то есть в случае наличия действительного завещания, она также бы отказалась от наследования по закону (само наличие наследства по закону усматривается из материалов наследственного дела, объяснений участников процесса).
В соответствии с изложенным решение суда первой инстанции в части признания заявления ФИО2 об отказе от наследства подлежало изменению с признанием недействительным заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от наследства по завещанию после смерти ФИО8 В остальной части решение суда оставлено без изменения.
Суд кассационной инстанции соглашается с обоснованными выводами судов обеих инстанций, поскольку они не противоречат закону, подробно мотивированы, доводами кассационной жалобы не опровергнуты.
Все приведенные в кассационной жалобе доводы были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, в обжалуемых судебных актах им дана надлежащая правовая оценка, сомнений в законности которой не имеется. При таких обстоятельствах оснований к отмене либо изменению решения суда и апелляционного определения по доводам кассационной жалобы не имеется.
Судами первой и апелляционной инстанций правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами по настоящему делу, а также закон, подлежащий применению, правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, распределено между сторонами бремя их доказывания.
Изложенным сторонами доводам, представленным ими доказательствам, исследованным по правилам статьи 67 ГПК РФ, дана надлежащая правовая оценка в их совокупности, а также в совокупности с установленными фактическими обстоятельствами.
Доводы заявителя не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые не были бы предметом исследования судебных инстанций или опровергали выводы постановленных по делу судебных актов.
Кассатором не приведено аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность состоявшихся по делу судебных постановлений, равно как и обстоятельств, не прошедших судебного исследования и нуждающихся в дополнительной проверке.
Нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену постановленных по делу судебных актов, не допущено.
Таким образом, по доводам кассационной жалобы судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 ГПК РФ оснований для кассационного пересмотра, вступивших в законную силу и правосудных по сути судебных постановлений.
Руководствуясь статьями 390, 390.1 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.
Публичный судебный акт (обезличен). Источник: sudact.ru. Не заменяет текст закона.
OpenLEX