Определение Конституционного Суда РФ от 29.01.2026 № 261-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение ее конституционных прав пунктом «а» части первой статьи 78 Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_3 и частью второй статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской ЛИЦО_3 город Санкт-Петербург 29 января 2026 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. Как следует из представленных материалов, гражданка ЛИЦО_5 обвинялась в покушении на мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, которое было окончено 15 июля 2019 года, т.е. в совершении тяжкого преступления, предусмотренного частью третьей статьи 30, частью третьей статьи 159 УПК Российской ЛИЦО_3, срок давности привлечения к уголовной ответственности за которое составляет 10 лет после его совершения. 23 октября 2022 года ее уголовное дело вместе с обвинительным заключением направлено прокурору, утвердившему его 28 октября 2022 года. При этом 2 заявительница не признавала себя виновной в совершении инкриминируемого ей преступления как на стадии предварительного расследования, так и в суде. Приговором районного суда от 29 декабря 2023 года ЛИЦО_5 признана виновной в совершении преступления небольшой тяжести, предусмотренного частью третьей статьи 30, частью первой статьи 159 УПК Российской ЛИЦО_3, и ей назначено наказание, от отбывания которого она была освобождена в связи с истечением сроков давности. Суд исходил из несостоятельности позиции стороны обвинения о наличии в действиях ЛИЦО_4 квалифицирующего признака «с использованием своего служебного положения» и необходимости квалификации ее действий по части третьей статьи 30, части первой статьи 159 УПК Российской ЛИЦО_3 как покушения на мошенничество, по которому истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности – два года после совершения преступления небольшой тяжести. Правомерность указанного вывода подтверждена вышестоящими судебными инстанциями, включая Верховный Суд Российской ЛИЦО_3. В этой связи заявительница просит признать противоречащими статьям 17, 18, 19 (часть 1), 21, 22 (часть 1), 23, 24, 25, 45, 46 (части 1 и 2), 49, 50 (часть 2), 51 (часть 2) и 53–55 Конституции Российской ЛИЦО_3 пункт «а» части первой статьи 78 «Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности» УК Российской ЛИЦО_3 и часть вторую статьи 27 «Основания прекращения уголовного преследования» УПК Российской ЛИЦО_3 в той мере, в какой они позволяют правоохранительным органам завышать категорию преступления при очевидных обстоятельствах, чтобы закончить предварительное расследование и направить уголовное дело в суд для рассмотрения по существу, а не прекратить его по реабилитирующим основаниям по истечении трех месяцев с момента истечения срока давности уголовного преследования на основании разъяснений, данных Конституционным Судом Российской ЛИЦО_3 в Постановлении от 18 июля 2022 года № 33-П. При 3 этом, как утверждает заявительница, оспариваемые нормы не позволяют суду прекратить уголовное преследование лица по реабилитирующему основанию в связи с истечением сроков давности, а также не предусматривают механизма, позволяющего суду в случае переквалификации деяния на менее тяжкое, по которому сроки давности истекли, возвратить уголовное дело прокурору для его прекращения по реабилитирующему основанию. Неопределенность в вопросе о выборе реабилитирующего или нереабилитирующего основания для прекращения уголовного преследования ввиду истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности в зависимости от стадии уголовного процесса не может гарантировать, по мнению заявительницы, достижения в разумные сроки определенности правового положения подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской ЛИЦО_3 в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской ЛИЦО_3, предусматривающих ответственность за данное преступление, а также перечень доказательств, как подтверждающих обвинение, так и тех, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания (пункты 3–6 части первой статьи 220); обвинительное заключение согласовывается с руководителем следственного органа, который уполномочен возвращать уголовное дело со своими указаниями о производстве дополнительного расследования, в том числе в части квалификации преступления и объема обвинения (пункты 3 и 11 части первой статьи 39, часть шестая статьи 220); прокурор, рассматривая 4 уголовное дело, поступившее с обвинительным заключением, вправе возвратить уголовное дело для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями (пункт 2 части первой статьи 221). Тем самым указанная в обвинительном заключении квалификация деяния основывается на совокупности приведенных в нем доказательств и контролируется как руководителем следственного органа, так и прокурором, осуществляющим надзор за органами предварительного расследования. При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, факты и обстоятельства, имевшие место в период производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, оцениваются по правилу статьи 4 УПК Российской ЛИЦО_3, согласно которой при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства того или иного процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено данным Кодексом (Постановление от 19 ноября 2013 года № 24-П; определения от 19 мая 2009 года № 574-О-О, от 17 ноября 2011 года № 1610-О-О, от 29 мая 2012 года № 1012-О, от 24 января 2013 года № 41-О, от 20 декабря 2016 года № 2767-О, от 26 января 2017 года № 22-О и № 69-О, от 28 февраля 2019 года № 572-О, от 29 октября 2020 года № 2585-О, от 21 ноября 2022 года № 3011-О и др.). Соответственно, при поступлении в суд уголовного дела судья должен исходить из квалификации деяния, которая была дана органом предварительного расследования при направлении уголовного дела в суд (Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 29 мая 2025 года № 1251-О). Вместе с тем суд не связан позицией обвинения, в том числе в части квалификации деяния подсудимого. Положения пункта 3 статьи 307 УПК Российской ЛИЦО_3 во взаимосвязи с его статьей 252 5 предоставляют суду возможность изменить обвинение в сторону его смягчения, не выходя за рамки, очерченные обвинительным заключением (обвинительным актом) и позицией государственного обвинителя в судебном заседании (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 22 января 2004 года № 7-О, от 22 апреля 2010 года № 491-О- О, от 24 сентября 2012 года № 1626-О и др.). Как отмечал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, окончательная юридическая оценка деяния и назначение наказания за него осуществляются именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по осуществлению правосудия, установленных Конституцией Российской ЛИЦО_3 и уголовно-процессуальным законом (пункт 1 части первой статьи 29 УПК Российской ЛИЦО_3). Разрешая дело, суд, реализуя эти полномочия, на основе исследованных в судебном заседании доказательств самостоятельно формулирует выводы об установленных фактах и о подлежащих применению в данном деле нормах права (Постановление от 2 июля 2013 года № 16-П; определения от 16 июля 2013 года № 1153-О и от 28 марта 2017 года № 526-О), включая квалификацию содеянного подсудимым как менее тяжкого преступления. В соответствии с частью восьмой статьи 302 УПК Российской ЛИЦО_3, если основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, указанные в пункте 3 части первой статьи 24 того же Кодекса (истечение сроков давности уголовного преследования), обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу – постановлением обвинительного приговора с освобождением осужденного от наказания. Прекращение же уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, в том числе в связи с истечением срока давности уголовного преследования, вопреки возражению против этого обвиняемого (подсудимого), без дачи судом оценки имеющихся в уголовном деле доказательств, лишило бы его возможности добиваться своей реабилитации и тем самым вступило бы в противоречие с 6 положениями статей 49 и 123 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_3 (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 2 ноября 2006 года № 488-О и от 15 января 2008 года № 292-О-О, от 22 января 2014 года № 131-О). Поскольку подсудимому предоставляется возможность реализовать свое право на судебную защиту при проведении полноценного судебного разбирательства, в ходе которого должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правильная правовая оценка, выявлены конкретный вред, причиненный обществу и отдельным лицам, а также действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемого ему деяния, постольку освобождение его в случае вынесения обвинительного приговора от наказания само по себе не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 от 15 января 2008 года № 292-О-О, от 24 сентября 2012 года № 1626-О, от 24 декабря 2012 года № 2347-О, от 28 декабря 2021 года № 2672-О, от 24 декабря 2024 года № 3545-О и др.). Таким образом, оспариваемые ЛИЦО_4 законоположения неопределенности не содержат и не могут расцениваться в качестве нарушающих ее конституционные права в обозначенном ею аспекте. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 7 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 261-О