Определение Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 № 418-О

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_7 город Санкт-Петербург 17 февраля 2015 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7, у с т а н о в и л : 1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, были удовлетворены предъявленные к гражданке ЛИЦО_5 и гражданину А. требования и, в частности, признаны недействительными сделки. Суд первой инстанции, среди прочего, указал, что иск о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК Российской ЛИЦО_7, может быть предъявлен в течение года со дня, когда истец узнал или должен был узнать 2 об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. В передаче кассационных жалоб на данные судебные постановления для рассмотрения в судебном заседании судов кассационной инстанции, включая Верховный Суд Российской ЛИЦО_7, было отказано. Как отметил суд кассационной инстанции, аргумент кассационной жалобы о том, что суд необоснованно не принял во внимание доводы ЛИЦО_5 о пропуске истцом срока исковой давности, является несостоятельным с учетом положений статьи 35 Семейного кодекса Российской ЛИЦО_7. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность примененного в деле с ее участием пункта 2 статьи 181 ГК Российской ЛИЦО_7, согласно которому срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. По мнению ЛИЦО_5, оспариваемое законоположение противоречит статьям 2, 15 (часть 1), 17, 18, 19 (части 1 и 2), 33, 46 (часть 1), 55 (часть 3), 120 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_7, поскольку – позволяя суду на основании субъективных оценочных критериев применять последствия истечения срока исковой давности либо отказывать в их применении – содержит неопределенность, результатом которой является неоднозначное толкование и произвольное применение его судами, что лишает граждан возможности судебной защиты своих прав. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 3 Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 неоднократно указывал, что регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя и что установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту (определения от 3 октября 2006 года № 439-О, от 5 марта 2009 года № 253-О-О, от 8 апреля 2010 года № 456-О-О, от 2 декабря 2013 года № 1908-О и др.). Данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 24 июня 2008 года № 364- О-О, от 29 мая 2012 года № 894-О, от 22 апреля 2014 года № 752-О и др.) и, в частности, на регулирование законодателем момента начала течения указанного срока (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 16 февраля 2012 года № 313-О-О, от 29 мая 2012 года № 894-О и др.). Таким образом, оспариваемая норма, устанавливающая срок исковой давности по оспоримым сделкам и наделяющая суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 от 28 мая 2009 года № 600-О-О, от 25 сентября 2014 года № 2261-О и др.), сама по себе не может рассматриваться как нарушающая в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявительницы, в деле с участием которой, как следует из представленных судебных постановлений, часть сделок являлись мнимыми и притворными. Выбор же норм, подлежащих применению с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7, как она определена в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_7 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7». 4 Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_7», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_7 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_7 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_6 № 418-О