Определение Конституционного Суда РФ от 30.09.2021 № 2117-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав пунктом 2 статьи 612 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» во взаимосвязи с пунктами 1 и 2 статьи 10, пунктом 2 статьи 168 и пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_4 город Санкт-Петербург 30 сентября 2021 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_9, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, заслушав заключение судьи Ю.Д.Рудкина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4» предварительное изучение жалобы гражданина ЛИЦО_5, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность положений пункта 2 статьи 612 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», предусматривающих, в частности, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен 2 вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Кроме того, заявитель во взаимосвязи с вышеуказанной нормой оспаривает конституционность следующих положений Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_4: пункта 1 статьи 10, а фактически – его абзаца первого, в силу которого не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); а также пункта 2 данной статьи, согласно которому в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом; пункта 2 статьи 168, предусматривающего, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; пункта 1 статьи 170, закрепляющего, что мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Как следует из жалобы и представленных материалов, определением Арбитражного суда города Москвы от 10 февраля 2020 года, вынесенным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КВАРТСТРОЙ 3 ПРЕМЬЕР» (№ А40-174457/2017) и оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 июня 2020 года и Арбитражного суда Московского округа от 8 сентября 2020 года, было удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника, в частности о признании недействительной сделкой трудовых договоров между рядом граждан, в том числе ЛИЦО_6, и обществом- должником, действий по начислению и выплате заработной платы на основании этих договоров, а также действий по уплате с этой заработной платы сумм налогов и начислению на нее страховых взносов в Пенсионный фонд и Фонд социального страхования; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с граждан в пользу должника денежных средств, в частности с ЛИЦО_5 в размере 490 340,52 рублей. При этом суды, установив, в частности, что ЛИЦО_7 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, исходили из того, что фактически трудовые отношения между указанными лицами и ООО «КВАРТСТРОЙ ПРЕМЬЕР» не возникли (конкурсному управляющему должника не были переданы документы, подтверждающие оформление трудовых отношений: трудовые договоры, приказы о приеме на работу, должностные инструкции, табели учета рабочего времени), начисление заработной платы и ее частичная последующая выплата в адрес таких лиц были безвозмездными, в отсутствие встречного представления, трудовая функция в ООО «КВАРТСТРОЙ ПРЕМЬЕР» данными лицами не выполнялась. Соответственно, заключенные трудовые договоры носят мнимый характер, отвечают признакам злоупотребления правом, являются недействительными сделками и нарушают права и законные интересы кредиторов, поскольку их целью был вывод денежных средств из конкурсной массы. При этом также было указано на наличие возбужденного в отношении ЛИЦО_5 уголовного дела. Определением судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_4 от 17 ноября 2020 года ЛИЦО_8 отказано в передаче кассационной жалобы 4 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской ЛИЦО_4. По мнению ЛИЦО_5, оспариваемые нормы в их взаимосвязи противоречат статье 37 Конституции Российской ЛИЦО_4 в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают возможность признания арбитражным судом по гражданско- правовым основаниям недействительной сделкой трудового договора, действий по начислению и выплате заработной платы на основании этих договоров, действий по уплате с этой заработной платы сумм налогов и начислению на нее страховых взносов в Пенсионный фонд и Фонд социального страхования, а также применение последствий недействительности сделки в виде взыскания с работника выплаченной ему заработной платы. 2. Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, государство, обеспечивая проведение единой финансовой, кредитной и денежной политики, вправе в силу статей 71 (пункт «ж») и 114 (пункт «б» части 1) Конституции Российской ЛИЦО_4 в случае возникновения неблагоприятных экономических условий, к числу которых относится банкротство, осуществлять публично-правовое вмешательство в частноправовые отношения, принимая необходимые меры, направленные на создание условий для справедливого обеспечения интересов всех лиц, вовлеченных в соответствующие правоотношения (Постановление от 22 июля 2002 года № 14-П; Определение от 2 июля 2013 года № 1047-О); в этих целях федеральный законодатель уполномочен на установление процедур банкротства, с тем, однако, чтобы при этом был обеспечен конституционно обоснованный разумный компромисс между интересами кредиторов, подвергающихся банкротству организаций, их учредителей (участников) и работников, а также государства. Созданию таких условий должно способствовать, в частности, правовое регулирование, направленное на сохранение конкурсной массы, необходимой для справедливого удовлетворения требований кредиторов. 5 Так, согласно положениям главы III1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской ЛИЦО_4, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе (пункт 1 статьи 611). Пункт 2 статьи 612 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает в качестве основания признания сделки недействительной совершение должником сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также закрепляет условия, при которых такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной: если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Эти правила распространяются, в частности, и на оспаривание действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с трудовым законодательством (соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской ЛИЦО_4), и на оспаривание самих таких выплат (пункт 3 статьи 611 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). При этом, как указал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в ряде своих решений применительно к оспариванию действий работодателя по выплате работникам денежных сумм, связанных с выполнением трудовой функции (определения от 9 декабря 2014 года № 6 2748-О, № 2751-О и № 2752-О, от 29 сентября 2015 года № 2017-О), суды, рассматривающие такие дела, должны учитывать все фактические обстоятельства выплаты денежных средств конкретным работникам, которые могли бы свидетельствовать о правомерности (или неправомерности) действий руководителя, – обусловленность получения работником денежной выплаты положениями законодательства, коллективного договора, соглашения, локальных нормативных актов, трудового договора; наличие или отсутствие у работника права на получение денежных средств, в том числе выяснять, знал ли (либо должен был знать) работник в силу своего должностного положения о наличии у работодателя признаков неплатежеспособности, и т.п. В то же время положения пункта 3 статьи 611 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сами по себе не решают вопрос о возможности оспаривания (признания недействительными) трудовых договоров как оснований возникновения трудовых отношений. Они применительно к указанию на распространение правил его главы III1 на обязанности, возникающие в соответствии с трудовым законодательством, распространяют свое действие на выплаты, осуществляемые в рамках именно трудовых отношений, ограничивая свободу работодателя по установлению отдельных выплат работникам в обусловленных социально-экономическим предназначением процедуры банкротства пределах и целях обеспечения конституционно обоснованного разумного баланса интересов всех участников этой процедуры. Трудовые отношения отнесены к предмету правового регулирования трудового законодательства (статья 1 Трудового кодекса Российской ЛИЦО_4), поэтому, по общему правилу, оценка их возникновения (наличия) как таковых должна производиться на основе положений этого законодательства. При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, государство обязано обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями 7 правового регулирования труда в Российской ЛИЦО_4 как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской ЛИЦО_4) (постановления Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 15 марта 2005 года № 3-П, от 25 мая 2010 года № 11-П и от 19 мая 2020 года № 25-П). Сказанное, однако, не может означать, что, если передача денежных средств от должника, к которому применяется процедура банкротства, к гражданину осуществляется под видом заработной платы или иных выплат, при фактическом отсутствии трудовых отношений, не существует правового механизма для предотвращения недобросовестных действий и восстановления разумного баланса интересов участников процедуры банкротства. Это влекло бы необоснованное создание преимуществ лицам, злоупотребляющим правом, и нарушало бы права и законные интересы других лиц – кредиторов должника. Установив, что гражданин не приступил к исполнению обязанностей, вытекающих из требований трудового законодательства и (или) обусловленных заключенным трудовым договором, арбитражный суд не лишен возможности рассматривать действия по начислению и выплате денежных средств под видом заработной платы как дающие основание для их оспаривания в порядке статьи 611 во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 612 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и соответствующими положениями Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_4. Таким образом, как положения пункта 2 статьи 612 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», так и оспариваемые нормы статей 10, 168 и 170 ГК Российской ЛИЦО_4, направленные на недопущение злоупотребления правом, обеспечение стабильности гражданского оборота, защиту прав и законных интересов его участников, в том числе от недобросовестности отдельных участников гражданского оборота, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, указанные в жалобе. 8 Разрешение же вопроса о законности и обоснованности взыскания с ЛИЦО_5 полученных им денежных сумм, как и о выборе правовой нормы, подлежащей применению в конкретном деле, связано с исследованием фактических обстоятельств и к полномочиям Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, как они определены в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», не относится. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_9 № 2117-О