Определение Конституционного Суда РФ от 30.06.2026 № 1946-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1 на нарушение его конституционных прав частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской ЛИЦО_4, а также отдельными положениями статей 9 и 6110–6112 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» город Санкт-Петербург 30 июня 2026 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_7, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина ЛИЦО_5 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_3ЛИЦО_1 оспаривает конституционность части 2 статьи 69 «Основания освобождения от доказывания» АПК Российской ЛИЦО_4, а также абзаца шестого пункта 1 статьи 9 «Обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд», пункта 1 статьи 6110 «Контролирующее должника лицо», подпункта 1 пункта 2 статьи 6111 «Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов», пункта 1 статьи 6112 «Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления 2 должника» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Как следует из представленных материалов, в рамках дела о банкротстве хозяйственного общества – застройщика определением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, ЛИЦО_6 наряду с иными лицами привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в части определения размера субсидиарной ответственности производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Исходя из имеющихся в деле доказательств, обстоятельств, подтвержденных судебными актами арбитражных судов по иным делам, суды установили, что ЛИЦО_6 – конечный бенефициар должника, являвшийся в отдельный юридически значимый период участником должника (с долей участия 42,51 процента) и сохраняющий над ним контроль, в том числе через контроль и участие в организациях, входивших в одну группу лиц с должником и являвшихся его учредителями и контрагентами. Суды, в частности, отметили, что заявитель: контролировал хозяйственное общество, в пользу которого совершались повлекшие причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов сделки должника, связанные с выводом его ликвидного имущества, денежных средств, включая средства участников долевого строительства («центр прибыли»); был, кроме того, непосредственно вовлечен в хозяйственную деятельность должника и имел возможность давать прямые указания последнему и его мажоритарному участнику; при наличии указанной возможности не обеспечил в условиях наступления объективного банкротства исполнения органами управления должника обязанностей, связанных с подачей в арбитражный суд заявления о банкротстве должника. При этом суды критически оценили доводы ЛИЦО_5 об отсутствии вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, в связи с возвратом части имущества должника в конкурсную массу в результате признания ряда сделок должника недействительными и применения последствий их 3 недействительности, указав, в числе прочего, что сделки, которыми причинен существенный вред кредиторам, совершены на сумму, в несколько раз превышающую размер требований кредиторов, включенных в реестр. Определением судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_4, с которым согласился заместитель его ЛИЦО_2, заявителю отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда. По мнению ЛИЦО_5, оспариваемые нормы противоречат статьям 17 (часть 3), 19 (часть 2), 35 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской ЛИЦО_4 в той мере, в какой позволяют: сделать вывод о наличии у привлекаемого к субсидиарной ответственности лица статуса лица, контролирующего должника, без исследования доводов и доказательств, свидетельствующих об обратном, приняв без доказывания вывод суда, сделанный в рамках другого арбитражного дела, об аффилированности привлекаемого к ответственности лица с лицом, входящим в одну группу лиц с должником; привлечь контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности за совершение этим лицом (по его указанию) сделки по отчуждению имущества должника третьим лицам в ситуации, когда данная сделка уже признана судом недействительной, а переданное по ней имущество возвращено в конкурсную массу должника, а также за неисполнение должником обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве без установления всех признаков, характеризующих наступление объективного банкротства; констатировать факт недобросовестного распределения денежных средств внутри группы лиц (от «центра убытков» к «центру прибыли») по одному лишь факту совершения должником платежей в пользу иного участника группы без установления факта неравноценности встречного предоставления с его стороны и, соответственно, наличия причиненного должнику в результате этих операций вреда. 4 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Оспариваемые положения статей 9 и 6112 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» – относящие к основаниям возникновения обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд его соответствие признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и предусматривающие в случае неисполнения данной обязанности субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд, – направлены на обеспечение своевременности рассмотрения заявления должника, создание условий для предотвращения негативных последствий дальнейшего усугубления его финансово- экономического состояния и принятия предусмотренных данным Федеральным законом мер в целях справедливого обеспечения экономических и юридических прав реальных и потенциальных кредиторов. Эти положения действуют во взаимосвязи с иными нормами того же Федерального закона, в том числе определяющими признаки недостаточности имущества должника и его неплатежеспособности (абзацы тридцать шестой и тридцать седьмой статьи 2), и в соответствующей части не содержат неопределенности, затрудняющей их правильное применение судом, в том числе установление на основе доказательств наличия соответствующих признаков на определенный момент. Согласно прилагаемым к жалобе судебным актам при установлении даты возникновения обязанности по подаче заявления должника судами наряду с иными доказательствами были учтены доказательства завершения до возбуждения дела о банкротстве должника ряда осуществлявшихся в его отношении исполнительных производств в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить 5 сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей. В целях обеспечения определенности в вопросе об отнесении того или иного лица к числу контролирующих должника лиц и защиты имущественных интересов кредиторов должника статья 6110 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определяет признаки контролирующего должника лица и устанавливает ряд обусловленных объективными особенностями корпоративных отношений правовых презумпций, позволяющих предположить осуществление лицом такого контроля при доказанности лежащих в основаниях презумпций фактических обстоятельств. Как по своему буквальному смыслу, так и с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 3–7 постановления Пленума Верховного Суда Российской ЛИЦО_4 от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», нормы данной статьи, включая ее пункт 1, не допускают произвольного признания лица контролирующим должника при наличии доказательств, опровергающих осуществление такого контроля. Не предполагает произвольного применения и оспариваемый заявителем подпункт 1 пункта 2 статьи 6111 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», относящий к основаниям субсидиарной ответственности контролирующего должника лица причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 612 и 613 данного Федерального закона. Обеспечивая защиту имущественных прав кредиторов и соблюдение контролирующим должника лицом закрепленных в гражданском законодательстве стандартов добросовестного и разумного поведения, это регулирование корреспондирует положениям статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской ЛИЦО_4. 6 Учитывая, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае возможно лишь при наличии состава гражданского правонарушения (постановления Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 от 8 декабря 2017 года № 39-П, от 5 марта 2019 года № 14-П, от 7 февраля 2023 года № 6-П и др.), оспариваемые положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в том числе по их буквальному смыслу, требуют установления судом всех фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возможность их применения, в частности всех элементов деликта, включая факт наступления вреда, противоправность поведения контролирующего должника лица, причинно- следственную связь между его действиями (бездействием) и наступлением неблагоприятных последствий, а также вину указанного лица, добросовестность и разумность его действий. Это предполагает обязанность суда исследовать по существу все фактические обстоятельства дела, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения норм, что в значительной степени обеспечивается положениями процессуального законодательства о доказательствах и доказывании. При этом часть 2 статьи 69 АПК Российской ЛИЦО_4, закрепляющая положение о том, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица, конкретизирует общие положения арбитражного процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных актов, позволяет исключить существование противоречащих друг другу судебных актов и тем самым служит гарантией обеспечения законности таковых в условиях действия принципа состязательности. Данная норма вместе с тем не препятствует сторонам в обоснование своих требований и возражений представлять суду любые относимые, допустимые и достоверные доказательства – к числу которых может быть отнесено и 7 решение арбитражного суда по ранее рассмотренному делу (статьи 64 и 75 АПК Российской ЛИЦО_4), – которые оцениваются судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании доказательств (статья 71 данного Кодекса). Как следует из представленных материалов, в конкретном деле с участием заявителя вывод о его отнесении к числу контролирующих должника лиц был обоснован судами не исключительно ссылками на судебные акты по другим делам, но также иными имеющимися в деле доказательствами. Таким образом, оспариваемые законоположения, не предполагающие их произвольного применения, не могут расцениваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права ЛИЦО_5. Проверка же обоснованности выводов арбитражных судов о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности, на что фактически направлены доводы заявителя, сопряжена с исследованием и оценкой доказательств, установлением фактических обстоятельств дела и к компетенции Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 не относится (статья 125 Конституции Российской ЛИЦО_4 и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4»). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_4», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_4 признается допустимой. 8 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_4ЛИЦО_7 № 1946-О