Суды признают незаконными блокировки карт без указания конкретного признака риска

Практика 2025–2026 годов показывает: снять блокировку по 161-ФЗ реально, если правильно построить стратегию. Главная ошибка истцов — спорить с каждым банком, где открыт счет. Суды четко разграничивают роли: ответчиком выступает только банк, который направил сведения в Банк России. Остальные кредитные организации лишь исполняют требования регулятора и приостанавливают дистанционное банковское обслуживание (ДБО). Так, Вологодский городской суд в деле № 2-603/2026 отказал в требованиях к Сбербанку, ТБанку, Яндекс Банку и другим, указав, что они не являются инициаторами. Исключение — случай, когда инициатором выступает банк, не обслуживающий клиента. Ивантеевский городской суд (дело № 2-750/2026) обязал Банк Уралсиб направить заявление об исключении, поскольку именно он, по запросу МВД, внёс данные в базу.

Самый сильный аргумент — неспособность банка доказать конкретную причину блокировки. По закону банк обязан указать конкретный признак из Приказа Банка России от 27.06.2024 № ОД-1027. В деле № 2-603/2026 Вологодский суд признал действия Альфа-Банка незаконными, так как тот не представил обоснованной позиции по тому, какой именно признак был выявлен. Клиент при этом приложил скриншоты ордеров с биржи ByBit, переписку и выписки, подтвердившие легальность операций.

Второе самостоятельное основание для выигрыша — нарушение права на информацию. Банк обязан в установленные сроки предоставить документы и объяснения (ч. 7, 8 ст. 9 Закона о НПС). За молчание суды взыскивают компенсацию морального вреда и штраф по закону о защите прав потребителей. Курганский городской суд (дело № 2-7530/2025) обязал ВТБ предоставить разъяснения, а Тюменский районный суд (дело № 2-5275/2025) взыскал по 10 000 руб. с Альфа-Банка и Сбербанка за непредоставление запрошенных данных.

Если ограничение действует бессрочно при отсутствии обвинительного приговора, суд признаёт его несоразмерным. Ивановский районный суд (дело № 2-1021/2025) указал, что меры должны носить временный характер. Поскольку по делу не было установлено виновности, а клиент не был фигурантом в статусе обвиняемого, суд обязал ЦБ исключить данные, а Сбербанк — устранить блокировку. Первомайский районный суд Ижевска (дело № 2-4007/2025) действовал по той же логике: истец был свидетелем, а не подозреваемым, поэтому бездействие ТБанка, не направившего запрос на исключение, признано незаконным.

Доказательная база истца должна быть конкретной. Суды оценивают в совокупности скриншоты с криптоплощадок (ByBit, MEXC), выписки о зачислении средств и товарные накладные. Центральный районный суд Читы (дело № 2-288/2026) отметил транзакционное поведение клиента на основе представленных скриншотов и обязал Банк ПСБ направить в ЦБ информацию об отсутствии оснований для блокировки.

При подаче иска ссылаться следует на ст. 845, 858 ГК РФ, ч. 11.6–11.9 ст. 9 Закона о НПС, а также на Указание Банка России от 13.06.2024 № 6748-У. Если отношения являются потребительскими, добавляются ст. 15 и 13 Закона о защите прав потребителей. Практика неоднородна: одни суды (Ивановский, Читы) обязывают ЦБ напрямую исключать сведения, другие (Тюменский районный суд) отказывают, считая, что регулятор не вправе действовать без подтверждения от банков. Поэтому основной упор лучше делать на обязанность банка-инициатора направить мотивированное заявление об исключении. Размер компенсации морального вреда варьируется: от 3 000 руб. (Ивановский суд) до 50 000 руб. (Ленинский районный суд Ставрополя).