№ 77- 2830/2026
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Москва 25 сентября 2026 года
Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего судьи Паукова И.В.,
судей Каблова А.М. и Замазкина А.В.,
при ведении протокола помощником судьи Курлаевым М.А.,
с участием:
прокурора отдела Генеральной прокуратуры РФ ЛИЦО_3,
осуждённой ЛИЦО_1 по системе видеоконференц-связи,
её защитников – адвокатов Касевича А.В., Морозова Б.М.,
осуждённого ЛИЦО_2 по системе видеоконференц-связи,
его защитника – адвоката Мурадяна А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам адвоката Касевича А.В. в защиту осуждённой ЛИЦО_1 и адвоката Азимова В.В. в защиту осуждённого ЛИЦО_2 на приговор Хорошевского районного суда города Москвы от 27 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 16 декабря 2025 года в отношении ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2.
Заслушав доклад судьи Замазкина А.В., выступления осуждённого
ЛИЦО_2, заявившего о частичном признании виновности и его защитника – адвоката Азимова В.В., осуждённой ЛИЦО_1, заявившей о полном признании виновности, и её защитников – адвокатов Касевича А.В., Морозова Б.М., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Василькова А.В. об изменении судебных решений по вопросу юридической квалификации и наказания в отношении осуждённого ЛИЦО_2, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
по приговору Хорошевского районного суда города Москвы от 27 июня 2025 года
ЛИЦО_1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес> УССР, несудимая,
осуждена по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет в исправительной колонии общего режима;
ЛИЦО_2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>,
осуждённый 25 декабря 2023 года приговором Тушинского районного суда города Москвы по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима (приговор вступил в законную силу 17 марта 2025 года,
осуждён к наказанию в виде лишения свободы:
- по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по имуществу на сумму 8 287 770 рублей 26 копеек) на срок 8 лет;
- по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по имуществу на сумму 4 034 400 рублей 00 копеек) на срок 8 лет;
- по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ на срок 6 лет;
- по ч. 2 ст. 159 УК РФ на срок 2 года;
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет;
на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения наказаний по данному приговору и по приговору Тушинского районного суда города Москвы от 25 декабря 2023 года, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет в исправительной колонии строгого режима;
мера пресечения ЛИЦО_1 до вступления приговора в законную силу изменена с домашнего ареста на заключение под стражу, взята под стражу в зале суда;
мера пресечения в виде заключения под стражу ЛИЦО_2 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу;
срок отбывания наказания осужденным ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу;
на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ ЛИЦО_1 в срок лишения свободы зачтено время её содержания под стражей в период задержания с
25 октября 2023 года по 27 октября 2023 года, а также с 27 июня 2025 года и до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;
на основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ ЛИЦО_1 в срок лишения свободы зачтено время её нахождения под домашним арестом с 28 октября 2023 года по 26 июня 2025 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;
ЛИЦО_2 в срок наказания зачтено отбытое наказание по приговору от 25 декабря 2023 года Тушинского районного суда г. Москвы, а именно период его содержания под стражей с 20 октября 2021 года по 13 октября 2022 года из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы;
ему же зачтено в срок наказания отбытое наказание по приговору от
25 декабря 2023 года Тушинского районного суда г. Москвы, а именно время его нахождения под домашним арестом в период с 14 октября 2022 года по
24 октября 2023 года из расчёта два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы;
на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ ЛИЦО_2 зачтено в срок лишения свободы время его содержания под стражей с 25 октября 2023 года и до дня вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;
гражданский иск потерпевшей ФИО3 удовлетворён частично; постановлено взыскать с осуждённой ЛИЦО_1 в пользу потерпевшей ФИО3 в счет возмещения морального вреда, причинённого преступлением, 200 000 рублей; постановлено взыскать с осуждённого ЛИЦО_2 в пользу потерпевшей ФИО3 в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, 250 000 рублей;
гражданский иск потерпевшей ФИО3 в части требований о возвращении квартиры, расположенной по адресу: <адрес> транспортного средства марки «Мерседес Бенц», 2021 года выпуска, оставлен без рассмотрения по существу; разъяснено потерпевшей о необходимости обращаться с данными исковыми требованиями в порядке гражданского судопроизводства;
разрешены вопросы о судьбе арестованного имущества и вещественных доказательствах.
Приговором ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2 признаны виновными в совершении вымогательства, то есть требования передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, в целях получения имущества в особо крупном размере (на сумму 8 287 770 рублей 26 копеек).
Кроме того, ЛИЦО_2 признан виновным в совершении вымогательства, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, в целях получения имущества в особо крупном размере (на сумму 4034 400 рублей).
Он же признан виновным в совершении грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере (на сумму 4034 400 рублей).
Он же признан виновным в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путём обмана, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 16 декабря 2025 года приговор оставлен без изменения.
В кассационной жалобе адвокат Касевич А.В., действуя в защиту осуждённой ЛИЦО_1, выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, считает их незаконными, необоснованными и несправедливыми.
В доводах указывает, что обжалуемый приговор в нарушение ч. 4 ст. 14 УПК РФ основан на предположениях; в нарушение п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55, в описательно-мотивировочной части приговора суд не дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам; при этом не проверил все имеющиеся в материалах дела показания ЛИЦО_1 и не оценил их достоверность; не сопоставил ее показания с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами.
Отмечает, что суд положил в основу приговора лишь показания ЛИЦО_1, данные ею на предварительном следствии, однако они свидетельствуют о её самоуправных действиях (ст. 330 УК РФ), а не вымогательстве (ст. 163 УК РФ).
Считает, что суд не раскрыл содержание показаний осуждённых, данных ими в ходе судебного следствия.
По его мнению, ни один из свидетелей не подтвердил факт наличия в действиях его подзащитной вымогательства, при этом показания свидетеля ФИО13 полностью подтверждают показания ЛИЦО_1, включая тот факт, что квартира потерпевшей (по адресу: <адрес>) была приобретена на средства семьи ЛИЦО_7.
Обращает внимание, что суд, отвергнув показания свидетеля ФИО14, вступил в противоречие с собственной позицией, так как ранее в описательно-мотивировочной части приговора суд изложил показания свидетеля ФИО13 в качестве доказательства, подтверждающего обвинение, при этом их показания тождественны.
Утверждение суда о том, что потерпевшая ранее подсудимых не знала, прямо противоречит фактическим обстоятельствам дела.
Мотивируя несостоятельность доводов стороны защиты о квалификации действий ЛИЦО_1 как самоуправства, суд указал, что каких-либо законных прав на квартиру ФИО3 у ЛИЦО_1 не имелось, однако, отмечает, что правовая природа самоуправства как раз и заключается в том, что действия виновного носят самовольный, вопреки установленному законом порядку, характер.
Ссылаясь на п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29, указывает, что, исходя из совокупности приведённых в приговоре доказательств, включая показания подсудимых, предполагаемое право ЛИЦО_1 на спорное имущество сомнений не вызывает. Полагает, что приведённые в приговоре доказательства не опровергают последовательную позицию ЛИЦО_1 о том, что она обоснованно полагала о наличии у нее права на вышеуказанную квартиру.
Не согласен также с назначенным его подзащитной наказанием, поскольку в приговоре не указано ни одного мотива, по которым суд пришёл к выводу об отсутствии оснований для назначения ей наказания ниже низшего предела (ст. 64 УК РФ), предусмотренного уголовным законом за данное преступление.
Считает, что суд незаконно не применил в отношении неё положения
ст. 82 УК РФ, учитывая личность ЛИЦО_1, в том числе то, что она является гражданкой РФ, зарегистрирована и постоянно проживает в г. Москве, имеет высшее образование, ранее не судима, к уголовной и административной ответственности ранее не привлекалась, является адвокатом адвокатской палаты Московской области, по месту работы и месту жительства характеризуется положительно, является многодетной матерью, имеет на иждивении одного малолетнего и одного несовершеннолетнего ребёнка, которых вынуждена содержать самостоятельно.
По мнению автора жалобы, суд апелляционной инстанции необоснованно не устранил данные нарушения закона, рассмотрев формально уголовное дело.
Просит апелляционное определение отменить и передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение.
В дополнении к кассационной жалобе, со ссылками на правовые позиции Верховного Суда РФ, отмечает, что существенно изменились обстоятельства в семье осуждённой. 15 сентября 2026 года отец ФИО25 ФИО28 ИН. осуждён приговором 235 гарнизонного военного суда к лишения свободы на срок 8 лет. Бабушки и дедушка ребёнка поживают за пределами РФ. ЛИЦО_1 не уклонялась от выполнения родительских обязанностей. Адвокат полагает её образцовой матерью, её дети хорошо воспитаны. ЛИЦО_1 готова вернуть спорную квартиру потерпевшей. Просит о применении положений ст. 82 УК РФ.
В кассационной жалобе адвокат Азимов В.В., действуя в защиту осуждённого ЛИЦО_2, выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, считая их незаконными. В доводах, ссылаясь на положения ст. 242 УПК РФ, указывает, что судебное заседание 26 ноября
2024 года было проведено не судьёй Зиняковым Д.Н., в производстве которого находилось уголовное дело, а другим судьёй того же суда, при том, что судья Зиняков Д.Н. не был лишён возможности продолжать участие в деле, поскольку он был лишь временно занят в другом процессе и оснований для замены судьи не имелось. При этом судебное разбирательство не было начато сначала, судья Зиняков Д.Н. вновь занял место председательствующего и продолжил ранее начатое им судебное следствие.
Отмечает, что судебные заседания по данному делу неоднократно откладывались, однако судья ни разу не принимал решения о возобновлении судебного разбирательства, каждое заседание начиналось заново – с открытия судебного заседания, объявления состава суда, разъяснения прав, выяснения наличия ходатайств. Указанное, по его мнению, привело к тому, что доказательства, исследованные в одних заседаниях, в последующих не оглашались и не исследовались; заседание от 26 июня 2025 года, которым окончено разбирательство, было фактически начато заново, в нем заслушаны лишь прения сторон и последнее слово подсудимых.
Кроме того, указывает, что по настоящему делу аудиозапись хода судебного разбирательства имеется не в полном объёме, что лишает вышестоящий суд возможности проверить достоверность письменного протокола.
Обращает внимание, что описание деяний и доказательства приведены в отношении ЛИЦО_2 и установленного лица в совокупности, без выделения конкретных действий, образующих объективную сторону каждого из четырёх вменённых составов, без их индивидуальной оценки применительно к каждому подсудимому и по каждому обвинению; без раздельного установления конкретных действий по каждому обвинению невозможно проверить правильность квалификации и обоснованность осуждения. Это лишило осуждённого возможности знать, на основании каких именно доказательств он признан виновным по каждому преступлению, ограничило право на защиту и доступ к правосудию.
По его мнению, в отношении одного и того же имущества - автомобиля «Мерседес-Бенц» GLC 220 (стоимостью 4 034 400 руб.) ЛИЦО_2 незаконно, вопреки п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской федерации от 11 декабря 2015 года № 56, вменены одновременно вымогательство (п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ) и грабёж (п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ), так как все вменённые требования были обращены к одному потерпевшему - ФИО3, в один непродолжительный период (май 2023 года), в составе одной и той же группы лиц, охватывались единым умыслом и единой целью - возвратом в пользу семьи ФИО28 имущества, приобретённого, как утверждает сторона защиты, на средства этой семьи.
Утверждает что указанная квартира и автомобиль «Мерседес-Бенц», юридически оформленные на ФИО3, фактически приобретены на денежные средства ФИО13 и. ЛИЦО_1, которые, будучи в разводе, продолжали вести общее хозяйство, первоначальный взнос за квартиру внесён за счёт средств от продажи принадлежавшего семье автомобиля.
Ссылаясь на п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
17 декабря 2015 года № 56, считает, что действия его подзащитного подлежали квалификации как самоуправство.
Кроме того, отмечает, что по факту мошенничества судом не установлено, что именно его подзащитный высказывал ФИО3 угрозы, применял к ней насилие либо пытался завладеть принадлежащим ей имуществом. Как на предварительном следствии, так и в судебном заседании потерпевшая показывала, что мобильные телефоны, планшет, наушники и ноутбук (на общую сумму 164 914 руб. 50 коп.) у неё забрал ФИО17, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство.
Считает, что суд оставил без оценки заключение специалиста от 14 марта 2025 года, ставящее под сомнение достоверность протокола допроса
ФИО17 в качестве обвиняемого от 20 августа 2024 года.
Вместе с тем, удовлетворяя иск, суд не установил и не указал, на какие именно нематериальные блага потерпевшей посягнул ЛИЦО_2, в чём выразились причинённые ей нравственные или физические страдания, ограничившись ссылкой на ст. 151, 1099-1101 ГК РФ.
Считает, что зачёт в срок наказания ЛИЦО_2 отбытого наказания по приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 25 декабря 2023 года по делу № 1-516/2023 (период содержания под стражей и нахождения под домашним арестом) подлежал разрешению в порядке п. 11 ст. 397, ст. 399 УПК РФ.
Просит судебные решения отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
В возражениях на кассационную жалобу адвоката Касевича А.В. в интересах осуждённой ЛИЦО_1 государственный обвинитель
ЛИЦО_4 и представитель потерпевшей ЛИЦО_5 – адвокат Сарычева Е.В., опровергая доводы жалобы, указывают на законность, обоснованность и справедливость судебных решений; просят их оставить без изменений, кассационную жалобу защитника - без удовлетворения.
В возражениях на кассационную жалобу адвоката Азимова В.В. в интересах осуждённого ЛИЦО_2 представитель потерпевшей ФИО3 – адвокат Сарычева Е.В., опровергая доводы жалобы, указывает на законность, обоснованность и справедливость судебных решений в отношении ЛИЦО_2; просит их оставить без изменений, кассационную жалобу защитника - без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб, возражения прокурора и представителя потерпевшей, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.
Судебное разбирательство в обеих нижестоящих инстанциях по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона при соблюдении состязательности и равноправия сторон.
Не предоставляя какой-либо из процессуальных сторон преимущества, суды создали необходимые условия для исполнения обвинением и защитой процессуальных обязанностей и осуществления прав. Представленные доказательства исследованы по инициативе сторон.
Право осуждённых на защиту соблюдалось.
Нет оснований согласиться с доводами стороны защиты о нарушении принципа неизменности состава суда.
Рассмотрение уголовного дела по существу осуществлено под председательством судьи Зинякова Д.Н., отложение одного судебного заседания иным судьёй не свидетельствует о нарушении указанного принципа судопроизводства, поскольку каких-либо значимых процессуальных действий иным судьёй по делу не осуществлялось, доказательства не исследовались и ходатайства по существу дела не разрешались.
Отложение судебных заседаний и повторное разъяснение судьёй после таких отложений состава суда, прав отвода, выяснение наличия ходатайств, не свидетельствует о нарушении принципа непрерывности судебного процесса, вопреки доводам кассационной жалобы адвоката Азимова В.В., а дополнительно гарантирует реализацию прав участников уголовного судопроизводства, что соответствует руководящей роли председательствующего, обеспечивающего участникам надлежащие условия судебного разбирательства. Вместе с тем, вопреки кассационным доводам, после отложения судебных заседаний процессуальным законом не предусмотрено повторное исследование раннее исследованных доказательств.
Для разрешения вопроса об оценке протокола допроса, вопреки доводам кассационной жалобы адвоката Азимова В.В., не требуется специальных познаний и разъяснений, правильность оформления протокола и наличие в нем реквизитов могут быть установлены судом самостоятельно путём прямого обозрения.
Протокол судебного заседания составлен в полном объёме, именно он в силу положений ст. 259 УПК РФ является документом, подтверждающим ход и содержание судебного разбирательства. С учётом этого, отсутствие части аудиозаписи судебного заседания, на что обращено внимание адвокатом Азимовым В.В., существенным нарушением процессуального закона не является.
Обвинительный приговор в отношении ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 в целом соответствует требованиям ст. ст. 303 - 304, 307 - 309 УПК РФ. В нём указаны обстоятельства преступных действий, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осуждённых, преимущественно правильно мотивированы выводы относительно квалификации их действий и назначенного наказания.
Показания осуждённого ЛИЦО_2 о том, что он противоправных действий относительно потерпевшей не совершал, угроз не высказывал, имущество не изымал; позиция ЛИЦО_1 о том, что она хотела вернуть квартиру, которая должна была принадлежать ей на законных основаниях, судами обеих инстанций проверены и обоснованно отвергнуты, как противоречащие совокупности приведённых в приговоре доказательств.
Выводы суда о виновности осуждённых ЛИЦО_1 и
ЛИЦО_2 в совершении преступлений, за которые они осуждены, подтверждаются: подробными показаниями потерпевшей ФИО3 об обстоятельствах совершённых в отношении неё и её имущества преступлений, протоколами следственных и процессуальных действий, в ходе которых изъято похищенное, согласующимися с показаниями потерпевшей, а также показаниями самой осуждённой ЛИЦО_1, показаниями свидетелей ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, пояснивших об обстоятельствах противоправных действий со стороны осуждённых ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2
Оснований сомневаться в выводах суда по фактическим обстоятельствам уголовного дела не имеется, поскольку указанные доказательства, вопреки доводам жалоб, не содержат существенных противоречий относительно совершенных ЛИЦО_1, ЛИЦО_2 и иным лицом преступлений, согласуются между собой и с другими объективными доказательствами, имеющимися по делу.
Сведений о том, что потерпевшая и свидетели обвинения оговорили осуждённых и дали против них не соответствующие действительности показания, вопреки доводам жалоб, по делу не имеется, в связи с чем, суд обоснованно признал их достоверными и положил в основу приговора.
Все собранные по делу доказательства были оценены судом в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности правильно признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу.
Как следует из протокола судебного заседания, доказательства, положенные в основу приговора, были исследованы в суде первой инстанции по настоящему уголовному делу.
Доводы кассационных жалоб, в которых в обоснование несогласия с принятыми решениями приводится собственная оценка доказательств, не могут быть приняты во внимание при пересмотре судебных решений в порядке гл. 47.1 УПК РФ, поскольку в силу закона суд кассационной инстанции не исследует фактические обстоятельства и не переоценивает положенные в основу приговора доказательства, в связи с чем исходит из признанных установленными судом первой инстанции фактических обстоятельств дела, проверяя в процессе кассационного производства только правильность применения нижестоящими судебными инстанциями норм материального и процессуального законов.
Тот факт, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией авторов кассационных жалоб, не свидетельствует о нарушении судами требований ст. 88 УПК РФ, и не является основанием для отмены состоявшихся по делу судебных решений.
На основании совокупности доказательств судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и верно квалифицированы действия
ЛИЦО_1 по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ; действия ЛИЦО_2 по
п. «б» ч. 3 ст. 163, п. «б» ч. 3 ст. 163, ч. 2 ст. 159 УК РФ.
Судом доказано, что при совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 163 УК РФ, осуждённые ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1 действовали согласованно, с единым умыслом, согласно предварительно распределённых ролей. При этом ЛИЦО_1 постоянно отслеживала и контролировала процесс совершения преступления, прибыла в квартиру, где находилась потерпевшая, осознавая, что та находится под воздействием угроз в её адрес от соисполнителей преступления, применения насилия, также требовала от потерпевшей передачи прав на квартиру.
С учётом фактических действий соучастников их согласованности, характера и способа высказанных угроз, потерпевшая обоснованно воспринимала их как явные наличные и непосредственные, имея основания опасаться их реализации.
Судами нижестоящих инстанций верно отмечено, что ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2 не обладали наличными, предполагаемыми или гипотетическими вещными или обязательственными правами в отношении того имущества, которое вымогалось, а следовательно оснований для переквалификации действий осуждённых на ст. 330 УК РФ у судов не имелось. С этим судебная коллегия кассационной инстанции согласна. Бытовое восприятие ЛИЦО_1 недвижимого имущества потерпевшей, как причитающегося ей (ЛИЦО_1), не основано на законе.
Суд также правильно квалифицировал действия ЛИЦО_2 по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ относительно автомобиля и прав на него. ЛИЦО_2 совместно с соучастником, по договорённости до совершения преступления, требовали от потерпевшей передачи автомобиля, при этом угрожая потерпевшей применением насилия.
Оснований для объединения данных преступлений и квалификации их как единого, исходя из фактических обстоятельств, установленных по делу, нет.
ЛИЦО_2 совершено мошенничество, поскольку он совместно с соучастником, предварительно договорившись, обманывал потерпевшую, убеждая её в наличии несуществующих обстоятельств и необходимости передать её имущество в целях приобщения к уголовному делу. Под влиянием обмана, потерпевшая передала технические устройства связи и коммуникации, установленной стоимости, чем ей был причинён ущерб, значительность которого установлена в соответствии с фактическими обстоятельствами по делу и примечанием 2 к ст. 158 УК РФ.
Вместе с тем, заслуживают внимания кассационные доводы о необоснованной, двойной квалификации одних и тех же преступных действий.
Как установлено по делу, в отношении одного и того же имущества — автомобиля «Мерседес-Бенц» GLC 220 стоимостью 4 034 400 рублей ЛИЦО_2 вменены одновременно вымогательство (п. 3 ст. 163 УК РФ) и грабёж (п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ).
Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, отражённым в постановлении его Пленума от 17 декабря 2015 года № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (ст. 163 Уголовного кодекса Российской Федерации)» (п.10) при грабеже и разбое насилие является средством завладения имуществом или его удержания. Между тем, при вымогательстве оно подкрепляет угрозу; при вымогательстве умысел направлен на получение требуемого имущества в будущем.
Дополнительная квалификация действий, как грабёж допустима лишь при наличии реальной совокупности преступлений, при том, что в настоящем случае, исходя из предмета преступления и обстоятельств реализации объективной стороны, таковой здесь нет.
По делу установлено, что осуждённый, выдвинув требование и вымогая определённое имущество его же и забрал.
По настоящему уголовному делу и вымогательство и грабёж вменены в отношении одного автомобиля «Мерседес-Бенц» GLC. В приговоре при этом отмечено, что переход права на автомобиль осуществлён по причине принуждения потерпевшей к подписанию договора купли-продажи, путём получения права на имущество, что полностью охватывается диспозитивными признаками ст. 163 УК РФ.
С учётом юридической конструкции состава вымогательства, как формального, когда преступление окончено в тот момент, когда виновный довёл до сведения потерпевшего незаконное требование (о передаче имущества, права на него), подкреплённое соответствующей угрозой, не имеет значения, успел ли потерпевший что-то передать или нет, таким образом последующие действия по передаче данного имущества иного преступления против собственности не образуют. В противном случае нарушается общий принцип уголовной ответственности, предусмотренный ч. 2 ст. 6 УК РФ, согласно которой никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же.
Неправильное применение уголовного закона повлияло на квалификацию содеянного, и не было устранено судом апелляционной инстанции, что является основанием, установленным ст. 401.15 УПК РФ, для изменения судебных решений и исключению осуждения ЛИЦО_2 п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ как излишне вмененного.
Ревизируя судебные акты на предмет законности и справедливости назначенного наказания, в том числе по доводам, приведённым в кассационных жалобах, судебная коллегия отмечает следующее.
При назначении наказания обоим осуждённым суды учли требования ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, характер и степени общественной опасности совершённых преступлений, данные об их личностях, подробно и полно исследованных в судебном заседании и приведённых в судебных актах, влияния назначенного наказания на исправление осуждённых и условия жизни их семей семьи.
Суд учёл все характеризующие ЛИЦО_2 и ЛИЦО_1, сведения.
Судом в полном объёме приняты при разрешении вопроса о назначении наказания смягчающие его обстоятельства в отношении каждого из осуждённых.
Признание таковыми не только указанных в обязательном перечне (ч. 1 ст. 61 УК РФ), но и по усмотрению суда (часть 2 ст. 61 УК РФ), свидетельствует о том, что смягчающие наказание обстоятельства учтены судом не формально, но по существу.
Учёт смягчающих наказание обстоятельств, их правильная оценка судебной коллегией в апелляционном порядке, свидетельствуют об отсутствии оснований считать кассационные доводы о чрезмерной суровости назначенного наказания, заслуживающими внимания, без учёта необходимости уменьшения объёма юридической квалификации обвинения ЛИЦО_2
Установленные фактические обстоятельства совершения преступлений не давали оснований суду для смягчения категории их тяжести в порядке, предусмотренном положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ.
Особая уголовно-правовая защита права собственности, которая прослеживается, исходя, в том числе, и из положений санкции ст. ст. 159, 163 УК РФ, привела суды первой и апелляционной инстанций к правильному выводу о том, что только наказание в виде реального лишения свободы, с максимальными ограничениями личных прав для гражданина для каждого из осуждённых достигнет целей его назначения, указанных в ст. 43 УК РФ: восстановления социальной справедливости, общественных отношений в сфере защиты права собственности, а также исправления осуждённых и предупреждения совершения новых преступлений.
Оснований для исполнения назначенного наказания в порядке ст. 73 УК РФ, по изложенным причинам, у нижестоящих судов не имелось.
Объективно оценив обстоятельства, характеризующие как степень общественной опасности совершенных преступлений, так и личности осуждённых, суды первой и второй инстанций правильно не усмотрели оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении наказания.
Вопросы гражданского иска потерпевшей, вопреки кассационным доводам, разрешены надлежаще.
В части взыскания морального вреда, надлежит отметить, что вымогательство сопряжено с понуждением потерпевшего к действиям в пользу вымогателя, в том числе с использованием методов психического воздействия и давления, что в свою очередь причиняет нравственные страдания.
Дифференцируя в совокупности обстоятельства совершения преступления и причинённые страдания потерпевшей суд, следуя требованиям закона, принял во внимание данные обстоятельства и степень вины осуждённых.
С учётом того, что правовая категория морального вреда в части установления соответствия денежного эквивалента компенсации, восстанавливающей нарушенное право, является оценочной, суд в приговоре привёл мотивы, обосновывающие не только необходимость удовлетворения иска в части компенсации морального вреда, но и суммы указанной компенсации, применив при оценке суммы иска категории разумности и справедливости.
Суды надлежаще мотивировали решение о неприменение в отношении осуждённой ЛИЦО_1 положений ч.1 ст. 82 УК РФ.
Правовых оснований, свидетельствующих о незаконности разрешения данного вопроса, не имеется.
Судебная коллегия особо отмечает, что отсрочка отбывания наказания применяется в интересах детей в возрасте до 14 лет, что предполагает наличие у матери возможности и желания осуществлять должное воспитание.
Как установлено нижестоящими судами, ЛИЦО_1 привлечена к уголовной ответственности за организацию умышленного особо тяжкого преступления против собственности, совершенного с угрозой применения насилия.
Действия ЛИЦО_1, вопреки очевидному запрету, установленному законом, характеризуют её как лицо, пренебрежительно относящееся как к уголовному закону, так и к позиции общества, осуждающего через институты уголовно-правовых запретов действия, направленные на вымогательство чужого имущества. При таких обстоятельствах нижестоящие судебные инстанции обоснованно посчитали применение отсрочки отбывания наказания ЛИЦО_1 нецелесообразным и не отвечающим интересам её ребёнка.
Между тем, признание законными судебных актов по вопросу не предоставления отсрочки отбывания наказания ЛИЦО_1 судом кассационной инстанции не лишает возможности заинтересованную сторону поставить указанный вопрос в порядке исполнения приговора (
Глава 47 УПК РФ).
Вопреки доводам дополнений кассационной жалобы, несовершеннолетний ребёнок ЛИЦО_1 - ФИО25 14 марта 2016 года, не оставлен без попечения и призора в связи осуждением его отца к наказанию в виде лишения свободы.
Вопреки доводам кассационной жалобы адвоката Азимова В.В., вопросы зачёта в срок наказания ЛИЦО_2 времени отбытого наказания по первому приговору от 25 декабря 2023 года разрешены. Суд указал, что отбытое наказание по указанному приговору подлежит зачёту, конкретизировав определённые периоды. В любом случае, при наличии сомнений стороны защиты, этот вопрос может быть разрешён в порядке, предусмотренном Главой 47 УПК РФ.
Защитой в кассационных жалобах указаны конкретные доводы, которые, как она полагает, не разрешены судом апелляционной инстанции.
Однако законом не установлена юридическая техника изложения апелляционного решения, предусматривающая дискретный (раздельный) подход к разрешению доводов апелляционных поводов, то есть когда каждый из них рассматривается отдельно, поскольку уголовное дело и приговор проверяются в целом.
В апелляционном определении в соответствии с требованиями
ст. 389.28 УПК РФ подробно приведены доводы о несогласии с приговором.
Суд апелляционной инстанции в определении привёл не только существо доказательств по уголовному делу, но и проанализировал их, и пришёл к правильному выводу о верности утверждения суда первой инстанции относительно имевшихся преступлений, виновности обоих осуждённых, между тем не исправил ошибки суда первой инстанции при квалификации действий ЛИЦО_6, что является основанием для вмешательства в судебные акты на основании ст. 401.15 УПК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 401.14-401.16 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Хорошевского районного суда города Москвы от 27 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 16 декабря 2025 года в отношении ЛИЦО_2 изменить:
исключить из юридической квалификации ЛИЦО_2 осуждение и назначение наказания по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, ч. 2 ст. 159 УК РФ, путём частичного сложения наказаний, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев;
На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, установленных данным приговором и приговором Тушинского районного суда города Москвы от 25 декабря 2023 года, путём частичного сложения наказаний, назначить ЛИЦО_2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет 6 месяцев.
В остальной части приговор Хорошевского районного суда города Москвы от 27 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 16 декабря 2025 года в отношении ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи