ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
№77-2423/2026
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
суда кассационной инстанции
02 октября 2026 года г. Самара
Судебная коллегия по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
Председательствующего Назинкиной Н.В.
судей Колотовкина П.В., Бурой Е.П.,
при секретаре Задатковой Т.А.,
с участием прокурора Снигирь Е.А.,
осужденных ЛИЦО_2, ЛИЦО_1,
адвоката Точилкиной Е.Х.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Республики Татарстан ЛИЦО_3, кассационным жалобам осужденного ЛИЦО_1 и адвоката Точилкиной Е.Х., действующей в интересах осужденного ЛИЦО_2, на приговор Алексеевского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ.
Заслушав доклад судьи Назинкиной Н.В., выступления адвоката Точилкиной Е.Х. и осужденных ЛИЦО_2, ЛИЦО_1 в поддержание доводов кассационных жалоб, мнение прокурора Снигирь Е.А., полагавшей, что кассационные жалобы удовлетворению не подлежат, судебная коллегия
установила:
приговором Алексеевского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ
ЛИЦО_2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец д. <адрес> Татарской АССР, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый;
осужден по п.п. «а», «б», «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 1 500 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной со строительным контролем на 1 год;
п.п. «а», «б», «в», «г» части 7 статьи 204 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 2 000 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной со строительным контролем на 1 год;
На основании ч. 3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание в виде штрафа в размере двух миллионов пятисот тысяч рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной со строительным контролем, на срок один год шесть месяцев.
На основании ч.5 ст.72 УК РФ с учетом нахождения под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, а также во взаимосвязи с положениями ч.3.4 ст. 72 УК РФ с учетом нахождения ЛИЦО_2 под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ смягчено назначенное ему основное наказание в виде штрафа до одного миллиона восьмисот тысяч рублей.
ЛИЦО_1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> АССР, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,
осужден п.п. «а», «б», «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 1 200 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной со строительным контролем на 1 год;
п.п. «а», «б», «в», «г» ч.7 ст. 204 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 1 500 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной со строительным контролем на 1 год;
На основании ч.3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание в виде штрафа в размере двух миллионов пятисот тысяч рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной со строительным контролем, на срок один год шесть месяцев.
На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом нахождения ЛИЦО_1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, а также во взаимосвязи с положениями ч. 3.4 ст. 72 УК РФ с учетом нахождения ЛИЦО_1 под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ смягчено назначенное ему основное наказание в виде штрафа до одного миллиона пятисот тысяч рублей.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда изменен с указанием в резолютивной части приговора реквизитов для исполнения наказания в части уплаты штрафа осужденными ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1
ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1, являясь лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческой организации, признаны виновными в незаконном получении денег, за совершение действий и бездействия в интересах дающего и иных лиц, при этом указанные действия и бездействие входят в служебные полномочия такого лица и в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям и бездействию, совершённые группой лиц по предварительному сговору, сопряжённые с вымогательством предмета подкупа, за незаконные действия и бездействие, в крупном размере (2 преступления).
Преступления совершены на территории <адрес> Республики Татарстан при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.
В кассационном представлении заместитель прокурора Республики Татарстан ЛИЦО_3 выражает несогласие с судебными решениями и указывает, что в нарушение положений п.«а» ч.1 ст.104.1, ч.2 ст.104.2 УК РФ суд, установив, что ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 получили в качестве коммерческого подкупа от ФИО9 в общей сложности в размере 1400000 рублей, не рассмотрел в приговоре вопрос о конфискации денежных средств, полученных в результате совершения ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 преступлений, либо иного имущества в размере полученного осужденными преступного дохода и не выяснил вопрос относительно наличия у них денежных средств и другого имущества, к которым может быть применена конфискация в порядке ст.104.2 УК РФ. Судом апелляционной инстанции нарушение закона не устранено.
На основании изложенного просит приговор Алексеевского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГг. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГг. в отношении ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в части неразрешения вопроса о конфискации имущества осужденных, эквивалентного сумме денежных средств, полученных ими в результате совершения преступлений, отменить, а уголовное дело в этой части для разрешения тех же вопросов в соответствии с требованиями ст.ст.104.1, 104.2 УК РФ передать на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст.ст.396, 397 и 399 УПК РФ.
В апелляционной жалобе адвокат Точилкина Е.Х. в защиту ЛИЦО_2 выражает несогласие с постановленными судебными решениями ввиду допущенных существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, атакже несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, поскольку осужденному назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления и его личности. Считает, что суд первой инстанции, рассматривая дело повторно, вновь допустил те же нарушения, что прямо нарушает требования статьи 297 УПК РФ.
Приводя подробный анализ обстоятельствам дела и аналогичные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указывает, что суд не привёл показания ключевых свидетелей защиты; не оценил доводы защиты; не сопоставил доказательства в их совокупности; воспроизвёл обвинительные формулировки без проверки.
Считает, что наиболее существенные противоречия между выводами суда и фактическими обстоятельствами дела относятся ко второму эпизоду обвинения, связанному с якобы имевшим место получением ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 денежных средств в размере 900 000 рублей при выполнении работ по выторфовке.
Суд признал достоверными показания ФИО12 и ФИО9, несмотря на их внутренние противоречия и опровержение объективными данными: табелями рабочего времени; биллингами телефонных соединений; отсутствием подписей ЛИЦО_5 в должностных документах. Суд не проверил законность возбуждения дела по второму эпизоду; отсутствие полномочий у ЛИЦО_5 приостановить работы по выторфовке; наличие системных нарушений в работе ООО «Трубострой», исключающих элемент вымогательства.
Фактически суды оставили без разрешения ключевой вопрос настоящего уголовного дела: каким образом лицо могло участвовать в совершении преступления в период, когда его отсутствие на объекте подтверждается объективными документальными доказательствами.
Считаете, что выводы судов о виновности ЛИЦО_2 по эпизоду, связанному с получением 900 000 рублей, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на неполно исследованных доказательствах и сделаны с существенным нарушением требований закона.
Также сторона защиты указывает, что размер коммерческого подкупа в 500 000 рублей по первому эпизоду, факт передачи денежных средств и виновность осужденных установлены на предположениях, что противоречит требованиям ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ.
Сторона защиты выдвигает мнение о том, что никакого вымогательства не было. Приводя самостоятельный подробный анализ показаний свидетелей обвинения ЛИЦО_6 и ЛИЦО_7 считает, что они не содержат сведений о периоде и общей сумме переданных денежных средств, а также об иных обстоятельствах, содержащихся в обвинительном заключении и протоколе судебного заседания.
Выводы суда о возможности затянуть и приостановить работы на объекте со стороны ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 является необоснованными. Не препятствование работе по надуманным основаниям, это также законные действия (ну либо законное бездействие, если следствие оценивает это, как бездействие), то есть, по сути, ЛИЦО_2 получал денежные средства за законные действия и квалификация его действий не правильна. Обращает внимание на то, что ЛИЦО_2 в целом не мог препятствовать работе по надуманным основаниям (все акты о приостановке работ принимаются и подписываются комиссионно).
По мнению стороны защиты, вывод о наличии квалифицирующего признака, предусмотренного п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ, нельзя признать соответствующим требованиям законности, обоснованности и справедливости судебного решения.
В своей жалобе автор также приводит доводы относительно необоснованности квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, поскольку судами не установлено: когда именно ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 достигли договоренности; при каких обстоятельствах это произошло; в чем состояло содержание достигнутой договоренности; каким образом были распределены роли между предполагаемыми соучастниками; какие конкретно действия каждый из них должен был совершить в рамках единого преступного плана.
По версии обвинения, денежные средства передавались различными способами, в том числе через третьих лиц и посредством перечисления на различные банковские карты. Само по себе получение денежных средств различными лицами не свидетельствует о наличии предварительного преступного соглашения между ними.
Вывод о наличии предварительного сговора сделан исключительно на основании того обстоятельства, что ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 осуществляли строительный контроль на одном объекте.
Считает, что апелляционная инстанция, перечислив данные доводы стороны защиты, фактически ограничилась общим утверждением о том, что квалифицирующие признаки подтверждаются совокупностью исследованных доказательств.
Просит судебные решения отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.
В кассационной жалобе осужденный ЛИЦО_1 выражает несогласие с постановленными судебными решениями, в виду допущенных нарушений норм уголовного и уголовно – процессуальных законов, несоответствия выводов суда с фактическими обстоятельства дела, отсутствия надлежащего анализа представленных доказательств. В обоснование доводов ссылается на установленные обстоятельства дела указывает, что в обоснование своих выводов суд не привёл показания ключевых свидетелей защиты; не оценил доводы защиты; не сопоставил доказательства в их совокупности; воспроизвёл обвинительные формулировки без проверки. Также по мнению автора жалобы, суд не исследовал существенные обстоятельства и тем самым не проверил законность возбуждения дела по второму эпизоду; отсутствие полномочий у ЛИЦО_1 приостановить работы по выторфовке; наличие системных нарушений в работе ООО «Трубострой», исключающих элемент вымогательства.
Оспаривая квалификацию действий указывает, что обвинение не конкретизирует, в чём незаконность, сама формулировка: не препятствование работе по надуманным основаниям и своевременное подписание актов о приемке выполненных работ по форме КС-6 говорит о законности действий. «Своевременное подписание актов КС-6» — законное действие. В Актах КС-6 не предусмотрены подписи инженеров СК, акты КС-6 отсутствуют в материалах дела.
ЛИЦО_6 сам предложил «схему», тем самым угроз или давления не было. Суд фактически привел только противоречивые и не согласующиеся с другими доказательствами показания ФИО12 и ФИО9
Считает, что сумма, полученных от ФИО12 денежных средств на общую сумму 500 000 рублей, не нашла своего подтверждения в ходе судебного заседания. ФИО11 не мог указать сумму переданных ежемесячно денежных средств. Из его показаний следует, что он только допускает такой размер переданных денежных средств. Доводы суда о размере коммерческого подкупа со ссылкой на показания ЛИЦО_1, данные в ходе предварительного следствия о том, что всего он получил от ЛИЦО_6 денежные средства примерно за 7 месяцев в общей сложности 350000 рублей, считает необоснованными.
Вместе с тем, иных доказательств о передаче денежных средств в размере 178 000 рубели, кроме предположений ФИО12, в деле не имеется, доказательств в ходе следствия не добыто и не представлено. Исследованные материалы дела не содержат доказательств о наличии предварительного сговора на получение коммерческого подкупа, что ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 заранее договорились о совместном совершении преступления. В описательно-мотивировочной части приговора, кроме общей фразы «вступали предварительный сговор», действуя в группе лиц по предварительному сговору, совместно и согласно распределенным преступным ролям», не содержится конкретных обстоятельств о договоренности между ними, распределения ролей, согласованности действий. ЛИЦО_10 и ЛИЦО_1 работали в разных организациях, друг другу не подчинялись, у каждого была зона ответственности, не пересекающаяся с другими, денежные средства перечислялись ЛИЦО_1 отдельно на карту. Квалифицирующий признак «сопряженный с вымогательством предмета подкупа» и «совершены группой лиц по предварительному сговору» не нашли подтверждения в связи с чем его действия подлежат квалификации по ч. 6 ст. 204 УК РФ.
По эпизоду единоразовой выплаты он (ЛИЦО_1), как в ходе предварительного следствия, так и судебных заседаний давал последовательные показания о том, что контроль по выборке торфа он не только не осуществлял, но и не имел полномочий приостанавливать работу, нарушений при выторфовке не было. Определить на воде растекание торфа невозможно, как и определить на воде границы складирования нельзя. Определением глубины подводной траншеи и границы складирования торфа под водой могли определить только специалисты ООО «Подводсервис», которые при проведении подводных работ нарушений не выявили, оснований для приостановки этих работ не имелось.
О наличии денежных средств в размере 900 000 рулей и передачи их следует только из показаний ФИО27 знает об этом только со слов ФИО26 Судом не установлено, за совершение каких действий (бездействие) в интересах дающего передавались со слов ЛИЦО_7 денежные средства.
Обращает внимание, что из исследованных документов по сдаче работ по выторфовки грунта, показаний свидетеля ЛИЦО_8, каких-либо нарушений в части складирования торфа «Подводсервисом» не выявлялось, было одно замечание - глубина траншеи, которое ООО «Трубострой» устранило за один день, о чем было известно ЛИЦО_6 и ЛИЦО_7.
Считает необоснованными выводы суда о том, что ЛИЦО_2 и он (ЛИЦО_1) входили в состав комиссии и имели полномочия подписывать акты выполненных работ, имели возможности затянуть и приостановить работы на объекте, поэтому у руководства ООО «Трубострой» имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Суд делает противоречивые выводы, что заверения об отсутствии нарушений при выторфовке свидетельствуют о незаконности приостановки работ, которой они угрожали руководству ООО «Трубострой» со ссылкой, что для квалификации содеянного по п. «в» ч. 7 ст.204 УК РФ не имеет значения, была ли у лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, реальная возможность осуществить указанную угрозы, если у лица, передавшего предмет коммерческого подкупа, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Вместе с тем, отсутствие нарушений границ в складировании торфа со стороны ООО «Трубострой» исключает саму возможность со стороны заказчика инициирования приостановки работ для ООО «Трубострой» и основания приостановки.
Считает, что у ЛИЦО_6 и ЛИЦО_7 имелись основания для оговора из-за отказа в приемки щебня из-за несоответствия его проектных данных, что подтверждается показаниями самих подсудимых и свидетеля ЛИЦО_9. Считает, что по данному эпизоду отсутствует событие преступления, дело в этой части подлежит прекращению.
Автор подробно приводит самостоятельный анализ свидетелей и указывая на существенные противоречия, утверждает, что сумма в размере 500000 рублей не доказана. Кроме того, ни ФИО28 ее не подтвердили, а наоборот, изначально говорили о том, что это предположительная сумма. Считает, что обвинение построено на предположениях.
Указывает, что судом необоснованно был отклонен аргумент защиты о нарушении процедуры возбуждения уголовных дел, впоследствии соединенных в одно производство, при отсутствии одного из предусмотренных законом обязательных для этого оснований - заявления или согласия руководителя коммерческой организации.
Обращает внимание, что ранее не судим, имеет постоянное место работы в ООО «СЗ«ПМК-8» и постоянное место жительства. На иждивении содержит трех малолетних детей, а также родителей пенсионеров. Отец страдает различными заболеваниями, в том числе, раком гортани. Все необходимые подтверждающие документы суду предоставлены. Кроме того, он признался в совершенном преступлении и раскаивается в его совершении. Данные доводы формально перечислены судом первой инстанции, в том числе и в апелляционном определении, и фактически не учтены при вынесении приговора.
Просит судебные решения отменить, переквалифицировать его действия по первому эпизоду преступления с п. «а», «б», «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ на ч. 6 ст. 204 УК РФ, оправдать в совершении второго эпизода преступления, предусмотренного п. «а», «б», «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ. В случае непринятия судом кассационной инстанции доводов, изложенных в кассационной жалобе и пункте просительной части кассационной жалобы, просит судебные решения изменить, смягчить наказание, снизить размер назначенного штрафа до одного миллиона рублей.
В возражениях на кассационную жалобу заместитель прокурора Республики Татарстан ЛИЦО_3 просил кассационные жалобы адвоката Точилкиной Е.Х. и осужденного ЛИЦО_1 оставить без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб и кассационного представления, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, описательно-мотивировочная часть которого, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлениq, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.
Также обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, судом установлены.
Выводы суда о виновности ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в совершении действий, описанных в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются обоснованными, подтверждаются доказательствами, проверенными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре, а именно:
- показаниями осужденного ЛИЦО_1, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, в той части, в которой они не противоречат совокупности исследованных судом доказательств, согласно которым, в ходе строительства указанного объекта с его стороны и стороны подсудимого ЛИЦО_2 к качеству выполненных ООО «Трубострой» работ были замечания, и ФИО12 предлагал как-то наладить взаимодействие. Примерно в августе или сентябре 2019 года они с ЛИЦО_2 предложили указанную схему работы ФИО12, потребовав 100 000 рублей в месяц, т.е. по 50 000 рублей каждому. ФИО12 согласовал эту схему с руководством и согласился. После указанного разговора ФИО12 стал передавать им по 50 000 рублей ежемесячно, за то, что они своевременно визировали акты выполненных работ и по мере возможности закрывали глаза на мелкие нарушения, давали возможность исправить допущенные нарушения без приостановки работ. В случае неоднократных грубых нарушений ФИО12 не передавал ему денежные средства за той или иной месяц. Всего он получил от ЛИЦО_6 денежные средства примерно за 7 месяцев в общей сложности около 350 000 рублей. в декабре 2019 года ФИО12 перечислил ему на карту денежные средства в размере 100 000 рублей. Это было его вознаграждение за ноябрь и декабрь 2019 года. Со слов ФИО12 и ЛИЦО_2 ему известно, что ФИО12 также передавал ЛИЦО_2 ежемесячно 50 000 рублей;
- показаниями осужденного ЛИЦО_2, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, в той части, в которой они не противоречат совокупности исследованных судом доказательств, согласно которым, он передал ФИО12 просьбу ЛИЦО_1 о сумме примерно 900 000 рублей, затем получил от ЛИЦО_1 подтверждение о получении денег;
- показаниями свидетеля ФИО12 о том, что ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 осуществляли строительный контроль на объекте. Ежемесячно, чтобы ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 «закрывали глаза» на мелкие недочеты в их работе, вовремя подписывали документы, последние выдвинули требования об оплате им по 50 тысяч рублей каждому. Документы об остановке работы могли подписать, как ЛИЦО_10, так и ЛИЦО_1, а также они имели право выдавать акты предписания. Деньги ежемесячно он передавал ЛИЦО_11 и ЛИЦО_1 либо наличными, либо перечислением на карты иных лиц. Перед каждой передачей или перечислением на карту денежных средств в адрес ЛИЦО_5 и ЛИЦО_1, он по мобильному телефону обращался к собственнику ООО «Трубострой» ФИО9, который выделял данные деньги из личных средств. Процедура выдачи предупреждений/предписаний такова: сначала за выявленные ЛИЦО_12 или ЛИЦО_1 нарушения нормативных требований выписывается предупреждение, которое необходимо устранить в определенный срок (в основном до 10 дней), 5 дней давалось «на просрочку», если за это время нарушение не устранялось, то ими должно было выписываться предписание на остановку строительства, соответственно определенный вид работ приостанавливался до устранения нарушений. Передача денежных средств в вышеуказанной «схеме» продолжалась примерно до лета 2020 года. Таким образом, за период с осени 2019 года по лето 2020 года он ежемесячно передавал денежные средства ЛИЦО_11 и ЛИЦО_1. На сегодняшний день, рассчитав примерно, он допускает, что общая сумма переданных денежных средств ЛИЦО_11 и ЛИЦО_1 составляет около 500 000 рублей. Когда производились работы по выторфовке, то торф расплывался в воде, и ЛИЦО_10 с ЛИЦО_1 посчитали это экологическим нарушением. За это ЛИЦО_10 по телефону запросил деньги в районе 900 000 рублей. Данный разговор он передал своему начальнику ФИО9, который с данным требованием согласился, поскольку в случае невыполнения данного требования могла быть остановка работ по экологическому нарушению и штраф со стороны заказчика, а работы могли сдвинуться на следующий год. Деньги передавались ФИО9 в рабочем городке лично ЛИЦО_2, при этом присутствовали также он - ФИО12, и ЛИЦО_1 При проведении ими работ по выторфовке ЛИЦО_1 проверял геодезические работы, измерял глубину траншеи, проверял плановое расположение, где стояли эстакады, куда складировался торф. ЛИЦО_1 с ЛИЦО_12 выезжали на лодке и измеряли приборам торф, рейкой дно реки, фотографировали и делали это не раз во время процесса выторфовки;
показаниями свидетеля ФИО9 о том, что с ДД.ММ.ГГГГ г. до ДД.ММ.ГГГГ он через ФИО12 передавал ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 100 тысяч рублей ежемесячно. По окончании подводных работ их организация должны были сдать траншею после выторфовки. Выторфовку сделали нормально, но ЛИЦО_10 с ЛИЦО_1 по разным причинам не принимали у них траншею. По приезду на встречу с ними получил подтверждение требования 900 000 рублей за то, что они подпишут разрешение на окончание подводных траншейных работ. На следующий день он передал указанную сумму ЛИЦО_2 лично в руки. После передачи денег работа была принята. Данную сумму он передал вынужденно, в связи с тем, что промедление в работе было недопустимым, были бы сорваны сроки работ, за что предусмотрены большие штрафные санкции, что привело бы к банкротству его общества;
- показаниями свидетеля ФИО13, подтвердившего, что по просьбе ЛИЦО_2 он передал последнему реквизиты банковской карты его жены, на которые впоследствии поступали денежные средства, которые она перечисляла ему, а он в свою очередь – ЛИЦО_2;
- показаниями свидетеля ФИО14 о том, что ДД.ММ.ГГГГ к ним обратился ФИО11 с жалобой на действия ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 о систематических поборах. В ходе проведённой проверки было установлено, что они получали ежемесячно от ФИО9 через ФИО12 по 50 тысяч рублей каждый за лояльное отношение при строительстве, чтобы подписывались акты выполненных работ и не выставлялись нарушения по объекту строительства. Кроме того, за принятие работ по выторфовке ФИО11 заплатил им 900 тысяч рублей. Данная сумма должна была делиться на троих: ЛИЦО_2, ЛИЦО_1 и ФИО15;
- показаниями свидетелей ФИО16 и ФИО21 о том, что надзор за строительством осуществляли ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 Они подписывали акты выполненных работ, выносили акты- предупреждения и остановочные предписания, которые необходимо было устранять в определенные регламентом сроки (от 3 до 50 дней). В случае вынесения предписания (не предупреждения), строительство объекта должно приостанавливаться до устранения нарушений. Без подтвержденных объемов работ ЛИЦО_2, ЛИЦО_1 акты выполненных работ представителями заказчика не визируются;
- показаниями свидетеля ФИО17, согласно которым с лета <данные изъяты> года ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 принимали выполненные ООО «Трубострой» работы, без подписей ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в актах приемки работ, данные работы не принимались. Также ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 могли приостановить работы, выписать предписания и т.д. В <данные изъяты> года ООО «Трубострой» проводили работы по выборке торфа на указанном объекте. Будучи геодезистом, контроль за проведением работ по выборке торфа должен был осуществлять ЛИЦО_1 Кроме того, ЛИЦО_1 должен был осуществлять контроль за границами места отвала торфа, чтобы ООО «Трубострой» не нарушало данные границы;
- показаниями свидетеля ФИО18 о том, что примерно в середине <данные изъяты> года на её карту Сбербанка были зачислены денежные средства в сумме 150 000 рублей от незнакомого человека, о чём она сообщила супругу ФИО13, который попросил её перевести деньги на его карту. В конце <данные изъяты> года ей от того же человека поступило 50 000 рублей, которые она также перечислила супругу по его просьбе;
- а также письменными доказательствами в том числе, протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, распоряжениями, должностными инструкциями, приказами, а также иными доказательствами, отраженными в приговоре.
Судом обоснованно положены в основу приговора показания осужденных ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 данные ими на предварительном следствии, в той части, в которой они не противоречат совокупности исследованных судом доказательств, поскольку они были получены в соответствии с требованиями УПК, процессуальные права обвиняемым были разъяснены, допрос производился в присутствии адвоката, то есть в условиях, исключающих какое-либо воздействие на них, протоколы были подписаны адвокатами и осужденными без каких-либо замечаний.
Вопреки доводам жалобы показания свидетелей судом проверены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и обоснованно признаны достоверными, подтверждающими вину ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в совершенных преступлениях. Оснований не доверять показаниям указанных лиц у суда не имелось, поскольку их заинтересованности в исходе дела и причин для оговора осужденных, не установлено. Суд дал всем доказательствам надлежащую оценку, в том числе показаниям осужденных, вину в совершении преступлений не признавших, указав, почему принял одни доказательства и отверг другие.
Все представленные и исследованные доказательства суд, в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ, тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора.
Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу в части юридически значимых обстоятельств, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.
Доводы жалобы адвоката Точилкиной Е.Х. о ненадлежащем делегировании ЛИЦО_2 его полномочий и не ознакомлении его с должностной инструкцией, а также соответствующими приказами, являлись предметом проверки судов нижестоящих инстанций и обоснованно признаны несостоятельными. Как правильно указали суда, ЛИЦО_2 работал в ООО «Транснефть надзор» инженером, ведущим инженером по строительному контролю с 2013 года. Он выразил согласие на занятие данной должности, приступил к работе как должностное лицо, обладая определенным опытом и знаниями, осуществлял свои должностные обязанности. Об этом свидетельствует установленный факт того, в процессе работы на данном объекте им неоднократно составлялись акты-предупреждения, после устранения недостатков он заверял форму устранения замечаний, также выписывались акты предписания.
ЛИЦО_13, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации ни судом первой, ни судом второй инстанций установлено не было.
Совокупность всесторонне исследованных доказательств по делу позволила суду правильно установить фактические обстоятельства дела и постановить обвинительный приговор в отношении ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, допущено не было.
Доводы жалобы о несогласии с оценкой доказательств по делу, данной судом, не свидетельствуют о наличии нарушений закона, которые могут повлечь отмену судебных решений, и направлены на переоценку доказательств, исследованных судом по правилам ст. ст. 87, 88 УПК РФ. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и в силу ст. 401.15 УПК РФ не является основанием для отмены или изменения приговора.
Вопреки доводам жалобы, квалификация действий осуждённых ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 по «а, б, в, г» ч.7 ст. 204 УК РФ (2 преступления), является правильной и надлежащим образом судом мотивирована. Оснований для иной квалификации их действий, судебная коллегия не усматривает.
Доводы стороны защиты о том, что акты выполненных работ подписываются комиссионно, поэтому единолично ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 не могли приостановить работы, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно признаны несостоятельными. Как следует из показаний свидетелей ФИО16, ФИО21, ФИО17, осужденные ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 изначально проверяли и подтверждали своими подписями объемы выполненных работ, указанных в актах, без подтверждения ими объемов выполненных работ акты выполненных работ представителями заказчика не визировались.
Поскольку осужденные ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 входили в состав комиссии и имели полномочия подписывать акты выполненных работ, они имели возможность затянуть и приостановить работы на объекте, поэтому у руководства ООО «Трубострой» имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Как правильно указал суд апелляционной инстанции, представленные стороной защиты доказательства не свидетельствуют об отсутствии у них такой возможности. Их заверения об отсутствии нарушений при выторфовке свидетельствуют о незаконности приостановки работ, которой они угрожали руководству ООО «Трубострой». Для квалификации содеянного по пункту "б" части 7 статьи 204 УК РФ не имеет значения, была ли у лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего предмет коммерческого подкупа, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" п. 18)
Доводы жалобы ЛИЦО_1 о том, что контроль по выборке торфа он не осуществлял и не имел полномочий приостанавливать работу, опровергаются показаниями самого осужденного ЛИЦО_1 о том, что в случае обнаружения организацией «Волжский подводник» замечаний по траншее, инициатором предупреждения был бы он, а также он бы выдавал предписание. Также свидетель ФИО19 показал, что при осуществлении работы по выторфовке ЛИЦО_1 подписывал акт, составленный «Транснефть - Подводсервис» и подтверждал факт проведения замеров. Из показаний свидетеля ФИО20 следует, что при осуществлении ими промеров дна реки, ЛИЦО_1 проверил наличие их укомплектованности, выдал им акт-допуск на проведение работ по замеру глубин и наблюдал за их действиями с берега. После дачи заключения о соответствии, он изготовил соответствующий акт, который подписали все члены. Свидетель ФИО21 показал, что в ходе работ по выборке торфа ЛИЦО_1, как геодезист совместно с контролирующей организацией «Подводсервис» подписывал документы по траншеям подвода.
Доводы жалобы адвоката Точилкиной Е.Х. о том, что ЛИЦО_2 не осуществлял контроль за выборкой торфа, поэтому не мог приостановить работы, кроме того, он отсутствовал на объекте в период работ по выторфовке и к денежным средствам в размере 900000 рублей он никакого отношения не имеет, суды обоснованно признали несостоятельными, поскольку они опровергаются информацией о телефонных соединениях, а также показаниями свидетеля ФИО12, согласно которым, при проведении ими работ по выторфовке ЛИЦО_1 проверял геодезические работы, измерял глубину траншеи, проверял плановое расположение, где стояли эстакады, куда складировался торф. Когда торф растекался, и это было видно па поверхности воды, ЛИЦО_1 с ЛИЦО_12 выезжали на лодке с приборами, измеряли и фотографировали, и делали это не раз во время процесса выторфовки. Данные показания он давал дважды в судебных заседаниях, при этом, был предупреждён об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Кроме того, из показания свидетелей ФИО22, ФИО9 следует, что ЛИЦО_4 денежные средства в размере 900000 рублей получил лично из рук в руки от ФИО9 Оснований ставить данные показания под сомнения не имеется. Кроме того, о сумме в 900000 рублей указывал в своих показаниях в ходе предварительного следствия и сам ЛИЦО_2 Только он указывал, что деньги предназначались для ЛИЦО_1
По мнению судебной коллегии, также нашел свое подтверждение и квалифицирующий признак коммерческого подкупа – «сопряженное с вымогательством.
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 24 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" указывает, что под вымогательством предмета коммерческого подкупа следует понимать не только требование должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, передать незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, но и заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов.
При этом для квалификации содеянного по пункту "б" части 7 статьи 204 УК РФ не имеет значения, была ли у должностного лица либо у лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку или предмет коммерческого подкупа, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.
Как верно указали суды, ФИО12 и ФИО11 согласились на требование ЛИЦО_2 передавать ему денежные средства, реально опасаясь, что осужденные, используя должностные полномочия, повлияют на проведение работ, были бы сорваны сроки работ, за что предусмотрены большие штрафные санкции, в результате чего ООО "Трубостой" понесло бы серьезные финансовые убытки и это привело бы к банкротству организации.
Доводы стороны защиты об отсутствии сговора между осужденными, так как они работали в разных организациях, друг другу не подчинялись, у каждого была своя зона ответственности, не пересекающаяся с другими, о том, что ЛИЦО_2 заранее, до совершения преступлений, не вступал в предварительный сговор с ЛИЦО_1, а потому их действия нельзя квалифицировать, как совершенные в составе группы лиц по предварительному сговору, были предметом проверки суда апелляционной инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку судом установлено, что осужденные оба осуществляли строительный контроль на данном объекте от ООО «Транснефть-Надзор», ЛИЦО_1 работал в ООО «УралКонтрольСервис», с которым АО «Транснефть - Прикамье» в лице ООО «Транснефть-Надзор» заключен договор на осуществление строительного контроля. Распоряжения о закреплении обязанностей на данном строительном объекте в отношении обоих осужденных вынесены ООО «Транснефть-Надзор».
Другие доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, в своей совокупности не свидетельствуют о наличии сомнений в законности и обоснованности обжалуемых судебных актов, поскольку не содержат данных о существенных нарушениях уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела и подлежащих устранению судом кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.
Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.
Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона и права на защиту, повлиявших на исход дела, при проведении судебного разбирательства судом первой и апелляционной инстанции не установлено.
Вопреки доводам жалоб о нарушении процедуры возбуждения уголовных дел, впоследствии соединенных в одно производство, при отсутствии одного из предусмотренных законом обязательных для этого оснований - заявления или согласия руководителя коммерческой организации, суды обоснованно признали несостоятельными. Так, согласно материалам дела, ДД.ММ.ГГГГ заместитель директора ООО «Трубострой» ФИО12 обратился в УЭБиПК МВД по РТ с заявлением по факту получения незаконных вознаграждений должностными лицами ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 Следователем приняты решения о возбуждении уголовных дел в отношении ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 по признакам преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 7 статьи 204 УК РФ, затем уголовные дела соединены в одно производство. Выявление отдельных преступлений осуществлялось в рамках рассмотрения данного заявления потерпевшего.
При назначении ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 наказания соблюдены требования ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные, характеризующие личности осужденных, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд учел положительные характеристики, состояние здоровья и материальное положение подсудимых и их близких родственников, наличие на их иждивении несовершеннолетних и малолетних детей, частичное признание вины по первому эпизоду.
Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом, которые могли бы повлиять на размер назначенного наказания и не были учтены судами, из материалов дела не усматривается.
Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ обоснованно судом не установлено.
По своему виду и размеру назначенное ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1, наказание является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает задачам исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.
Вместе с тем, соглашаясь с доводами кассационного представления, судебная коллегия приходит к выводу о наличии допущенных судом существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела и искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, которые выразились в неразрешении вопроса о конфискации полученных осужденными в качестве коммерческого подкупа денежных средств.
Так, согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.
В соответствии с п.«а» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора, в том числе, денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных, помимо прочего, чч.5-8 ст.204 УК РФ.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.3(3) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», конфискация имущества, подлежит обязательному применению при наличии оснований и соблюдении условий, предусмотренных нормами главы 15.1 УК РФ.
Судом установлено, что ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в результате совершения двух преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б», «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ, получили в качестве предмета коммерческого подкупа денежные средства в общей сложности в размере 1 400000 рублей.
Однако суд от обсуждения вопроса о конфискации указанных денежных средств уклонился, не применил положения ст.104.1 УК РФ без указания мотивов подобного решения.
Изложенное позволяет судебной коллегии прийти к выводу о необходимости отмены приговора в части неразрешения вопроса о конфискации денежных средств, полученных осужденными ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в результате совершения двух преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б», «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ, и направлении материалов дела в указанной части на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст.ст.397, 399 УПК РФ
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 401.13-401.16 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Алексеевского районного суда Республики Татарстан от 03 марта 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 27 января 2026 г в отношении ЛИЦО_2, ЛИЦО_1 в части неразрешения вопроса о конфискации денежных средств, полученных осужденными ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в результате совершения двух преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,в,г» ч.7 ст.204 УК РФ, отменить, передать материалы дела в данной части на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст. ст. 397, 399 УПК РФ, в тот же суд в ином составе суда.
В остальной части судебные решения оставить без изменения.
Определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ.
Председательствующий:
Судьи: