об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1 на нарушение ее конституционных прав частью четвертой статьи 1 и частью четвертой статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской ЛИЦО_3 город Санкт-Петербург 25 октября 2018 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в составе ЛИЦО_2ЛИЦО_6, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки ЛИЦО_4 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, у с т а н о в и л : 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 гражданка ЛИЦО_5 оспаривает конституционность части четвертой статьи 1 «Законодательство о гражданском судопроизводстве» и части четвертой статьи 61 «Основания для освобождения от доказывания» ГПК Российской ЛИЦО_3. Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, были частично удовлетворены исковые требования военного 2 прокурора к ЛИЦО_4 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением. При этом суды указали, в частности, на то, что факт совершения преступления ЛИЦО_4 подтвержден постановлением суда общей юрисдикции, которым уголовное преследование в отношении заявительницы по ее ходатайству было прекращено по нереабилитирующему основанию – вследствие истечения срока давности уголовного преследования. В передаче кассационной жалобы на указанные судебные постановления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано. Верховный Суд Российской ЛИЦО_3 возвратил кассационную жалобу без рассмотрения по существу. По мнению заявительницы, часть четвертая статьи 1 и часть четвертая статьи 61 ГПК Российской ЛИЦО_3 не соответствуют статьям 15, 19, 45, 49 и 55 Конституции Российской ЛИЦО_3 в той мере, в какой они допускают при рассмотрении искового заявления заинтересованного лица в порядке гражданского судопроизводства о возмещении ущерба, причиненного преступлением, применение нормы, регулирующей сходные отношения (аналогия закона), в случаях, когда в основу решения суда положено в качестве единственного доказательства постановление суда о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Применение аналогии закона обусловлено необходимостью восполнения пробелов в правовом регулировании тех или иных отношений. Закрепление подобного права в части четвертой статьи 1 ГПК Российской ЛИЦО_3 вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, поскольку невозможность применения норм права по аналогии при наличии неурегулированных 3 отношений привела бы к невозможности защиты прав граждан и, в конечном итоге, к ограничению их конституционных прав, а потому норма части четвертой статьи 1 ГПК Российской ЛИЦО_3 не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявительницы. Действующее законодательство не связывает наступление ответственности за причинение имущественного вреда исключительно с привлечением его причинителя к уголовно-правовой или административно- правовой ответственности. Конституционным Судом Российской ЛИЦО_3 в решениях неоднократно подчеркивалось, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 7 апреля 2015 года № 7-П и от 8 декабря 2017 года № 39-П). Вместе с тем Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 в Постановлении от 8 ноября 2016 года № 22-П отметил, что при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении ущерба, причиненного подвергавшимся уголовному преследованию лицом, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении в отношении этого лица уголовного дела на стадии досудебного производства в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, могут в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 ГПК Российской ЛИЦО_3 быть приняты судом в качестве письменных доказательств, которые – наряду с другими имеющимися в деле доказательствами – он обязан оценивать по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. 4 Указанная правовая позиция применима и к вопросам взыскания материального ущерба с лица, в отношении которого уголовное дело или уголовное преследование было прекращено на основании судебного постановления по нереабилитирующему основанию (в том числе в связи с истечением срока давности уголовного преследования).
Статья 61 ГПК Российской ЛИЦО_3 устанавливает, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, вступивший в законную силу приговор является обязательным применительно к вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (часть четвертая). Это не препятствует суду, рассматривающему дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, принять в качестве письменного доказательства постановление о прекращении в отношении него уголовного дела и оценить его наряду с другими доказательствами. Следовательно, часть четвертая статьи 61 ГПК Российской ЛИЦО_3 с учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, как направленная на обеспечение в условиях действия принципа состязательности законности выносимых судом постановлений, также не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявительницы в обозначенном в жалобе аспекте. Установление же оснований для применения оспариваемых ЛИЦО_4 законоположений, как и оценка правильности выбора норм права, подлежащих применению в конкретном деле, и возможности применения их по аналогии связаны с исследованием фактических обстоятельств дела с участием заявительницы, являются прерогативой соответствующих судов общей юрисдикции и не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3, как она определена в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_3 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3». 5 Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ЛИЦО_1, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_3», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_3 признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_3ЛИЦО_6 № 2647-О