Определение Конституционного Суда РФ от 29.04.2026 № 1185-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2 на нарушение их конституционных прав статьей 151, пунктом 4 статьи 167, статьями 169 и 395 Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_5, частью 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской ЛИЦО_5, а также пунктом 2 статьи 21311 и пунктом 3 статьи 21327 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» город Санкт-Петербург 29 апреля 2026 года Конституционный Суд Российской ЛИЦО_5 в составе ЛИЦО_3ЛИЦО_12, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы граждан ЛИЦО_6 и ЛИЦО_7 к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5, у с т а н о в и л : 1. ЛИЦО_4ЛИЦО_1 и ЛИЦО_8 оспаривают конституционность статьи 151 «Компенсация морального вреда», пункта 4 статьи 167 «Общие положения о последствиях недействительности сделки», статей 169 «Недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности» и 395 «Ответственность за неисполнение денежного обязательства» ГК Российской ЛИЦО_5, части 4 статьи 69 «Основания освобождения от доказывания» АПК Российской ЛИЦО_5, а также пункта 2 статьи 21311 «Последствия введения реструктуризации долгов 2 гражданина» и пункта 3 статьи 21327 «Порядок удовлетворения требований кредиторов гражданина» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Из представленных материалов следует, что приговором суда по уголовному делу, которым гражданин Т. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК Российской ЛИЦО_5, установлено, что ЛИЦО_9 и ЛИЦО_8, будучи в статусе обвиняемых по уголовному делу о получении взятки, в свою очередь, сами намеревались при посредничестве в том числе гражданина Т. передать взятку в виде денежных средств должностным лицам правоохранительных органов в обмен на прекращение уголовного преследования. Поскольку факт дальнейшей передачи денежных средств гражданином Т. установлен не был, а сам он не обладал статусом должностного лица, полномочия которого могли повлиять на уголовное преследование заявителей, действия гражданина Т. были квалифицированы как мошенничество. В рамках уголовного дела ЛИЦО_9 и ЛИЦО_8 заявляли к гражданину Т. гражданские иски, которые рассмотрены не были, при этом суд в мотивировочной части приговора указал, что признает за потерпевшими и гражданскими истцами ЛИЦО_10 и ЛИЦО_11 право на удовлетворение гражданских исков и передает вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Определением арбитражного суда в деле о банкротстве гражданина Т. сделки с участием заявителей по передаче денежных средств в качестве взятки признаны ничтожными, совершенными с целью, заведомо противной основам правопорядка, и влекущими общие последствия недействительности сделок, предусмотренные статьей 167 ГК Российской ЛИЦО_5, в виде двусторонней реституции; соответствующие требования заявителей в части взыскания переданных денежных средств, а также процентов на основании статьи 395 ГК Российской ЛИЦО_5, с учетом корректировки расчета арбитражным судом, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей 3 очереди, включенных в реестр. При этом арбитражный суд отказал в удовлетворении требований заявителей в части компенсации морального вреда. Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции, с которым согласился арбитражный суд округа, указанное определение отменено, в удовлетворении требований ЛИЦО_6, ЛИЦО_7 о включении задолженности в реестр требований кредиторов гражданина Т. отказано. Определением судьи Верховного Суда Российской ЛИЦО_5 отказано в передаче кассационной жалобы заявителей для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда. 1.1. По мнению заявителей, оспариваемые законоположения противоречат статьям 15 (часть 1), 17 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (часть 3), 45, 46 (часть 1), 47 (часть 1), 49 (часть 1), 52, 54 (часть 1), 55 и 751 Конституции Российской ЛИЦО_5 в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они наделяют суд правом существенным образом ограничить права потерпевших по уголовному делу путем такого толкования применяемых норм, которое не предполагалось законодателем, императивно установившим права и гарантии потерпевших по уголовному делу, позволяя отказать не осужденным потерпевшим, в условиях нарушения правил подсудности, во взыскании с осужденного всего похищенного, а также убытков и компенсации морального вреда, освободив его от любых гражданско-правовых последствий своих преступных деяний, в частности: статья 151 ГК Российской ЛИЦО_5 позволяет отказать в возмещении морального вреда потерпевшим от преступления, квалифицировав деяния последних как передачу взятки, т.е. фактически признав их виновными в совершении уголовно-наказуемого деяния, минуя установленные процедуры уголовного судопроизводства, а также, руководствуясь лишь судейским усмотрением, установить преступность (асоциальность) такого деяния; пункт 4 статьи 167 того же Кодекса позволяет не применять последствия недействительности ничтожной сделки, противной основам правопорядка и 4 нравственности, в виде двусторонней реституции, даже в том случае, когда инкриминируемые сторонам такой сделки действия имели место до вступления в силу данной нормы, предоставившей судам такое право; статья 169 ГК Российской ЛИЦО_5 позволяет рассматривать деяния лишь одной стороны сделки как противные основам правопорядка и нравственности, квалифицировав их как передачу взятки, фактически признав виновной в совершении уголовно-наказуемого деяния, минуя установленные процедуры уголовного судопроизводства, а также, руководствуясь лишь судейским усмотрением, установить преступность (асоциальность) такого деяния и отказать в защите права лишь одной стороне, оставив похищенное другой стороне такой антисоциальной сделки, в результате отсутствия правового механизма конфискации всего полученного осужденным по такой антисоциальной сделке в пользу государства; статья 395 названного Кодекса позволяет начислять проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму похищенного у потерпевших в результате мошенничества по правилам об обязательственных правоотношениях с даты вступления приговора суда в законную силу, а не по правилам о неосновательном обогащении с даты поступления похищенного в распоряжение осужденного; часть 4 статьи 69 АПК Российской ЛИЦО_5 не является по своему значению сходной с сопоставимой нормой Гражданского процессуального кодекса Российской ЛИЦО_5 (часть четвертая статьи 61), что приводит на практике к различной оценке одних и тех же доказательств и обстоятельств дела арбитражным судом и судом общей юрисдикции, к иному распределению бремени доказывания и, как следствие, к принятию противоположных судебных актов, поскольку допускает различный (не в пользу потерпевших) подход к пределам обязательности приговора суда при рассмотрении гражданских исков потерпевших от преступлений; пункт 2 статьи 21311 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предписывает рассматривать вопрос о возмещении вреда, причиненного преступлением, осужденным в пользу потерпевших в рамках 5 дела о банкротстве осужденного по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской ЛИЦО_5, а также предписывает оставлять без рассмотрения находящиеся в производстве суда общей юрисдикции гражданские иски о возмещении вреда, причиненного преступлением, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве осужденного и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов осужденного; пункт 3 статьи 21327 того же Федерального закона устанавливает иной (не в пользу потерпевшего) подход к очередности погашения должником обязательств из причинения вреда преступлением, понижая ее по сравнению со сходной нормой пункта 1 части 1 статьи 111 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». 2. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_5, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Положения статьи 151 ГК Российской ЛИЦО_5, предусматривающие возможность взыскания денежной компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий), причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, направлены на защиту прав граждан и не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права и свободы (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 от 3 июля 2008 года № 734-О-П, от 24 октября 2019 года № 2800-О, от 30 октября 2025 года № 2729-О и др.). Конституционный Суд Российской ЛИЦО_5 неоднократно отмечал, что нормы статьи 167 ГК Российской ЛИЦО_5, закрепляя общие положения о гражданско-правовых последствиях недействительности сделки, согласуются с предписанием статьи 15 (часть 2) Конституции Российской ЛИЦО_5 об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской ЛИЦО_5 и законы, направлены на защиту имущественных интересов участников гражданского оборота (определения от 6 21 мая 2015 года № 1164-О, от 27 сентября 2018 года № 2290-О, от 21 июля 2022 года № 1859-О, от 25 апреля 2023 года № 857-О и др.), а ее пункт 4, предусматривающий, что суд вправе не применять последствия недействительности сделки (предусмотренные пунктом 2 данной статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности, призван не допустить применения права в противоправных целях. Конституционный Суд Российской ЛИЦО_5 также отмечал, что статья 169 ГК Российской ЛИЦО_5 направлена на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения антисоциальных сделок (определения от 23 октября 2014 года № 2460-О, от 24 ноября 2016 года № 2444-О, от 25 октября 2018 года № 2572-О и др.), при этом антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий (определения от 8 июня 2004 года № 226-О и от 29 ноября 2024 года № 3217-О). Предусмотренное же названной статьей Гражданского кодекса Российской ЛИЦО_5 правило о том, что в случаях, определенных законом, суд может взыскать в доход Российской ЛИЦО_5 все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом, отсылает к иным нормам и – преследуя цель наказания за противоправное поведение, а не восстановление имущественного положения всех сторон сделки, как это имеет место при применении двусторонней реституции, – согласуется с позицией Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5, который подчеркивал, что закрепленные в статье 35 Конституции Российской ЛИЦО_5 гарантии права собственности предоставляются лишь в отношении права, принадлежащего субъектам на законных основаниях (постановления от 11 марта 1998 года № 8- П, от 24 марта 2017 года № 9-П, от 11 ноября 2021 года № 48-П и др.). 7 Институт взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, предусмотренный положениями статьи 395 ГК Российской ЛИЦО_5, является элементом механизма возмещения убытков, причиненных кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, и тем самым с учетом его места в системе действующего правового регулирования направлен на защиту имущественных интересов лица, чьи денежные средства незаконно удерживались (постановления Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 от 4 апреля 2024 года № 15-П и от 15 октября 2024 года № 46-П; определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 от 12 ноября 2019 года № 2966-О, от 30 марта 2023 года № 597-О, от 30 января 2024 года № 163-О и др.). Часть 4 статьи 69 АПК Российской ЛИЦО_5 предусматривает, что вступившие в законную силу приговор и иные постановления суда по уголовному делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Вопреки доводам заявителей, данное положение не определяет пределов обязательности вступивших в законную силу приговора и других постановлений суда по уголовному делу в арбитражном процессе иным образом, чем это делает часть четвертая статьи 61 ГПК Российской ЛИЦО_5 применительно к гражданскому процессу. Только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в системе действующего правового регулирования имеют преюдициальное значение, что не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 20 декабря 2016 года № 2640-О, от 27 сентября 2018 года № 2396-О, от 27 декабря 2022 года № 3431-О, от 26 сентября 2024 года № 2290-О и др.). Если же во вступившем в законную силу приговоре принято решение по существу гражданского иска – в том числе в случае, когда такой иск разрешен в отношении права на возмещение вреда, а вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского 8 судопроизводства, – оно является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц (Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 от 4 июля 2017 года № 1442-О). Положения статьи 21311 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обеспечивают установление особого режима имущественных требований к гражданину в процедуре его банкротства, не допускающего удовлетворения этих требований в индивидуальном порядке, что позволяет сохранить определенность объема имущества должника и создает необходимые условия как для реализации общей реабилитационной направленности процедур, применяемых при банкротстве гражданина (статья 2 того же Федерального закона), так и для возможно более полного удовлетворения требований кредиторов в условиях недостаточности имущества должника для его справедливого распределения между ними. Обеспечивая предоставление кредиторам должника-гражданина равных правовых возможностей при предъявлении своих требований, данные нормы служат поддержанию баланса имущественных интересов всех лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина (определения Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 от 25 ноября 2020 года № 2687-О, от 21 июля 2022 года № 1990-О, от 28 сентября 2023 года № 2383-О и др.). На достижение указанного баланса интересов направлен и пункт 3 статьи 21327 того же Федерального закона, устанавливающий очередность удовлетворения требований кредиторов, включенных в соответствующий реестр, с учетом специфики дел о банкротстве. Кроме того, положения статей 151 и 169 ГК Российской ЛИЦО_5 не содержат положений, допускающих признание гражданина виновным в совершении преступления в обход установленных законом процедур уголовного судопроизводства, поскольку согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской ЛИЦО_5 никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по 9 приговору суда и в порядке, предусмотренном данным Кодексом (пункт 28 статьи 5, часть вторая статьи 8), и только суд может установить обоснованность обвинения и принять решение о виновности подсудимого посредством обвинительного приговора (пункт 1 части первой статьи 29). Таким образом, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителей, в деле с участием которых арбитражный суд апелляционной инстанции отметил, среди прочего, что включение в реестр требований кредиторов суммы денежных средств, которые были переданы должнику с противоправной целью, противоречит положениям статьи 10 ГК Российской ЛИЦО_5, а следовательно, ЛИЦО_9 и ЛИЦО_8 не вправе претендовать на возмещение им такого ущерба, который данные лица добровольно понесли в связи с попыткой совершения ими преступления. Исследование же фактических обстоятельств конкретного дела, а также оценка правильности выбора и применения норм с учетом указанных обстоятельств в компетенцию Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5, как она определена в статье 125 Конституции Российской ЛИЦО_5 и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_5», не входят. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_5», Конституционный Суд Российской ЛИЦО_5 о п р е д е л и л : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан ЛИЦО_1 и ЛИЦО_2, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской ЛИЦО_5», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской ЛИЦО_5 признается допустимой. 10 2. Определение Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5 по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской ЛИЦО_5ЛИЦО_12 № 1185-О