Дело № 77-2489/2026
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Челябинск 09 октября 2026 года
Судебная коллегия по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Мингазина И.И.,
судей Александровой Ю.Н., Гареевой А.У.,
при секретаре ЛИЦО_1,
с участием прокурора ЛИЦО_2,
защитника осуждённого ЛИЦО_1 – адвоката ЛИЦО_3,
рассмотрела в открытом судебном заседании посредством использования системы видео-конференц-связи материалы уголовного дела по кассационным жалобам осуждённого ЛИЦО_1 и в его защиту адвоката ЛИЦО_3 о пересмотре апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 03 марта 2026 года и приговора Кунгурского городского суда Пермского края от 17 ноября 2025 года, которым
ЛИЦО_1, родившийся <данные изъяты> года в <данные изъяты>, несудимый,
осуждён за совершение преступлений, предусмотренных:
пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;
ч. 2 ст. 228.3 УК РФ, к 9 месяцам исправительных работ, с удержанием 15% заработной платы в доход государства;
пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, к 3 годам лишения свободы.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно ЛИЦО_1 назначено 11 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.
Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ЛИЦО_1 под стражей с 19 марта 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
Разрешена судьба вещественных доказательств.
На основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ мобильные телефоны «Redmi» IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, «Redmi» IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, «Redmi» IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, «Redmi» IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, «Honor» IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, «Redmi» IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, «Redmi» IMEI1: <данные изъяты>, IMEI2: <данные изъяты>, «iPhone», IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, ноутбук «MacBook» Model <данные изъяты> Serial HXJLL05S1WFV, маршрутизатор «HiWatch» модель <данные изъяты>, WI-FI роутер модель «<данные изъяты>», вакууматор «<данные изъяты>», хранящиеся в камере хранения МО МВД России «Кунгурский» Пермского края, домовладение <данные изъяты>, автомобиль «Toyota Corolla», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с ключами и документами, конфискованы в собственность государства.
На основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ прицеп с тентом, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, мини-экскаватор «<данные изъяты>», автомобиль «Cherry Tiggo 4 Pro», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с ключами и документами, конфискованы в собственность государства.
На основании ст. 104.2 УК РФ денежные средства в размере 9 707 500 рублей конфискованы у ЛИЦО_1 в собственность государства.
До исполнения приговора в части конфискации имущества сохранён арест на принадлежащие ЛИЦО_1 автомобиль «Toyota Corolla», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, прицеп с тентом, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, мини-экскаватор «<данные изъяты>», автомобиль «Cherry Tiggo 4 Pro», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, домовладение <данные изъяты>.
В апелляционном порядке приговор изменён:
исключены из числа доказательств показания свидетеля <данные изъяты>. об обстоятельствах, ставших ему известными в ходе опроса ЛИЦО_1 в связи с исполнением им своих служебных обязанностей;
исключены из числа доказательств сообщение и рапорты об обнаружении признаков преступления (т. 1 л.д. 2, 4, 70-71, 163, 179; т. 6 л.д. 113), сопроводительные письма о направлении материалов проверки (т. 1 л.д. 107-108, 136), ссылки на постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств (т. 2 л.д. 3, 10, 27, 54, 90, 145-152; т. 3 л.д. 48-51, 95-97; т. 4 л.д. 188-190; т. 5 л.д. 13-16, 53-58, 81-83, 111-113, 133-138);
исключено из квалификации действий ЛИЦО_1 по преступлению, предусмотренному пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, указание на совершение других сделок с денежными средствами или иным имуществом;
на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, конфискован в собственность государства принадлежащий ЛИЦО_1 гараж, находящийся по адресу: <данные изъяты>;
указано на конфискацию в собственность государства: земельного участка общей площадью 2 097 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>, жилого дома с хозяйственными постройками, общей площадью 135,5 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>, жилого бревенчатого дома с надворными постройками, общей площадью 36,7 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>, хозяйственного строения (строение вспомогательного использования), общей площадью 60,4 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>, индивидуального гаража, общей площадью 102,5 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>, расположенных по адресу: <данные изъяты>;
указано на конфискацию в собственность государства прицепа с тентом, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ;
увеличена сумма конфискованных у ЛИЦО_1 в доход государства денежных средств до 10 677 500 рублей.
В остальной части приговор оставлен без изменения.
Заслушав доклад судьи Александровой Ю.Н., выслушав выступление адвоката ЛИЦО_3 по доводам кассационных жалоб, мнение прокурора ЛИЦО_4, судебная коллегия
установила:
вышеуказанным приговором, с учётом внесённых апелляционным определением изменений, ЛИЦО_1 признан виновным:
в незаконном производстве наркотического средства – производного N-метилэфедрона, массой не менее 92,823 грамма, то есть в крупном размере, совершённом организованной группой;
в незаконных приобретении и хранении прекурсоров наркотических средств или психотропных веществ – соляной кислоты с концентрацией 34,18%, массами не менее 22 920,0 граммов, не менее 5 960,1 грамма; ацетона (2-пропанона) с концентрацией 72%, массой не менее 16 140 граммов; ацетона (2-пропанона) с концентрацией 100%, массами не менее 3 960 граммов, 5 060 граммов, 15 980 граммов, 15 660 граммов, 15 700 граммов, 15 540 граммов, 15 500 граммов, 15 840 граммов, 15 560 граммов, 16 080 граммов, 16 040 граммов, 15 340 граммов, 15 540 граммов; 2-бром-1-фенилпентан-1-она, общей массой не менее 20 329,6 граммов, то есть в особо крупном размере;
в совершении финансовых операций с денежными средствами в сумме не менее 10 677 500 рублей, то есть в особо крупном размере, приобретённых в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, совершённых организованной группой.
Преступления им совершены в период с декабря 2023 года по 19 марта 2025 года на территории Кунгурского городского округа Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе адвокат ЛИЦО_3, не оспаривая фактические обстоятельства дела и доказанность вины осуждённого в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228.3 УК РФ, выражает несогласие с судебными решениями в части осуждения ЛИЦО_1 за совершение преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ. Цитируя разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07 июля 2015 года № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путём», приводит доводы о том, что совершённые осуждённым финансовые операции по конвертации криптовалюты в рубли являлись лишь способом получения оплаты за деятельность по производству наркотических средств, определённым руководителем организованной преступной группы, и не были направлены на сокрытие криминального происхождения денежных средств, установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей с целью придания правомерного вида их владению. Указывает, что в ходе предварительного расследования изъято наркотическое средство – производное N-метилэфедрона, массой 92,823 грамма, тогда как производство наркотических средств в большем размере, эквивалентном инкриминируемой ЛИЦО_1 сумме легализованных денежных средств, не доказано; процессуальное решение, подтверждающее преступный характер получения денежных средств либо приобретения имущества, владения, пользования и распоряжения таковыми, не принято; сами денежные средства не изъяты, что не позволяет достоверно установить их размер, выступающий квалифицирующим признаком преступления. По этим же основаниям оспаривает конфискацию денежных средств и автомобиля «Cherry Tiggo 4 Pro», отмечая, что суд первой инстанции не привёл в приговоре доказательств покупки автомобиля за счёт денежных средств, полученных преступным путём, а суд апелляционной инстанции исключил из квалификации действий ЛИЦО_1 указание на совершение других сделок с денежными средствами или иным имуществом, как излишне вменённый. Полагает, что при назначении наказания судам следовало учесть в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного ст. 174.1 УК РФ, поскольку уголовное дело по данной статье было возбуждено за завершающем этапе расследования, когда ЛИЦО_1 было оказано необходимое содействие путём участия в осмотрах мест происшествия, указания на тайники с наркотическими средствами, предоставления доступа к средствам связи. Просит судебные решения изменить, уголовное преследование в отношении ЛИЦО_1 по пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, смягчить назначенное наказание, отменить решение о конфискации денежных средств и автомобиля «Cherry Tiggo 4 Pro».
В возражениях исполняющий обязанности Кунгурского городского прокурора ЛИЦО_5 излагает мотивы несогласия с кассационной жалобой адвоката, просит оставить её без удовлетворения, судебные решения – без изменения.
В кассационной жалобе (поименованной как дополнение к кассационной жалобе) осуждённый ЛИЦО_1, поддерживая доводы адвоката, считает незаконной конфискацию денежных средств, автомобилей и мини-экскаватора, полагая, что в деле отсутствуют достаточные доказательства использования им автомобиля «Toyota Corolla» для перевозки наркотических средств и их прекурсоров, мини-экскаватора для утилизации отходов от незаконного производства наркотиков, как и доказательства того, что денежные средства в сумме 10 677 500 рублей и автомобиль «Cherry Tiggo 4 Pro» были получены им в результате преступной деятельности. Считает чрезмерно суровым назначенное ему наказание, утверждая, что судами в полной мере не учены смягчающие обстоятельства, к числу которых относит признание вины, активное способствование расследованию преступлений, поведение во время и после задержания, наличие малолетних детей, состояние здоровья его сына и престарелых родителей, а также данные о его личности, согласно которым он характеризуется положительно, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, наркотические средства не употребляет, является ветераном боевых действий и активным донором крови. Полагает, что указанные обстоятельства позволяют применить положения ч. 6 ст. 15 УК РФ и назначить более мягкий вид наказания. Кроме того, усматривает нарушения при изготовлении протокола судебного заседания суда первой инстанции, настаивая, что он в полной мере не отражает все действия суда и пояснения участников процесса, в частности, выступление в прениях государственного обвинителя, зафиксированные на аудиозаписи, часть которой отсутствует. Обращает внимание на то, что был ознакомлен с протоколом судебного заседания и аудиозаписью по истечении трёх суток с момента поступления соответствующего ходатайства в суд, а с аудиозаписью судебного заседания суда апелляционной инстанции не ознакомлен до настоящего времени. Просит судебные решения изменить, уголовное преследование в отношении него по пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ прекратить, смягчить назначенное наказание, отменить решение о конфискации денежных средств, автомобилей и мини-экскаватора.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб и поданных возражений, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В силу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Изучение уголовного дела показало, что нарушений, подпадающих под указанные выше критерии, судами предыдущих инстанций не допущено. Не приведено сведений о таких нарушениях закона и в кассационных жалобах.
Уголовное дело в отношении ЛИЦО_1 рассмотрено в состязательном процессе полномочным судом в пределах, установленных ст. 252 УПК РФ, в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ.
Судебное разбирательство проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей. Отстаивая свою позицию, стороны активно пользовались правами, предоставленными законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, заявляя ходатайства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Все заявленные ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями ст.ст. 256, 271 УПК РФ с соблюдением процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом, и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела с принятием по ним должных решений и их убедительной аргументацией. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Принцип непосредственного исследования доказательств, предусмотренный ст. 240 УПК РФ, соблюдён. Судебное следствие было окончено в объёме представленных доказательств при отсутствии возражений участников процесса.
Прения сторон, реплики и последнее слово проведены в соответствии с требованиями ст.ст. 292, 293 УПК РФ. Нарушения права на защиту осуждённого не допущено.
Таким образом, все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, судом выполнены.
Вопреки доводам осуждённого, протокол судебного заседания суда первой инстанции отвечает предъявляемым к нему ст. 259 УПК РФ требованиям. Данных, свидетельствующих о наличии в письменном протоколе расхождений с аудиозаписью, существенно искажающих реальный ход судебного процесса и позволяющих усомниться в законности состоявшегося разбирательства дела, не выявлено. По смыслу закона протокол судебного заседания, выполненный в письменной форме, является основным и обязательным средством фиксации хода и результатов судебного заседания, а аудиозапись - дополнительным (вспомогательным). Отсутствие части аудиозаписи выступления в прениях государственного обвинителя, не является безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных решений.
То обстоятельство, что возможность ознакомления с протоколом судебного заседания суда первой инстанции и аудиозаписью была обеспечена ЛИЦО_1 по истечении установленного ч. 7 ст. 259 УПК РФ срока, на объёме прав осуждённого не отразилось, поскольку суд отвёл ему необходимое время для ознакомления (т. 8 л.д. 154-157), а затем в установленной уголовно-процессуальным законом процедуре рассмотрел поданные им замечания, о чём председательствующим судьёй было вынесено мотивированное постановление от 27 января 2026 года (т. 8 л.д. 166-167), копия которого ЛИЦО_1 вручена (т. 8 л.д. 182). Не соглашаясь с приговором, он обжаловал его в установленные сроки, подал апелляционную жалобу с несколькими дополнениями к ней, в которой ссылался на протокол судебного заседания. О неготовности к судебному заседанию суда апелляционной инстанции осуждённый не заявлял, напротив, реализуя избранную линию защиты, продолжительное время выступал в прениях и воспользовался правом на последнее слово.
Право на ознакомление с протоколом судебного заседания суда апелляционной инстанции и аудиозаписью также было реализовано осуждённым, которому по его ходатайству были направлены и вручены копия протокола и аудиозапись на электронном носителе (т. 8 л.д. 299). При этом каких-либо данных, подтверждающих невозможность ознакомления ЛИЦО_1 с протоколом и аудиозаписью по вине суда либо по иным причинам, в том числе в связи с содержанием в исправительной колонии, в материалах уголовного дела не содержится.
Судебная коллегия также отмечает, что доводы осуждённого о несогласии с протоколом и аудиозаписью судебного заседания суда первой инстанции, по своей сути не влияют на правильность сделанных судом выводов о его виновности в совершённых преступлениях и на законность и обоснованность приговора.
Обвинительный приговор отвечает требованиям ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, предъявляемым к его форме и содержанию. В нём с достаточной полнотой отражены все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, приведены исследованные доказательства и сделанные судом на их основе выводы о событиях преступлений, причастности к ним осуждённого и его виновности, содеянному дана правовая оценка применительно к нормам УК РФ, обоснован вид и размер назначенного ЛИЦО_1 наказания, а также разрешены иные вопросы, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.
В приговоре изложены доказательства, как изобличающие осуждённого, так и те, на которые ссылалась сторона защиты. Все эти доказательства суд проверил, сопоставил между собой, устранил имеющиеся в них противоречия, в том числе путём оглашения ранее данных допрошенными лицами показаний, оценил по правилам ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ по своему внутреннему убеждению, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для правильного разрешения дела, при этом изложил убедительные мотивы, по которым признал достоверными одни доказательства и отверг другие. Избирательного подхода к представлению сторонами доказательств и их оценке, игнорирования доводов стороны защиты и непринятия должных мер к их проверке в целях всестороннего и объективного разбирательства по делу, не допущено.
Напротив, все аргументы стороны защиты о недоказанности вины ЛИЦО_1 в легализации (отмывании) денежных средств, неверном установлении их размера, об отсутствии оснований для конфискации денежных средств и иного имущества, были тщательно проверены в ходе рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, а при последующем обжаловании приговора и судом апелляционной инстанции, и обоснованно отклонены. Мотивы, по которым суды обеих инстанций признали эти доводы неубедительными, подробно изложены в судебных решениях. Оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.
Признавая доказанной вину ЛИЦО_1 в незаконном производстве наркотических средств в крупном размере, совершённом организованной группой, а также в незаконных приобретении и хранении прекурсоров наркотических средств или психотропных веществ в особо крупном размере, суд правомерно сослался на показания самого осуждённого о трудоустройстве с конца декабря 2023 года «химиком-варщиком» наркотических средств; о приобретении по указанию руководителей с ник-неймами «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», переписка с которыми велась им с различных мобильных телефонов и ноутбука в сети «Интернет» в мессенджерах «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», земельного участка и дома по адресу: <данные изъяты>, и организации лаборатории, а также гаража по адресу: <данные изъяты>, куда неустановленными лицами доставлялось необходимое оборудование и сырьё для производства наркотических средств; о перевозке им оборудования и сырья на принадлежащем ему автомобиле «Toyota Corolla», с прицепом, из гаража в вышеуказанный дом; получении технической инструкции по производству наркотических средств и изготовлении им в течении 2024 года наркотиков со сленговыми названиями «СК» и «мука» в объёме около 300 килограммов; организации тайников с произведёнными наркотическими средствами, о месте нахождения которых он сообщал руководителям; об обстоятельствах его задержания сотрудниками правоохранительных органов, изъятия остатков наркотических средств, оборудования и сырья из лаборатории.
Достоверность информации, сообщённой осуждённым, проверена судом путём сопоставления с показаниями:
свидетеля <данные изъяты>. об обстоятельствах задержания ЛИЦО_1, проведения осмотров домовладения и гаража, обнаружения и изъятия наркотических средств, оборудования и сырья для их производства, иных предметов;
свидетелей <данные изъяты>., <данные изъяты>., участвовавших в качестве понятых при проведении осмотров и подтвердивших их результаты;
а также с письменными материалами уголовного дела, в том числе:
протоколами осмотра места происшествия, в ходе которых на территории домовладения по адресу: <данные изъяты>, обнаружены лаборатория с химическим оборудованием по производству наркотических средств; мерный стакан, мешки и тканевые фильтры с наслоениями наркотического средства – производного N-метилэфедрона, общей массой не менее 92,823 грамма; электронные весы, перчатки и защитные комбинезоны; канистры с различными видами прекурсоров; вакууматор, тетрадь с записями, мобильные телефоны, ноутбук; автомобиль «Toyota Corolla», прицеп с тентом, мини-экскаватор. Также изъяты следы рук с находящихся в лаборатории предметов;
заключением дактилоскопической экспертизы, по выводам которой след пальца руки, изъятый в лаборатории, оставлен ЛИЦО_1;
протоколами осмотра предметов, в ходе которых в изъятой тетради обнаружены рукописные записи о количестве произведённых наркотических средств, рецепт их изготовления; в ноутбуке и мобильных телефонах обнаружена переписка с лицами с ник-неймами «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», содержащая подробные указания по приобретению дома и его перепланировке под лабораторию, приобретению гаража для поставок сырья и химического оборудования для производства наркотика, инструкции по монтажу такого оборудования, по технологии производства наркотических средств, по утилизации отходов, обсуждение вопросов вознаграждения за проделанную работу, а также обнаружены фотоизображения от 25 ноября 2024 года, от 04, 12 и 18 декабря 2024 года, от 09, 10, 22 и 23 января 2025 года упаковок с наркотическими средствами в полиэтиленовых мешках и клетчатых сумках, и тайников, с нанесёнными на них географическими координатами и метками;
протоколом осмотра гаража по адресу: <данные изъяты>, в ходе которого обнаружены металлические ёмкости, в одной из которых содержатся остатки прекурсора;
и иными доказательствами, содержащими объективные сведения о месте, времени и способе совершения преступлений.
Вид и масса наркотических средств и прекурсоров установлены судом на основании изучения и оценки справок об исследовании и заключений экспертов, отвечающих требованиям ст. 204 УПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».
Также в приговоре судом подробно изложены доказательства легализации (отмывания) ЛИЦО_1 денежных средств, в особо крупном размере, приобретённых в результате совершения преступления.
Исходя из разъяснений, содержащихся в пп. 6, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07 июля 2015 года № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем», под финансовыми операциями для целей ст.ст. 174, 174.1 УК РФ понимаются любые операции с денежными средствами (наличные и безналичные расчёты, кассовые операции, перевод или размен денежных средств, обмен одной валюты на другую и т.п.), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей. При этом, по смыслу закона, указанные финансовые операции и сделки заведомо для виновного маскируют связь легализуемого имущества с преступным источником его происхождения (основным преступлением). Цель придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретённым преступным путем, может проявляться в совершении финансовых операций по обналичиванию полученных преступным путём денежных средств, в том числе с использованием электронных средств платежа, а также счетов физических лиц, не осведомлённых о преступном происхождении соответствующих денежных средств.
Таким образом, для наличия состава преступления, предусмотренного ст. 174.1 УК РФ, не требуется обязательного вовлечения легализуемых денежных средств в экономический оборот, поскольку ответственность по указанной статье закона наступает при установлении самого факта совершения финансовых операций с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом.
Как верно отмечено судом, в принадлежащем ЛИЦО_1 ноутбуке, обнаружена переписка за период с июня 2024 года по 19 марта 2025 года, в которой осуждённый систематически сообщает лицу с ник-неймом «<данные изъяты>» о производстве наркотических средств и организации тайников с наркотиками массами 10-30 килограммов, о получении оплаты в криптовалюте (биткоины и монеро) на электронные кошельки, консультируется у лица с ник-неймом «yuliysezar», о способах «вывода» криптовалюты с электронных кошельков в наличные денежные средства, при этом 13 января 2025 года лицо с ник-неймом «<данные изъяты>» подтверждает, что с момента организации лаборатории ЛИЦО_1 произвёл более 300 килограммов наркотических средств, как ранее планировалось. В мобильном телефоне «Redmi», IMEI: <данные изъяты>, <данные изъяты>, обнаружена переписка осуждённого с абонентом «<данные изъяты>», из которой следует, что ЛИЦО_1 в периоды с 07 по 10 и с 23 по 24 декабря 2024 года, с 26 по 27 января 2025 года, с 16 по 17 февраля 2025 года при помощи Интернет-ресурса осуществил перевод на счёт обменного сайта «<данные изъяты>» имеющейся у него криптовалюты, которая была конвертирована в российские рубли на суммы 2 505 000 рублей, 2 950 500 рублей, 3 398 000 рублей, 1 824 000 рублей, соответственно, которые, в свою очередь были обналичены, доставлены курьером в г. Пермь, где в заранее оговорённом месте переданы осуждённому. При осмотре мобильного телефона «Redmi», IMEI1: <данные изъяты>, IMEI2: <данные изъяты>, принадлежащего ЛИЦО_1, обнаружены фотографии с изображением запечатанного сейф-пакета, а затем вскрытого сейф-пакета с находящимися в нём пачками российских рублей.
Сам осуждённый не отрицал, что за выполнение работы «химика-варщика» он получал от руководителей организованной преступной группы вознаграждение криптовалютой (биткоины и монеро) в размере, эквивалентном 300 $ за каждую неделю работы и дополнительно 300 $ за каждый килограмм произведённого наркотика на виртуальные неперсонифицированные кошельки, доступ к которым осуществлял по паролю. С момента оборудования лаборатории он произвёл около 10 «варок» наркотических средств, каждая составляла около 30 килограммов, наркотические средства передал соучастникам через оборудованные им тайники, а обнаруженное и изъятое у него наркотическое средство - производное N-метилэфедрона, массой не менее 92,823 грамма, осталось после изготовления основных партий. Понимая, что осуществлять операции с начисленной ему в качестве вознаграждения криптовалютой на территории Российской Федерации он не может, через обменный сайт он конвертировал её в российские рубли, а затем получал наличные денежные средства через курьера, после чего распоряжался ими, в том числе тратил на личные нужды, создавая видимость наличия официального источника дохода перед супругой.
Исходя из совокупности доказательств, суд пришёл к правильному выводу о том, что ЛИЦО_2, официально не трудоустроенный и не имеющий каких-либо легальных источников дохода, занимался производством наркотических средств, то есть их систематическим изготовлением периодически повторяющимися партиями, и за указанную преступную деятельность получал вознаграждение в виде электронной криптовалюты (биткоины и монеро), поступающее на неустановленные виртуальные счета (электронные неперсонифицированные кошельки), доступ к которым осуществлял по паролю. После чего, применяя банковские технологии, позволяющие избежать банковского контроля и возможности идентификации его и лиц, совершающих операции, ЛИЦО_1, используя счёт обменного сайта «<данные изъяты>», путём неоднократного проведения финансовых операций преобразовал (конвертировал) виртуальные активы в виде электронной криптовалюты (биткоины и монеро) в денежные средства – российские рубли на общую сумму не менее 10 677 500 рублей, обналичил денежные средства и получил их через курьера, тем самым придал правомерный вид владению, пользованию и распоряжению денежными средствами, полученными преступным путём от незаконного производства наркотических средств.
Период получения ЛИЦО_1 денежных средств совпадает с периодом занятия им деятельностью по незаконному производству наркотических средств с декабря 2023 года по 19 марта 2025 года.
Тот факт, что денежные средства в сумме 10 677 500 рублей в ходе предварительного расследования не обнаружены и не изъяты, не исключает виновность осуждённого в совершении преступления, поскольку она подтверждена совокупностью иных доказательств, а доводы кассационной жалобы адвоката об обратном несостоятельны.
Неустранимые сомнения в виновности осуждённого, требующие толкования в его пользу в соответствии с положениями ст. 14 УПК РФ, по уголовному делу отсутствуют.
Надлежащим образом установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия осуждённого по пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228.3, пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ. Выводы об этом, в том числе в части наличия квалифицирующих признаков, подробно мотивированы в приговоре. Оснований для иной квалификации содеянного, равно как и для оправдания ЛИЦО_1 либо прекращения уголовного преследования по реабилитирующему основанию не имеется.
Уголовным законом установлено, что наказание, назначаемое лицу, совершившему преступление, должно отвечать требованиям ст.ст. 6 и 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ. Эти и иные требования Общей части УК РФ судом выполнены.
При назначении ЛИЦО_1 наказания учтены характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, оконченных по ступени реализации преступного умысла, наличие смягчающих и отягчающего обстоятельств, данные о возрасте, состоянии здоровья, личности, семейном и материальном положении виновного, сведения о которых были известны из материалов дела и пояснений участников судебного разбирательства, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.
Обстоятельствами, смягчающими наказание осуждённого по каждому преступлению, в соответствии с чч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ признаны и учтены: наличие малолетних детей, статуса ветерана боевых действий, государственных наград, донорство крови, оказание помощи родителям пенсионного возраста, имеющим хронические заболевания, наличие заболевания у младшего ребенка, а по преступлениям, предусмотренным пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228.3 УК РФ также полное признание вины, раскаяние, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений.
При этом судами правомерно отклонены аргументы стороны защиты о необходимости признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства активного способствования ЛИЦО_1 раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, поскольку такое способствование материалами дела не подтверждено.
По смыслу уголовного закона в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, могут рассматриваться активные действия виновного, направленные на оказание помощи правоохранительным органам, при этом виновный предоставляет информацию ранее не известную органам следствия, изобличает других соучастников преступления, оказывает помощь в розыске имущества и т.д. При этом совершает действия добровольно, а не под давлением имеющихся улик.
Уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, было возбуждено 29 сентября 2025 года, и основаниями к его возбуждению послужили сведения, самостоятельно полученные органом следствия по результатам изучения информации, содержащейся на электронных носителях (ноутбуке и мобильных телефонах, изъятых у ЛИЦО_1)., подтверждающей факт легализации (отмывания) им денежных средств в сумме 10 677 500 рублей. Сам осуждённый о каких-либо важных обстоятельствах дела, ранее не известных органу следствия, не сообщил, был уличён в совершённом преступлении другими собранными по делу доказательствами, в связи с чем оснований полагать, что он активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, не имеется.
Других обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному признанию в качестве смягчающих наказание, сведения о которых были известны судам предыдущих инстанций, но оставлены ими без внимания, равно как и формального подхода к оценке перечисленных в приговоре обстоятельств, судебная коллегия не усматривает, а просьба осуждённого о переоценке их значимости и исключительности, противоречит требованиям ст. 6 УК РФ.
Отягчающим наказание обстоятельством по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 228.3 УК РФ, судом в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ, правильно признано совершение ЛИЦО_1 преступления в составе организованной группы. Иных обстоятельств, отягчающих наказание осуждённого, судом не установлено.
Не оставлены судом без внимания и данные о личности ЛИЦО_1, который ранее не судим, на учётах у врачей психиатра и нарколога не состоит, по месту учебы, службы и жительства охарактеризован с положительной стороны, является ветераном боевых действий, имеет ряд наград, в том числе награждён медалью Маршала Советского Союза ЛИЦО_3, проходил службу в Чеченской Республике, имеет троих малолетних детей, является донором крови, то есть все те сведения, на которые ссылается осуждённый в кассационной жалобе.
Выводы о назначении ЛИЦО_1 основного наказания в виде лишения свободы по преступлениям, предусмотренным пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228.3 УК РФ, и в виде исправительных работ по преступлению, предусмотренному пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, надлежащим образом мотивированы. Необходимости назначения осуждённому дополнительных видов наказаний суд не усмотрел.
Размер наказания по преступлению, предусмотренному пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, определён с учётом положений ч. 1 ст. 62, ст. 64 УК РФ, ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи, в связи с признанием судом совокупности смягчающих наказание обстоятельств исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности содеянного.
Кроме того, судом, со ссылкой на фактические обстоятельства дела и данные о личности осуждённого, обоснована невозможность применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1 УК РФ, а также ст. 64 УК РФ применительно к иным преступлениям. Выводы суда в данной части сомнений в правильности не вызывают. Условное осуждение с учётом невозможности исправления ЛИЦО_1 без реального отбывания наказания, судом отвергнуто.
Правила ч. 3 ст. 69 УК РФ при определении окончательного наказания применены правильно.
Назначенное ЛИЦО_1 наказание за каждое из совершённых преступлений и по их совокупности соразмерно содеянному, полностью отвечает принципу индивидуализации уголовной ответственности, целям восстановления социальной справедливости, исправления виновного и предупреждения совершения им новых преступлений, требованиям ст. 60 УК РФ, а потому является справедливым. Все приведённые стороной защиты доводы о чрезмерной суровости наказания носят исключительно субъективный характер и не свидетельствуют о нарушении уголовного закона.
Вид исправительного учреждения судом определён в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ правильно.
Срок отбывания наказания и зачёт времени содержания ЛИЦО_1 под стражей в срок лишения свободы исчислены верно.
Вопреки аргументам кассаторов, денежные средства и имущество ЛИЦО_4 Д.А конфискованы при наличии оснований и условий, предусмотренных нормами главы 15.1 УК РФ.
В силу императивных требований закона, деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступлений, предусмотренных ст.ст. 174.1, 228.1 УК РФ (п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ), а также орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому (п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ), подлежат конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора.
Установив, что осуждённый совершил финансовые операции с денежными средствами в сумме 10 677 500 рублей, полученными в результате совершения преступления, связанного с незаконным производством наркотических средств, придав правомерный вид их владению, пользованию и распоряжению, суд правильно конфисковал их в собственность государства. То обстоятельство, что денежные средства не были изъяты и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств, на них не был наложен арест, не препятствовало конфискации, поскольку применённые судом положения ст. 104.2 УК РФ, предусматривают конфискацию денежных средств или иного имущества взамен предмета, конфискация которого невозможна вследствие его использования или по иной причине.
Кроме того, установив, что при совершении преступлений ЛИЦО_1 использовал мобильные телефоны, ноутбук, маршрутизатор, WI-FI роутер, вакууматор; гараж по адресу: <данные изъяты>, куда доставлялись прекурсоры и оборудование для производства наркотических средств; земельный участок с домовладением, гаражом и иными хозяйственными постройками по адресу: <данные изъяты>, где им была оборудована лаборатория по производству наркотических средств; автомобиль «Toyota Corolla», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и прицеп с тентом, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на которых он осуществлял перевозку прекурсоров и оборудования для производства наркотических средств из гаража в лабораторию, суды верно расценили их как оборудование и иные средства совершения преступления, и конфисковали в собственность государства на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.
Не вызывает сомнений и решение о конфискации на основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ мини-экскаватора «<данные изъяты>» и автомобиля «Cherry Tiggo 4 Pro», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, по тем основаниям, что названные транспортные средства были приобретены осуждённым на денежные средства, полученные в результате совершения преступлений.
При этом суды предыдущих инстанций исходили из того, что ЛИЦО_1, уволившийся с основного места работы с 30 марта 2024 года, с этого времени не имеющий легального источника дохода, 08 августа 2024 года, то есть в период осуществления им преступной деятельности по производству наркотических средств, приобрёл на своё имя по договору купли-продажи автомобиль «Cherry Tiggo 4 Pro», стоимостью 1 781 468 рублей (с учётом всех скидок), за счёт заёмных средств банка оплатил 1 123 000 рублей от стоимости автомобиля, при этом доказательства того, что первоначальный взнос и последующая оплата кредита производились не им, а иными лицами, в частности его супругой, в материалы дела не представлены. С учётом изложенного, суды справедливо расценили оформление кредитного договора, как желание придать правомерный вид приобретению автомобиля.
Покупка мини-экскаватора также была осуществлена за счёт денег, поступивших от преступной деятельности, о чём осуждённый прямо сообщал в переписке от 13 марта 2025 года руководителю организованной преступной группы, отмечая, что у него осталось ещё 8 000 000 рублей, а мини-экскаватор он намерен использовать для утилизации отходов от производства наркотических средств.
Таким образом, выводы судов о конфискации имущества подробно мотивированы, подтверждаются исследованными доказательствами и соответствуют разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве».
В апелляционном порядке уголовное дело рассмотрено в соответствии с требованиями гл. 45.1 УПК РФ. При этом судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в пределах предоставленных уголовно-процессуальным законом полномочий, проверила законность, обоснованность и справедливость приговора, дала надлежащую оценку всем приведённым в апелляционном представлении прокурора и апелляционных жалобах осуждённого и его защитника аргументам, изложив в апелляционном определении убедительные мотивы принятого решения в соответствии с требованиями ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, в том числе в части внесённых изменений. Новых доводов, которые не являлись бы предметом проверки судов предыдущих инстанций, в кассационных жалобах не приведено.
При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения кассационных жалоб судебная коллегия не усматривает.
Руководствуясь ст.ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 17 ноября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 03 марта 2026 года в отношении ЛИЦО_1 оставить без изменения, кассационные жалобы осуждённого и его адвоката – без удовлетворения.
Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.
Председательствующий
Судьи