Определение Конституционного Суда РФ от 16.07.2015 № 1668-О

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 81 и пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_7 город Санкт-Петербург 16 июля 2015 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7, у с т а н о в и л : 1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, было отказано в удовлетворении предъявленных гражданкой ЛИЦО_5 и гражданином А. требований о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения, об установлении факта принятия наследства и признании права общей долевой 2 собственности в порядке наследования. Как указано в судебных постановлениях, наследодатель не был собственником спорного недвижимого имущества, право собственности за ним не было зарегистрировано; истцами пропущен срок исковой давности. В передаче кассационных жалоб на данные судебные постановления для рассмотрения в судебном заседании судов кассационной инстанции, включая Верховный Суд Российской ЛИЦО_7, также было отказано. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность пункта 2 статьи 81 ГК Российской ЛИЦО_7, согласно которому права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (в деле с участием заявительницы применено содержавшееся в утратившем силу пункте 2 статьи 8 данного Кодекса положение о возникновении прав на имущество, подлежащих государственной регистрации, с момента их регистрации), и пункта 2 статьи 181 того же Кодекса, в силу которого срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. По мнению заявительницы, пункт 2 статьи 81 ГК Российской ЛИЦО_7 противоречит статьям 19 (часть 1) и 35 (части 1 и 2) Конституции Российской ЛИЦО_7 в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, он не предполагает возникновения права собственности на недвижимое имущество при отсутствии государственной регистрации прав на данное имущество у гражданина и его наследников, притом что решением (приговором) суда установлено, что это имущество 3 принадлежит данному гражданину, а пункт 2 статьи 181 того же Кодекса – статьям 19 (часть 1) и 35 (части 1 и 3) Конституции Российской ЛИЦО_7, поскольку по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, он допускает течение срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности без учета связи данной сделки с совершением преступления, установленного вступившим в законную силу приговором суда. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как указывал Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7, законодательное закрепление необходимости государственной регистрации права на недвижимое имущество является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу, чем обеспечивается защита прав других лиц, стабильность гражданского оборота и предсказуемость его развития (постановления от 26 мая 2011 года № 10-П и от 24 марта 2015 года № 5-П; определения от 5 июля 2001 года № 132-О и № 154-О, от 29 января 2015 года № 216-О и др.). Следовательно, оспариваемое положение пункта 2 статьи 81 ГК Российской ЛИЦО_7 не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявительницы в указанном в жалобе аспекте, в том числе с учетом того, что, вопреки доводам заявительницы, в приговоре, копия которого приложена к ее жалобе, судом не была установлена принадлежность спорного недвижимого имущества наследодателю на праве собственности. Регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя; установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту 4 (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 3 октября 2006 года № 439-О, от 5 марта 2009 года № 253-О-О, от 8 апреля 2010 года № 456-О-О, от 2 декабря 2013 года № 1908-О и др.). Данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 24 июня 2008 года № 364-О-О, от 29 мая 2012 года № 894-О, от 22 апреля 2014 года № 752-О и др.), в частности на регулирование законодателем момента начала течения указанного срока (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 16 февраля 2012 года № 313-О-О, от 29 мая 2012 года № 894-О и др.). Таким образом, пункт 2 статьи 181 ГК Российской ЛИЦО_7, устанавливающий срок исковой давности по оспоримым сделкам и наделяющий суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 28 мая 2009 года № 600-О-О, от 25 сентября 2014 года № 2261-О и др.), также не может рассматриваться как нарушающий перечисленные в жалобе конституционные права заявительницы. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела не относится к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7, как она определена в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_7 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям 5 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_6 № 1668-О