78RS0004-01-2024-001080-63
ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
№ 88-15952/2026
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Санкт-Петербург 5 октября 2026 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Козловой Е.В.,
судей Аносовой Е.А., Смирновой О.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-75/2025 по иску [нет данных] к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» к [нет данных] о взыскании неосновательного обогащения по кассационной жалобе [нет данных] на решение Зеленогорского районного суда города Санкт-Петербурга от 28 октября 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 24 марта 2026 г.
Заслушав доклад судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции Смирновой О.В., объяснения представителя [нет данных] адвоката ЛИЦО_1, поддержавшего доводы кассационной жалобы, представителей общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» по доверенностям [нет данных], [нет данных], возражавшие против удовлетворения кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации ЛИЦО_2, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
установила:
[нет данных] обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» (далее – ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург»), с учётом уточнения исковых требований, просила признать увольнение незаконным; восстановить на работе в должности заместителя начальника отдела по внешним связям службы протокола; взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с 2 мая 2024 г. в размере 2 621 941 руб. 80 коп., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., судебные расходы в размере 3 000 руб.
В обосновании своих требований указала, что приказом от 2 мая 2024 г. о расторжении с ней трудового договора работодателем была нарушена процедура увольнения: на момент принятия решения о сокращении её должности 12 февраля 2024 г. она являлась нетрудоспособной; работодатель не уведомил надлежащим образом о предстоящем сокращении занимаемой ею должности, направленные ей уведомления она не получала; ей не были предложены все имеющиеся вакансии; не получено согласие профсоюзной организации; с приказом о прекращении трудового договора от 2 мая 2024 г. в день увольнения она не ознакомлена, копию приказа и трудовую книжкуей не выдали; в день увольнения, 2 мая 2024 г., она была нетрудоспособна,в этот ей был открыт электронный листок нетрудоспособности.
ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» обратилось кВасильевой А.В. со встречным иском о взыскании неосновательного обогащения в размере 749 941 руб. 86 коп. в виде оплаты пособия по временной нетрудоспособности за период с 1 мая 2022 г. по 30 июня 2024 г., государственной пошлины в размере 19 999 руб.
Решением Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 28 октября 2025 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 24 марта 2026 г., в удовлетворении исковых требований [нет данных] и встречных требований ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» отказано.
В кассационной жалобе [нет данных] ставится вопрос об отмене судебных постановлений в части отказа в удовлетворении исковых требований.
Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебных постановлений, предусмотренных статьёй 379.7 Гражданского процессуального кодекса (далее – Гражданский процессуальный кодекс).
Судом при рассмотрении дела установлено, что [нет данных] с 22 декабря 2014 г. работала в ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург», с 4 мая 2016 г. в должности заместителя начальника отдела по внешним связям Службы протокола.
7 февраля 2024 г. генеральным директором ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» издан приказ № 82 «О проведении организационно-штатных мероприятиях в составе Службы протокола», согласно которому в целях приведения штатной численности службы протокола с соответствие организационной структурой, исключена из штатного расписания отдела по внешним связям Службы протокола должность заместителя начальника отдела. Данное сокращение согласовано с заместителем Председателя Правления и утверждено приказам генерального директора от 8 сентября 2023 г.
С мая 2024 г. по настоящее время должность заместителя начальника отдела по внешним связям Службы протокола в штатном расписании ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» отсутствует. Трудовые функции этой должности переданы и выполняются начальником отдела по внешним связям Службы протокола.
Приказ от 7 февраля 2024 г. № 82 «О проведении организационно-штатных мероприятиях в составе Службы протокола» 12 февраля 2024 г. направлен [нет данных] почтой России по адресам, указанным в личной карточке работника: <адрес>, и <адрес>; направлены уведомления от 9 февраля 2024 г. № 28-1/2070 и № 28-1/2071 о предстоящем, в случае отказа от перевода на предложенные вакантные должности, увольнении 15 апреля 2024 г. Почтовые отправления истцом не получены, возвращены отправителю с отметкой «с истечением срока хранения в почтовом отделении».
12 февраля 2024 г. и 13 февраля 2024 г. [нет данных] на адрес её электронной почты «<адрес> направлены заказные письма о предстоящем увольнении и необходимости явки в отдел кадров. Доставка писем на электронный адрес [нет данных] выполнена.
Также 12 февраля 2024 г. [нет данных] указанные документы направлены на номер её телефона (№) посредством смс-сообщения и через мессенджер WhatsApp.
12 февраля 2024 г. в 16 часов 12 минут, от истца с её телефонного номера № поступил входящий звонок начальнику отдела по внешним связям службы протокола ФИО9, который длился 5 минут 32 секунды.
Допрошенный в судебном заседании судом первой инстанции свидетель ФИО9, пояснил суду, что работает начальником отдела внешних связей Службы протокола, ФИО1 была его заместителем, отношения с ней были рабочие. В её обязанности входил ежедневный анализ биржевого рынка природного газа для руководства. В 2022 г. она стала болеть. Из одного больничного в другой. Причин болезни он не знал, связи с ней не было, так как на звонки она никогда не отвечала, не уведомляла его и руководство об открытии больничного листа. Весь период отсутствия [нет данных] её обязанности он исполнял сам, справлялся, поэтому, по его мнению, руководством было принято решение о сокращении её должности.
12 февраля 2024 г. ФИО10 (начальник Службы протокола) попросила его уведомить [нет данных] о сокращении её должности. Он через мессенджер WhatsApp отправил ей весь пакет документов. После чего, через 15 минут, поступил входящий звонок от [нет данных] Она была крайне возмущена, говорила на повышенных тонах о том, что её не имеют права увольнять. Было понятно, что она получила документы о сокращении должности. Он попытался ей объяснить, но она не слушала, кричала, он, будучи с ней на связи, с телефоном пошел в кабинет к ФИО10, и передал ей трубку. В кабинете еще находилась ФИО11, ФИО10 по телефону сообщила истцу о предстоящем увольнении. [нет данных] продолжала громко возмущаться, это было слышно из телефонной трубки. После этого он видел [нет данных] один раз, когда она приходила за своими корпоративными подарками (Новый год, 8 марта). Личных вещей на работе у неё не было. Она молча забрала пакеты с подарками и ушла.
Допрошенная в судебном заседании судом первой инстанции свидетель ФИО10 поянила суду, что она работает начальником Службы протокола, непосредственным начальником [нет данных] был ФИО9 В отделе Службы протокола должна была быть сокращена 1 единица, наименее загруженной была именно ставка [нет данных] В начале февраля 2024 г. к ней в кабинет зашёл ФИО9 с телефонной трубкой, пояснив, что звонит [нет данных] с требованием объяснений относительно её увольнения. ФИО10 спокойно объяснила [нет данных] причины увольнения, однако [нет данных] громко кричала, возмущалась предстоящем сокращением должности, угрожала судом. После этого разговора [нет данных] всех коллег заблокировала.
Свидетель ФИО11 в судебном заседании суда первой инстанции пояснила суду, что она работает заместителем начальника Службы протокола. С [нет данных] отношения были ровные, рабочие. После приказа о сокращении должности [нет данных], ей (свидетелю) было поручено уведомить об этом истца. Ею были осуществлены звонки на мобильный телефон [нет данных], но на звонки она не ответила. До ухода на больничный в 2022 г., с ней общались по всем рабочим вопросам через мессенджер WhatsApp, поэтому направили ей уведомление через мессенджер, однако уведомления о прочтении не было. В связи с этим ФИО9 направил уведомление через мессенджер не со своего номера, а с чужого, и тогда [нет данных] прочитала сообщение, а затем перезвонила в ярости ФИО9 с требованием объяснений причин сокращения должности. Объяснения в её ([нет данных]) присутствии по телефону были даны ФИО10, [нет данных] громко возмущалась, кричала, ругалась. Было понятно, что такая реакция вызвана тем, что [нет данных] узнала о сокращении должности.
Согласно выписке от 19 февраля 2024 г. № 02/1, члены первичной профсоюзной организации «Газпром трансгаз Санкт-Петербург», рассмотрев вопрос о предстоящем сокращении штатной единицы «заместитель начальника отдела» отдела по внешним связям Службы протокола работника, являющегося членом профсоюзной организации, постановили: согласиться с проведением мероприятий по сокращению данной штатной единицы. При этом работодателем были соблюдены сроки уведомления, установленные частью первой статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации, и процедура получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, в соответствии со статьёй 373 Трудового кодекса Российской Федерации.
В установленный законом срок ответчик проинформировал государственную службу занятости о предстоящем сокращении численности штата, направив в Центр занятости населения, через портал Работа России соответствующие электронные отчеты от 13 февраля 2024 г., от 25 апреля 2024 г., от 2 мая 2024 г.
Запланированное на 15 апреля 2024 г. сокращение штатной единицы было отложено работодателем, в связи с временной нетрудоспособностью [нет данных], затем отпуском. В период сокращения должности истцу были предложены все вакантные должности, которые соответствовали ее квалификации и образованию – после окончания обучения в вузе имеет квалификацию бакалавра по специальности «регионоведение».
В первый рабочий день после отпуска, приказом от 2 мая 2024 г. № 595-к трудовой договор с [нет данных] расторгнут по инициативе работодателя, на основании пункта 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, сокращение штата работников организации.
На приказе имеется отметка «о невозможности ознакомить работника под подпись ввиду его отсутствия на рабочем месте в день увольнения 2 мая 2024 г.». 2 мая 2024 г. составлены акты об отсутствии [нет данных] на рабочем месте без указания причин и об отсутствии возможность ознакомить ее под подпись с приказом об увольнении.
2 мая 2024 г. приказ об увольнении, уведомление о прекращении трудового договора и необходимости явки в отдел кадров направлены [нет данных]: мессенджер WhatsApp на ее мобильный номер– +№. на электронную почту <адрес> заказными письмами по адресам, указанным в личной карточке: Санкт-Петербург, <адрес>. Почтовые отправления истцом не получены, возвращены работодателю с отметкой «за истечением срока хранения в почтовом отделении».
2 мая 2024 г. с [нет данных] произведены окончательные денежные расчёты в связи с увольнением путём перевода денежных средств на лицевой счёт истца.
Из личной карточки работника ООО «Газпром трансгаз Санкт- Петербург» [нет данных] усматривается, что она зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес>, фактически проживает по адресу: <адрес>. Иных адресов места проживания [нет данных] у работодателя не имеется.
В соответствии с приказом ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» от 13 марта 2017 г. № 96 «О предоставлении персональных данных» работники общества обязаны в течение 10 рабочих дней со дня изменения персональных данных (ФИО, паспортные данные, адреса регистрации и проживания) уведомлять отдел кадров об изменениях персональных данных.
С приказом [нет данных] ознакомлена под подпись 13 марта 2017 г.
Из материалов дела усматривается, что [нет данных] фактически не выходила на работу с 29 ноября 2022 г., то есть длительный период времени отсутствовала на рабочем месте, не исполняла трудовые обязанности, оформляя листки нетрудоспособности (всего 43 листка) в различных медицинских учреждениях г. Санкт-Петербурга и других регионах страны, при этом прерывая листки временной нетрудоспобности на выходные и праздничнее дни, а также дни отпуска в соответствии с графиком отпусков. Весь этот период времени [нет данных] на связь с работодателем не выходила, на телефонные звонки не отвечала, что лишало работодателя возможности понимания и планирования дальнейших трудовых взаимоотношений с работником.
2 мая 2024 г. около 16.00 ч. ООО «Ава-Петер» [нет данных] был открыт электронный листок нетрудоспособности № на период временной нетрудоспособности с 2 мая 2024 г. по 8 мая 2024 г. в связи с заболеванием. С 30 мая 2024 г. вплоть до рождения ребёнка, 18 марта 2025 г., истец являлась беременной.
За трудовой книжкой истец обратилась в отдел кадров 20 декабря 2024 г., спустя месяц после обращения с иском в суд (25 ноября 2024 г.).
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 81, частью первой статьи 82, статьёй 373 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из реального проведения организационно-штатных мероприятиях в составе Службы протокола, в результате которых, занимаемая истцом должность сокращена.
Принимая во внимание, что с 29 ноября 2022 г., что истец отсутствовала на рабочем месте и не исполняла трудовые обязанности, оформляя листки временной нетрудоспособности, при этом прерывая их на выходные и праздничные дни, а также реализуя право на ежегодные отпуска, работодатель, используя различные способы уведомления работника о предстоящем увольнении, предлагая вакансии соответствующие ее образованию и квалификации, произвел увольнение работника, достоверно знавшей о предстоящей дате прекращения трудовых отношений, открывшей электронный листок временной нетрудоспособности около 16.00 часов в день увольнения, после издания приказа об увольнении.
Суд первой инстанции, указывая на запрет законодателя увольнять работника по инициативе работодателя в период временной нетрудоспособности, вместе с тем признал наличие в действиях истца недобросовестного поведения, оценивая её отношение к труду, уклонение от взаимодействия с работодателем, что лишало его понимания и планирования дальнейших трудовых взаимоотношений.
Разрешая ходатайство ответчика о применении к заявленным требованиям срока обращения в суд, руководствуясь частями первой и третьей статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции признал пропущенным установленный законодателем срок на реализацию права на судебную защиту, как самостоятельное основание отказа в удовлетворении исковых требований, отклоняя доводы истца о наличии уважительных причин для его восстановления – состояние беременности, протекавшей с осложнениями, указывая на продолжительность необращения в суд (более 6 месяцев), непринятие иных мер защиты, в частности обращение в суд через представителя.
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции полагает, что выводы, содержащиеся в судебных постановлениях, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нормам материального права.
Ставя вопрос об отмене судебных актов, истец указывает о необоснованном применении к заявленным требованиям срока обращения в суд, подлежащего восстановлению при наличии уважительности причин его пропуска, ссылаясь на особенности протекания беременности и необходимость исчисления начала течения срока с даты получения приказа об увольнении – 25 октября 2024 г.
В соответствии с частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора – в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса).
В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи.
Оценивая доводы [нет данных] об уважительности причин пропуска срока обращения в суд за восстановлением нарушенных прав, суд первой и апелляционной инстанций исходили из своевременного и надлежащего извещения работника о предстоящем сокращении занимаемой ей должности, увольнении.
Из анализа представленных [нет данных] документов о протекании беременности следует, что: на приеме врача-кардиолога 19 июля 2024 г. в СПб ГБУЗ «Родильный дом № 13» состояние [нет данных] оценивается как удовлетворительное, [нет данных] жалобы не предъявляет; при осмотре врачом терапевтом 24 сентября 2024 г. в Женской консультации ЛПУ «Родильный дом № 2» указаны только жалобы на эмоциональную лабильности (склонность к резкой смене настроения); 30 июля 2024 г. в дневниковой записи осмотра беременной женщины в ЛПУ «Родильный дом № 2» рекомендовано соблюдение «обычного режима»; 23 августа 2024 г. в дневниковой записи осмотра беременной женщины в ЛПУ «Родильный дом № 2» рекомендовано соблюдение «обычного режима»; 24 сентября 2024 г. в дневниковой записи осмотра беременной женщины в ЛПУ «Родильный дом № 2» жалобы только на эмоциональный стресс, рекомендовано соблюдение «обычного режима»; 18 октября 2024 г.в дневниковой записи осмотра беременной женщины в ЛПУ «Родильный дом № 2» жалобы на изжогу, рекомендовано соблюдение «обычного режима»; 18 февраля 2025 г. на приеме врача-акушера-гинеколога беременной в Многопрофильной клинике Сестрорецкой указан диагноз пациента по Международной классификации болезней: <данные изъяты> Наблюдение за течением другой нормальной беременностью; 4 марта 2025 г. в дневниковой записи осмотра беременной женщины в ЛПУ «Родильный дом № 2» жалобы на момент осмотра отсутствуют, рекомендовано соблюдение «обычного режима».
Принимая во внимание, медицинские сведения о протекании беременности истца, обратившейся в суд 25 ноября 2024 г. также в период беременности, осуществлявшей ведение дела через представителя, учитывая продолжительность пропуска срока, суд правомерно признал его пропущенным без уважительных причин.
Доводы кассационной жалобы об отсутствии согласия профсоюзной организации о сокращении занимаемой должности ООО «Газпром трансгаз Санкт-Петербург» являются несоответствующими требованиям действующего трудового законодательства и фактическим обстоятельствам дела.
Как следует из материалов дела, работодателем соблюдены сроки уведомления, установленные частью первой статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации, выборного профсоюзного органа данной организации о предстоящем сокращении штата работников, а также процедура учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьёй 373 того же Кодекса.
13 февраля 2024 г. в адрес первичной профсоюзной организации «Газпром трансгаз Санкт-Петербург профсоюз – Аппарат управления» работодателем направлено уведомление о предстоящем сокращении штатной единицы «заместитель начальника отдела» отдела по внешним связям Службы протокола и запрос мотивированного мнения по вопросу расторжения трудового договора с работником, являющегося членом Профсоюзной организации (т.2 л.д. 28).
Профсоюзная организация рассмотрела этот вопрос и направила работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. В протоколе от 19 февраля 2024 г. № 02/1 указано, что профсоюзная организация выражает согласие с проведением мероприятий по сокращению штатной единицы «заместитель начальника отдела» отдела по внешним связям Службы протокола, работника аппарат управления, являющегося членом Профсоюзной организации в структурном подразделении на основании приказа от 7 февраля 2024 г. № 82 с последующим увольнением работника по пункту 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (т.2, л.д. 29-30).
Работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор в срок не позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. В указанный период не засчитываются периоды временной нетрудоспособности работника, пребывания его в отпуске и другие периоды отсутствия работника, когда за ним сохраняется место работы (должность) (часть пятая статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации).
Поскольку с 12 февраля 2024 г. по 26 апреля 2024 г. [нет данных] оформлялись листы нетрудоспособности за исключением выходных и праздничных дней, расторжение трудового договора работодателем произведено с соблюдением установленных сроков и процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.
Иные доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с оценкой судом показаний свидетелей об обстоятельствах уведомления работника о предстоящем увольнении, ссылаясь на их заинтересованность в исходе дела, поскольку они состоят в трудовых отношениях с ответчиком, отклоняются судом кассационной инстанции, так как не свидетельствуют о нарушении норм процессуального права – статьи 67 Гражданского процессуального кодекса, определяющей требования к оценке доказательств на предмет их соответствия принципам относимости и допустимости, устанавливая достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В соответствии с частью 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.
При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены вступивших в законную силу судебных актов.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
определила:
решение Зеленогорского районного суда города Санкт-Петербурга от 28 октября 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 24 марта 2026 г. оставить без изменения, кассационную жалобу [нет данных] – без удовлетворения.
Председательствующий
судьи
Мотивированное определение изготовлено 15 октября 2026 г.