О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки
Дубининой Татьяны Николаевны на нарушение ее конституционных
прав частью первой статьи 69 и пунктами 1 и 3 части первой статьи
72 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации
город Санкт-Петербург 9 ноября 2010 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,
Н.С.Бондаря, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева,
М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой,
С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Н.В.Селезнева, О.С.Хохряковой,
В.Г.Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи А.И.Бойцова,
проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
предварительное изучение жалобы гражданки Т.Н.Дубининой,
у с т а н о в и л:
1. По факту осуществления ООО "Образовательный центр "Школьный
град" незаконной предпринимательской деятельности было возбуждено
уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью
первой статьи 171 УК Российской Федерации. Обвинение в его
совершении было предъявлено гражданке Т.Н.Дубининой и ее дочери
М.А.Ураловой. В производстве по данному делу в качестве защитника
обвиняемых по соглашению принимал участие адвокат С.В.Колосовский,
в отношении которого следователь вынес постановление об отводе,
мотивируя это наличием противоречий между интересами обвиняемых и
интересами их защитника, а также между интересами самих обвиняемых.
Как указано в постановлении, несовершеннолетний сын
С.В.Колосовского обучался в указанном образовательном центре и,
таким образом, являлся получателем незаконно оказываемых услуг.
Ввиду этого обстоятельства С.В.Колосовский был вызван на
допрос в качестве свидетеля, однако по вызову он не явился,
письменно уведомив следователя о том, что в силу статьи 8
Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской
деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" его вызов для
дачи свидетельских показаний при отсутствии соответствующего
судебного решения является незаконным.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации
Т.Н.Дубинина оспаривает конституционность положений статьи 72 УПК
Российской Федерации, согласно которым защитник не вправе
участвовать в производстве по уголовному делу, если он ранее
участвовал в производстве по данному делу в качестве свидетеля
(пункт 1 части первой) либо если он оказывает или ранее оказывал
юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам
защищаемого им обвиняемого (пункт 3 части первой). Кроме того,
заявительница оспаривает конституционность части первой статьи 69
УПК Российской Федерации, согласно которой решение об отводе в ходе
досудебного производства по делу принимает следователь.
По мнению заявительницы, указанные положения нарушают ее
права, гарантированные статьями 15 (часть 4), 17 (часть 1), 48, 55
(часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации,
поскольку предоставляют следователю возможность отстранять от
участия в деле избранного обвиняемым защитника вопреки мнению
самого обвиняемого, лишая его тем самым права на получение
квалифицированной юридической помощи, в частности права на помощь
избранного им самим защитника, допускают отвод защитника при
отсутствии четких критериев для определения понятий "участие в деле
в качестве свидетеля" и "противоречие интересов" - исходя лишь из
процессуального статуса участников судопроизводства и из
предположения, что возникновение таких противоречий возможно в
будущем, а также позволяют следователю создавать условия для отвода
защитника и на основании созданных им же условий разрешать данный
отвод, нарушая тем самым принцип равноправия и состязательности
сторон.
Кроме того, как полагает заявительница, оспариваемые нормы
противоречат нормам международного права и положениям международных
договоров Российской Федерации, в соответствии с которыми каждый
обвиняемый в совершении преступления вправе самостоятельно избирать
себе защитника.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив
представленные Т.Н.Дубининой материалы, не находит оснований для
принятия ее жалобы к рассмотрению.
Согласно Конституции Российской Федерации каждому
гарантируется право на получение квалифицированной юридической
помощи (статья 48, часть 1). Право обвиняемого в совершении
преступления защищать себя лично или через посредство выбранного им
самим защитника провозглашено и в Конвенции о защите прав человека
и основных свобод (подпункт "с" пункта 3 статьи 6). Вместе с тем
право на самостоятельный выбор защитника не является безусловным.
По своему содержанию данное право, как отметил Конституционный Суд
Российской Федерации, не означает право выбирать в качестве
защитника любое лицо по усмотрению обвиняемого, в том числе без
учета обстоятельств, исключающих его участие в деле (Определение от
21 декабря 2001 года N 304-О).
Установленное пунктом 1 части первой статьи 72 УПК Российской
Федерации правило, согласно которому защитник не вправе участвовать
в производстве по уголовному делу, если он ранее участвовал в нем в
качестве свидетеля, закреплено федеральным законодателем исходя из
недопустимости совмещения процессуальной функции защитника с
обязанностью давать свидетельские показания по уголовному делу, в
котором он участвует (Определение Конституционного Суда Российской
Федерации от 29 мая 2007 года N 516-О-О). Это положение,
направленное на исключение при защите обвиняемого зависимости
осуществляемой защитником деятельности от его предыдущего участия в
деле в ином процессуальном качестве, не может рассматриваться как
нарушающее конституционные права заявительницы.
При этом свидетелем согласно части первой статьи 56 УПК
Российской Федерации является лицо, которому могут быть известны
какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и
разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний.
Соответственно, закон не предполагает, что следователь вправе без
достаточных фактических оснований вызвать участвующего в деле
защитника для допроса в качестве свидетеля, с тем чтобы
искусственно создать юридические основания для его отвода.
Кроме того, положения статьи 72 УПК Российской Федерации
применяются в отношении не только защитника обвиняемого, но и
представителя потерпевшего и гражданского истца, являющихся
участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения, а в
статье 61 УПК Российской Федерации указаны обстоятельства,
исключающие участие в производстве по уголовному делу судьи,
прокурора, следователя, дознавателя, в том числе в связи с их
участием в деле в качестве свидетеля, в силу чего запрет на
совмещение одним лицом различных процессуальных функций при
производстве по одному уголовному делу является общим для
участников как со стороны защиты, так и со стороны обвинения.
Закрепленное же в пункте 3 части первой и части второй статьи
72 УПК Российской Федерации правило, предусматривающее отвод
защитника в случае оказания им юридической помощи лицам, чьи
интересы противоречат друг другу, не только не ограничивает право
подозреваемого и обвиняемого на защиту, а напротив, является
дополнительной гарантией его реализации, поскольку направлено на
исключение каких-либо действий со стороны защитника, могущих прямо
или косвенно способствовать неблагоприятному для его подзащитного
исходу дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации
от 14 октября 2004 года N 333-О, от 19 марта 2009 года N 322-О-О
и от 13 октября 2009 года N 1111-О-О).
Вопреки мнению заявительницы, из действующего
уголовно-процессуального закона не вытекает, что решение об отводе
защитника принимается исходя лишь из предположения о возможности
возникновения противоречия интересов в будущем. Напротив, из пункта
3 части первой статьи 72 УПК Российской Федерации с определенностью
следует, что наличие таких противоречий должно иметь место на
момент принятия решения об отводе.
Кроме того, существующий механизм судебного контроля на стадии
предварительного расследования позволяет стороне защиты обжаловать
в суд процессуальные действия (бездействие) и решения следователя,
которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам
участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ
граждан к правосудию, в том числе решение об отводе защитника
(статьи 19 и 125 УПК Российской Федерации).
Таким образом, оспариваемые заявительницей законоположения
неопределенности не содержат и сами по себе не могут
рассматриваться как нарушающие ее права. Проверка же законности
правоприменительных действий и решений не относится к компетенции
Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в
статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой
статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
Конституционный Суд Российской Федерации
о п р е д е л и л:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки
Дубининой Татьяны Николаевны, поскольку она не отвечает требованиям
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в
Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по
данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике
Конституционного Суда Российской Федерации".
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации В.Д.Зорькин
N 1573-О-О