Суды о дефиците лекарств и принудительных лицензиях
Разбираем ключевые дела 2026 года: от споров о выпуске аналогов при дефиците оригиналов до полномочий ФАС в патентных конфликтах.
Главное
- Заключение Россельхознадзора не является обязательным для выдачи лицензии, если нет утвержденной методики расчета дефицита.
- ФАС вправе признавать использование патента недобросовестной конкуренцией без прямой конкуренции сторон и отдельной экспертизы.
В 2022 году поставка ветеринарного препарата «Бравекто» в Россию прекратилась. Стороны сошлись в суде (дело № А41-75087/2025).
Арбитражный суд Московской области и апелляция разрешили выпуск аналога. Они установили дефицит препарата и сочли, что владельцы патентов злоупотребили четырехлетним иммунитетом от принудительного лицензирования. Суд по интеллектуальным правам отменил эти акты после постановления Конституционного суда по делу «Трикафты», направив спор на пересмотр из-за отсутствия заключения Россельхознадзора.
Верховный суд восстановил решения нижестоящих инстанций. Он указал, что закон не содержит закрытого списка доказательств дефицита, а отсутствие государственной методики расчета для ветеринарных препаратов не препятствует выдаче лицензии. Требование СИП (Суд по интеллектуальным правам) повторно проверять обстоятельства суды расценили как выход за пределы полномочий кассации.
Правообладатель «Интервет» использовал каскад заявок: из одной крупной выделялись новые, что позволяло продлевать период защиты по отдельным патентам. Молекула была запатентована еще в 2009 году, но в 2025–2026 годах формальный иммунитет по части из них сохранялся.
Другой важный прецедент касается полномочий ФАС. В деле № А40-264483/2024 компания «Аксельфарм» вводила в оборот дженерик «Инлиты» до истечения патента «Агурона». Три инстанции поддержали «Аксельфарм», посчитав, что служба не провела экспертизу. Верховный суд отменил эти решения.
ВС подтвердил: ФАС вправе опираться на совокупность доказательств, включая заключение патентного поверенного и данные реестра, не проводя отдельную экспертизу в каждом случае. Также суд разъяснил, что для признания недобросовестной конкуренции не требуется прямая конкуренция между правообладателем и нарушителем. Достаточно, чтобы действия нарушили интересы компании, поставляющей оригинал через дистрибьюторов. Важную роль сыграло противоречивое поведение «Аксельфарма», который сам просил принудительную лицензию, оспаривая при этом факт использования патента.
В деле № А40-185112/2022 по препарату «Трикафта» Конституционный суд в постановлении № 13-П уточнил критерии. Для выдачи лицензии суды должны оценивать реальную потребность, доступность цены и готовность заявителя организовать выпуск. Высокая цена сама по себе не доказывает злоупотребление, но учитывается в комплексе. Объем лицензии должен быть достаточным для устранения дефицита, но не больше.
Эксперты предупреждают правообладателей о новых рисках. Суды могут ожидать от компаний доказательств достаточного предложения товара, хотя формально бремя лежит на истце. Это делает защиту позиции сложнее и менее предсказуемой. Возможные стратегии: перенасыщение рынка, чтобы избежать претензий, или более осторожный запуск инновационных продуктов в РФ.
Статья редакции OpenLex. Текст подготовлен с помощью ИИ и сверен с источниками; юридическую силу имеет текст акта. © OpenLex — при цитировании ссылка на openlex.ru обязательна.
Источники
Обсуждение
Чтобы участвовать в обсуждении, войдите в аккаунт.
Обсуждения пока нет. Скажите первым, что здесь важно для практики.